Рита Корвиц – Баллада об озере Правды (страница 3)
– Устал ждать. Хотел поскорее тебя увидеть.
Карлетт улыбается, придвигаясь к мужу ближе, и, грациозно перекинув ногу, садится ему на бёдра. Алкей устраивает руки на девичьей талии. Они молчат, изучая друг друга взглядами и прикосновениями. Передают магию через кончики пальцев. Она льётся мягким потоком, проникает под кожу, отдаётся пульсацией в мышцах. Карлетт мягко убирает волосы мага, открывая его лоб. Глаза Алкея начинают светиться. Девушка разглядывает переливающуюся золотом радужку, нежно целует мужа в щёку и отстраняется, разрушая интимность момента.
Карлетт встаёт, чуть морщась, подходит к окну и распахивает тяжёлую портьеру. В комнату проникает солнечный свет, освещая кровать, массивный дубовый шкаф, стены, украшенные картинами, и голого Алкея. В полоске света блестит фамильный клинок мага, лежащий в куче остальной одежды.
– Я хотела бы прогуляться, – говорит Карлетт, наклоняясь, чтобы поднять с пола своё платье. Со спины слышится одобрительное мычание Алкея. – Не хочешь составить мне компанию?
– С удовольствием, малышка, – отвечает маг, вставая с постели и притягивая жену к себе.
Солнце начинает клониться к горизонту, окрашивая Эвдинский дворец тусклой лавандовой акварелью. Нежное розовое марево окутывает дворцовый лабиринт романтичной дымкой. Алкей придерживает жену за талию, зарываясь носом в уложенные волосы. От Карлетт пахнет ландышем и иргой. Магия Алкея, тягучая как карамель, окутывает любимую мягким коконом, оседая на языке хвойной свежестью.
– Как дела на границе? – спрашивает Карлетт, склоняя голову на плечо мужа.
Они гуляют по петляющим тропинкам «живого» лабиринта, наслаждаясь шелестом листвы.
– Намного лучше, чем было пару месяцев назад. С учётом того, что торговцы чёрного рынка снова активизировались…
– Чёрный рынок? – встревоженно переспрашивает Карлетт. – Разве эта проблема не была решена ещё в прошлом году?
– Мы лишь прикрыли их основные точки, но ты и сама знаешь, что это временное решение.
– Я надеялась, что об этой головной боли мы вспомним не так скоро, – говорит Карлетт, кладя голову на плечо мужа и поднимая взгляд в розовеющий небосвод.
Алкей целует ведьму в лоб и начинает мягко перебирать её волосы.
– Есть и хорошие новости. Получилось наладить контроль за всеми, кто пересекает границу. Теперь каждый беженец обязан пройти специальный опрос, чтобы мы могли узнать, чем он будет полезен для Ихт-Карая. Не обеспечивать же нам кровом тех, кто не способен дать нам что-то взамен.
– Очень разумное решение, – кивает Карлетт. – Дай угадаю, это была идея Люмьера?
Алкей цокает, закатывая глаза.
– По-твоему, я неспособен придумать что-то подобное?
– Дело не в этом. Просто ты не так помешан на благополучии страны, как твоя правая рука.
Алкей кивает.
– В этом ты права. Люмьер становится настоящим фанатиком, когда речь заходит о защите страны. Зато благодаря этому мы смогли уладить вопрос о поставке магриума. Делегацию из Северного Леурдина очень впечатлили наши методы решения проблем, и мы составили новый договор. Со следующего месяца привозы удвоятся.
– Замечательная новость. – Карлетт оборачивается к мужу. – Нам не мешало бы обновить оружейную. А господин Фастон будет рад узнать, что его мечты о создании курса кузнечного мастерства будут воплощены в реальность. Целый год он ходил к тебе с этой просьбой. С таким запасом магриума будет возможно построить даже несколько дополнительных корпусов. Учеников с каждым годом становится всё больше, а в академии уже не хватает мест.
– Кстати о мечтах, – говорит Алкей, внезапно останавливаясь. Карлетт замечает предвкушающие, хитрые искринки в его взгляде. – Закрой глаза.
Карлетт недоумённо хмурится, но послушно прикрывает веки. Слышится шорох, а затем маг берёт руку девушки и вкладывает в неё что-то продолговатое, тяжёлое и прохладное.
– Открывай, – в голосе Алкея Карлетт слышит улыбку.
Ведьма открывает глаза, тут же опуская взгляд вниз, и восхищённо втягивает воздух. Ножны и рукоять кинжала украшены драгоценными камнями и серебристым рисунком из перьев и листьев. Гарда сделана в виде двух крыльев, а на наконечнике – триединая луна со сверкающим красным алмазом посередине. Ведьма счастливо улыбается, разглядывая подаренный клинок. Алкей наблюдает за ней с влюблённой полуулыбкой. Сердце начинает щемить от нежности. Он аккуратно заправляет выбившуюся прядь девушке за ухо и проводит пальцами по ее щеке. Карлетт застывает, завороженно смотря в жёлтые глаза мужа.
– Нравится? – спрашивает Алкей.
– Очень! Но как ты узнал? – спрашивает она, разглядывая лезвие, у самого основания которого мелким шрифтом выгравировано название мастерской. – Богиня, сколько же он стоил? Они ведь делают их только на заказ!
