Рита Хоффман – Моровое поветрие (страница 30)
Чеслава только глаза закатила.
– Ну дура – она дура и есть, – раздраженно бросила она.
– В чем-то сестра права, – сказала Душица. – Нужно уметь за себя постоять. Подклады делать, землю могильную заговаривать… Жизнь не всегда размеренно течет, порой неприятности случаются.
– И при любой неприятности убивать кого-то советуешь? – возмутилась Ярина.
– Еще немного – и я
Ярина ей ничего не ответила, только насупилась и сложила руки на груди. Это что за учение такое: они только и делают, что об убийствах говорят! Не хочет она никого калечить, не хочет привораживать!
– Все девки приходят такими славными, такими добрыми, научатся сбор от кашля да от горячки варить и уходят. А потом обратно приползают, избитые, а то и покалеченные, все просят обучить их такому колдовству, чтобы отпор обидчикам давать! – выпалила Чеслава. – Не понимаете вы, что…
– Мир жесток, да, уже слышала, – перебила ее Ярина.
– Ты погляди! Она еще и огрызается! – возмутилась ведьма. – Мы тебя на груди пригрели, в семью взяли, а ты…
– В семью? Почему тогда не рассказали, что все женщины в вашем селе колдушки?! – воскликнула Ярина и поняла, что сболтнула лишнего.
Душица помрачнела и вздохнула. Чеслава хмыкнула, ее губы изогнулись в коварной ухмылке.
– Не такая уж ты и дура, выходит, – одобрительно сказала она. – Как узнала?
– Проследила за вами, – нехотя призналась Ярина.
– А мы и не заметили. Стареем, сестра. – Душица отхлебнула из кружки душистого сбору и внимательно посмотрела на Ярину. – И что ты видела?
– Как вы птицами оборачиваетесь и в Ярилов град летаете.
– А там что видела?
– Только то, как подруги ваши в дома через окна влезают.
– Через окна? Это за кем ты следила? – Чеслава задумчиво потерла подбородок. – Уважающие себя ведьмы туманом через замочную скважину в дома проникают.
– За Олесей, поди, – ответила Душица. – Только она до сих пор обращаться не научилась.
– Потому что боги ума ей не дали.
Сестры начали спорить, а Ярина их слушала и понять не могла: неужели они совсем не разозлились?
– Ну, – вдруг сказала Душица, – теперь познакомить их придется.
– Придется, – согласилась Чеслава. – Вот только сперва я хочу показать нашей строптивой кобылке, как к таким, как мы, люди относятся. Те самые люди, которых она так отчаянно защищать пытается.
– И что ты задумала? – Душица прищурилась.
– Ничего, ничего, так, слетаем кое-куда, – загадочно ответила Чеслава. – А теперь к травам вернемся. Расскажи-ка, сестрица, как ландыш сердце может остановить.
Ярина просидела за столом до темноты: все пыталась запомнить, как вороний глаз от черники отличить. Страшно устала, голова кр
Стоило Душице выйти на улицу, чтобы Бурую покормить, Чеслава одной рукой схватила сук, стоявший у двери, а другой вцепилась в ладонь Ярины.
– Пойдем, покажу тебе праздник в соседней деревне.
– Праздник? – удивилась та. – А как мы туда доберемся? На чем поедем?
– Полетим, – беззаботно откликнулась Чеслава и оседлала сук. – Залезай.
Ярина с большим сомнением уставилась на ведьму и скривилась. Неужто не врали деревенские, когда рассказывали, будто ведьмы на суках по небу летают?
– Мне сосед говорил, – сказала она, вставая позади Чеславы, – что колдушки и человека оседлать могут, чтобы по небу летать.
– Можем, – согласилась Чеслава. – Но зачем? Ты держись покрепче, не то свалишься!
Ярина не успела обхватить ведьму за талию, как сук вздрогнул и сорвался с места. Ветер в ушах запел, растрепал волосы. Они поднялись так высоко, что соседские дома превратились в точки. Если бы прежде Ярина не летала в птичьем облике, померла бы от страха.
