Рита Навьер – Любовь без правил (страница 11)
О, наш мастер пикапа не мелочится – замахнулся на элитный ночной клуб. Я там ни разу не бывала, но наслышана, что цены в нем просто космические.
– Привет, Александр. У меня есть встречное предложение. Как насчет того, чтобы съездить со мной в гости? Познакомиться с моим отцом…
На том конце повисла напряженная пауза.
Затем Алекс растерянно произнес:
– Уже?
14
– Да, – как можно серьёзнее ответила я. – Папа у меня очень строгих правил. И пожелал познакомиться лично с парнем, с которым его единственная дочь собирается связать жизнь.
Алекс совсем потерялся. Молчал тяжело и долго. Наверное, если бы не его обещание уложить меня в постель, то сбросил бы звонок, удалил бы меня из всех контактов и забыл, как страшный сон.
– Ладно, – все-таки не выдержала я и сказала со смехом: – Расслабься. Я пошутила.
– То есть с папой не надо знакомиться? – подал голос Алекс, все еще настороженный.
– Надо. Так уж вышло. Папа сегодня прилетает в Москву. Пригласил меня на ужин в гости к своему деловому партнеру, а заодно решил свести меня с его сыном. Я соврала, что у меня есть парень. Просто чтобы он не навязывал мне всяких женихов. Ну и вот… Можешь сегодня сыграть роль моего парня? Всего на один вечер. Если что – насчет строгих правил я тоже пошутила. Папа у меня, наоборот, вполне свободных и демократичных взглядов. Он уже много лет живет в Европе. Нет, если ты против, то…
– Нет, я не против, – наконец мало-мальски ожил он. – Наоборот, это будет даже интересно.
До коттеджного поселка, где жил партнер отца, мы добрались на машине Алекса. Слава богу, без приключений. Так он сам сказал. А на мой вопросительный взгляд пояснил:
– Почему-то с тобой у меня всё идет шиворот-навыворот. Планируешь одно, а каждый раз выходит черт-те что, – хмыкнул он. – Прямо как назло.
Я улыбнулась, подумав: это еще цветочки, главный сюрприз тебя ждет под занавес. Уже совсем скоро.
Вчера, когда мы с девочками обсуждали наше свидание на катке, придумали, как сокрушительно изобличить Алекса Грея и разрушить его репутацию пикапера в пух и прах.
Это должно случиться двадцать девятого декабря. Один знакомый парень, тоже популярный блогер, устраивает крутую вечеринку за городом, куда позвал кучу народа. И меня в том числе. Я же возьму с собой Алекса. А перед этим заставлю поверить, что без ума от него и в этот день точно случится то, чего он так жаждет. С его самомнением это будет несложно. Он наверняка растрезвонит об этом заранее у себя на канале. А когда дойдет до дела, унижу так же, как он унизил Снежанку.
Для такого павлина и просто отказ будет ударом, а публичное осмеяние его просто уничтожит.
– Круто! – воодушевилась Снежанка. – Жду не дождусь, когда это случится! Алина, ты – супер!
– Да! Поделом ему будет! – подхватили Надя с Аней. – Больше ни одну девчонку этот козел не опозорит.
Я тоже так считала, правда, почему-то внутри скребло смутное неприятное чувство. Вроде как, мне было немного совестно перед Алексом за эту фальшь. Но я себя убеждала, что всё справедливо. Это, конечно, не честная игра, но обмануть лжеца не грех.
***
Хозяин коттеджа, Василий Петрович, оказался грузным громогласным бородатым мужчиной лет пятидесяти, похожим на зажиточного крестьянина. И дом его был такой же – большой, простой и добротный.
Нас он встретил радушно, точнее – меня. С Алексом был натянуто вежлив.
Сын его Иван – молодая копия отца – взирал на моего спутника и вовсе с открытой неприязнью. Но руку подал и даже буркнул что-то приветственное.
Зато папе и его жене Ингрид Алекс пришелся явно по вкусу. Особенно – Ингрид. Она даже сказала, кокетливо хихикая:
– Ду э со шьекк!*
Папа мне шепотом перевел:
– Это по-норвежски «ты – такой красавчик».
Справедливости ради, Алекс и правда выглядел на все сто. Хоть сразу на обложку глянцевого журнала. В отглаженном костюме, явно недешевом, в белоснежной рубашке, в начищенных ботинках, гладко выбритый и с салонной укладкой. Прямо настоящий франт.
Иван, глядя на него, неодобрительно кривился. А Ингрид то и дело его касалась, улыбалась во весь рот и еще пару раз повторила: «Ду э со шьекк!».
Правда, Алекс комплимента не оценил. Чуть позже спросил меня на ухо:
– Почему эта Ингрид называет меня Шреком?
Первым делом Василий Петрович провел нам экскурсию по своему хозяйству. Показал столярную мастерскую, баню, коровник.
Алекс в коровник не пошел. Сказал:
– Я тут постою.
Хозяйский сын на это только презрительно хмыкнул.
Затем жена Василия Петровича позвала всех к столу.
Наготовила она, конечно, как на свадьбу: и пироги, и запечённая утка, и оленина, и фаршированная щука, и всякие соленья.
– Под коньячок самое то! – задорно сказал Василий Петрович, открывая бутылку.
Алекс отказался.
– Нет, спасибо, я – за рулем.
Хозяин с сыном и тут переглянулись, мол, фу, слабак. Зато Ингрид, наоборот, воодушевилась.
С горящими глазами выдала ему очередную тираду:
– Фор эн утюписк руссиск гутт! Шьекк, о ду дриккер икке эн ганг!
Алекс бросил сначала на нее, потом на меня обескураженный взгляд. Но на этот раз папа перевел вслух:
– Ингрид говорит, что твой Саша – нетипичный русский парень. Мало того, что красавчик, так еще и не пьет.
Алекс тут же просиял и поблагодарил ее ответной обольстительной улыбкой.
– А чем ты занимаешься по жизни, Саша? – спросил его уже подвыпивший Василий Петрович.
Улыбка сразу же сползла с его лица. Он замялся. А я аж есть перестала, глядя на него с любопытством. Очень интересно, как он выкрутится. Неужто начнет рассказывать, что учит снимать девочек?
– Да вам неинтересно будет, – пробубнил он.
– Отчего же? Очень даже интересно! – влез папа.
– Эм… – И Алекс вдруг покраснел. – Я веду свой канал. Ну и в нем рассказываю всякое…
– Что, например? – не отставал папа.
– Ну, рассказываю про моду, про тренды, про увлечения. Делюсь жизненным опытом…
На этом Иван снова пренебрежительно фыркнул, а его отец издал смешок:
– Откуда у тебя, у салабона, жизненный опыт?
– Ну, опыт – он же не только в коровнике бывает, – огрызнулся Алекс.
Василий Петрович сморгнул, не ожидая отпора, а затем стал багроветь, готовый вот-вот разразиться возмущением.
Папа, предвидя грозу, решил разрядить обстановку.
– Саша, а какие у вас увлечения? Мода и тренды уже не для меня, а вот про увлечения я бы послушал.
Алекс растерялся. Потом вспомнил:
– Ну, я люблю футбол… – потом посмотрел на меня и добавил многозначительно: – Чтение, живопись…
– Да что ты? – удивился папа. – А я был уверен, что молодежь нынче не читает и уж тем более не интересуется живописью.