– Ну, по этой цене можно было бы купить небольшое поместье где-нибудь на границе. Но твоя улыбка стоит этих денег.
Продолжая счастливо улыбаться, Карлетт подаётся ближе. Поцелуй выходит нежным и чувственным. Алкей прижимает ведьму к себе, мягко поглаживая её спину. Мнёт мягкие девичьи губы своими, проводит по ним языком. Карлетт смеётся. Борода мужа колет чувствительную кожу, но она лишь льнёт ещё ближе, закидывая руки на широкие плечи.
– Малышка, – шепчет Алкей и целует Карлетт в кончик носа. – Как же я люблю тебя. Не описать словами.
Маг подхватывает девушку на руки и осторожно кружит, стараясь не задеть платьем колючий кустарник. Над поющим тишиной садом разносится счастливый девичий смех.
Ужин начинается около семи часов вечера. За столом уже сидят Диона Лави – Верховная Жрица Акрата, её правая рука – госпожа Ариаль Дамкер, матушка Мароны, и сама Марона. Поздоровавшись со всеми и извинившись за опоздание, Карлетт и Алкей занимают свои места.
– Как проходит подготовка к инициации, мадам Дамкер? – продолжает прервавшийся разговор Верховная Жрица, аккуратно разрезая овощи у себя на тарелке.
Она одета в своё любимое серое платье, а волосы по традиции убраны наверх и украшены дубовой шпилькой с рубином. Острое благородное лицо уродует шрам, рассекающий тонкие губы. В детстве Карлетт много раз пыталась узнать, как матушка его получила, но Диона лишь отмахивалась и переводила тему.
– Хорошо, Ваше Верховенство, не побоялась бы даже сказать, отлично. Я договорилась с председателем земледельческих сословий Пле́нто о поставке фруктов ко дню инициации. А также представитель ботанического сада Мэ́ки пообещал отправить человека для украшения зала к церемонии. – Ариаль приосанивается. – Ко всему прочему, набор новой прислуги почти закончен, и новые работники вполне неплохо справляются со своей работой.
Ариаль Дамкер – милая женщина с добрыми глазами и нежной улыбкой. Именно от неё Мароне достались любознательность, весёлый нрав и любовь к миру; от отца же она получила лишь тонкую фигуру и высокий рост.
– Это хорошо, – сухо проговаривает Верховная Жрица. Её взгляд падает на Алкея. – Приятно видеть вас, шерон, в Кара́ндэ, особенно перед таким знаменательным событием. До меня дошёл слух, что на границе Ихт-Карая начались беспорядки. Неужели это правда? – ведьма хмурится, пристально смотря на мага.
Её взгляд пронзительный, холодный, подобный остро заточенному клинку. Не каждый мог выдержать его, и Карлетт всегда поражалась той лёгкости, с которой муж смотрит её матери в глаза.
– Мне тоже приятно быть здесь, – отвечает на любезность Алкей. – Да, вы правы, с два месяца назад на границе стали замечать беженцев из Вителии. Люди в поисках лучшей жизни незаконно пересекали границу. Мы усилили охрану и построили дополнительные таможенные посты. Сейчас ситуация находится под контролем.
Верховная Жрица одобрительно качает головой. Остальная часть ужина проходит в лёгкой непринуждённой беседе. Основные блюда заменяются десертами, а после того, как и те съедаются, мадам Дамкер предлагает дочери сыграть.
В столовой напротив окна стоит красивый белый рояль. Раньше отец Карлетт часто устраивал для своей семьи музыкальные вечера. Тогда ещё совсем юная ведьмочка отплясывала под разные мелодии под нежным взглядом матери. Сейчас, повзрослев, она танцует вместе с мадам Дамкер. Они кружатся по залу в замысловатом танце и весело хохочут. Подолы платьев взметаются вверх, не успевая касаться пола. Обе ведьмы, покрасневшие от сбившегося дыхания и выпитого вина, счастливо улыбаясь, начинают путаться в ногах. За роялем сидит Марона. Её длинные музыкальные пальцы ловко перебирают клавиши, создавая весёлую, незатейливую мелодию. Она, закрывая глаза и покачиваясь в такт мелодии, полностью отдаётся музыке. Губы девушки тихо напевают только ей известную песню. Алкей и Верховная Жрица стоят чуть поодаль, наблюдая за танцующими, и изредка перебрасываются парой слов.
В этот день в столовой царят веселье и уют.
Глава 3. Предчувствие
Выпад. Разворот. Карлетт приседает и заносит меч. Переливающийся жёлтым цветом магический щит Алкея принимает удар на себя. Маг подмигивает девушке и, выбрасывая руку вперёд, толкает её щитом. Карлетт падает, тут же перекатывается и блокирует новый удар. Звон клинков разносится по тренировочной площадке гулким эхом. Алкей отбивается, делает разворот и плашмя бьёт ведьму по спине щитом. Та, теряя равновесие, летит вперёд. Сгруппировавшись, Карлетт перекатывается через голову и поворачивается лицом к магу. Алкей стоит, нагло улыбаясь, и уверенно держит меч и свой боевой посох. Ведьму захлёстывает азарт. Они ходят друг перед другом, как два льва, выжидающих прыжка соперника. Девушка, сделав резкий выпад, подсекает ногу мужчины. Алкей падает на спину, меч и посох вылетают из его рук. Карлетт становится одной ногой магу на грудь и приставляет к шее острие меча.