Под ними проносились поля и леса, окутанные ночным сумраком; Ярина вцепилась в Чеславу, пытаясь все вокруг разглядеть, но от ветра слезились глаза. Пока она утирала слезы, сук стал снижаться и вскоре замер у самой земли.
– Слезай, – велела Чеслава. – Дальше пешком пойдем.
Впереди виднелись огни и поднимающийся из печных труб дым. Ярина шла осторожно, боясь переломать ноги, но Чеславу, казалось, темнота совсем не заботила. Она шагала уверенно, вертела в руках сук, напевала что-то себе под нос.
В деревню они входить не стали, сделали крюк и вышли к высоким кострам. Люди веселились, песни пели.
Вроде праздник как праздник, таких Ярина в родной деревне множество видела. Местные хороводы водили, пиво пили, играли кто на ложках, кто на гуслях.
Чеслава потащила Ярину к костру, заставила в хоровод встать. Ведьма выглядела подозрительно веселой, но ее глаза горели недобрым огнем. Никто не спросил у них, кто они такие, незнакомая женщина поднесла братину, а Чеслава не отказалась, зачерпнула пиво чумкой и залпом ее осушила.
– Будешь? – спросила незнакомка Ярину.
Та лишь головой покачала. Ей не хотелось пить и не нравилось, что Чеслава ничего не говорит.
Ведьма же наплясалась, напилась пива, уселась на землю и жестом Ярину подозвала. Та нехотя устроилась рядом.
– Знаешь, что они делают?
– Нет, – сухо ответила Ярина.
– Ведьму ищут, – в самое ухо шепнула Чеслава.
Ярина вздрогнула и недоверчиво оглядела собравшихся у костров людей.
– Говорят, ходит к ним кто-то, все молоко у коров высасывает да поля солью посыпает, – пояснила ведьма.
– Правда это?
– Допустим, правда. И что тогда?
– Знаешь, кто это делает? Люди ведь без еды останутся!
Чеслава подсела ближе, принялась волосы Яринины перебирать, вдыхать их запах. Тонкие пальцы скользили по рыжим прядям, поглаживали виски, затылок; Ярина сама не заметила, как глаза закрываться стали, ее разморило.
– Дед одноглазый солью поля посыпает, вон тот, видишь? – шепотом спросила Чеслава. – Нрав у него скверный и с каждым годом все хуже становится. У деда все просто, он думает: «Пусть у меня корова сдохнет, но у соседа чтоб две сдохло!» Потому и землю портит, из вредности.
– А молоко как же? – пробормотала Ярина, осоловело моргая.
– За молоком твари помельче приходят. Но кому ж это ведомо? Местные решили изловить ведьму.
– И как они это сделают?
– А ты смотри, смотри, – прошептала Чеслава.
Ярина наблюдала за людьми, но ничего странного не замечала. Подпившие, неуклюжие, они громко хохотали, парни бегали за девками, старики сидели на земле и вели беседы. Ярина уже хотела признаться, что ничего не понимает, но вдруг увидела, как к костру из темноты вышел кот.
– Внимательно смотри, душа моя, – горячо зашептала Чеслава. – Есть поверье в этих землях…
Из темноты неподалеку раздался визг, полный боли. Ярина вскочила было, но Чеслава удержала ее на месте и крепче к себе прижала.
– Молчи, молчи, – забормотала она.
– Кто-то ведь собаку мучает! – возмутилась Ярина.
От скулежа и визгов мурашки по коже бежали, трясло ее от чужого страха и боли. Казалось, что над ней самой измываются.
– Поверье есть, – повторила Чеслава, – что во время праздников ведьмы в облике зверей к кострам приходят. И коль увидишь ты такого зверя, надобно его избить, чтобы утром, когда петухи пропоют, ведьму опознать по искалеченному телу. Вот они и бьют…
– В моей деревне такого не…