Рита Хоффман – Моровое поветрие (страница 26)

Войдя в парилку, они взяли намазки. Лука с такой силой кожу тер, что та покраснела, но все равно ему чудился запах гниющего мяса.

– Что Елисею скажем? – спросил Владлен.

– Правду, – откликнулся Лука.

– Что дед оказался козлом редкостным и помогать отказался?

– И это тоже.

Лука облился водой, затем протер глаза пальцами. Чувствовал он себя намного лучше, будто сотню пудов грязи смыл.

– Что будем дальше делать? – спросил он. – Есть у тебя мысли какие?

– Никаких, – признался Владлен. – Проклятие, поди, какое, порча. Ведьмы – твари жестокие и могущественные, что угодно сотворить им под силу.

– И нет способа снять эту порчу?

– Почему же, есть.

Лука оглянулся на Владлена; тот стоял, опустив плечи.

– Владлен?

– Найти ее надо.

– Ведьму?

– Да. Найти и убить.

– Думаешь, поможет?

– Должно. Мы с Рыжем ловили таких, как она, может, не настолько сильных, но все же. Вроде бы колдовство темное на их крови держится, и, когда умирает ведьма, оно силу свою теряет.

– Это точно порча?

– А что, по-твоему? Доброгнев изгнал ведьму из города, она разозлилась и мстить начала. В том, что подруга его колдушкой была, мы уверены. Кто еще мог Елисея в гроб хрустальный заточить? – Лука промолчал. – То-то же. Значит, надо ведьму искать, пока весь Ярилов град в курган могильный не превратился.

Домывшись и одевшись, они решили сразу к царю пойти, рассказать о том, что дальше делать надумали. Искали его по всему дворцу, а нашли в саду, среди резных идолов, вместе с Веданой.

– По лицам вижу, что вестей хороших нет, – сказал Елисей, едва они к нему приблизились.

– Смотри-ка, а царь-то умен! – шутливо поддел его Владлен и тут же стал серьезным. – Прав ты, мы вернулись к тому, с чего начали.

– Сядем?

Расселись они прямо на теплой земле, даже Ведана не побоялась испачкать белое платье. От Елисея она ни на шаг не отходила, взгляд был полон немого обожания.

– Чеслава порчу на город наслала, я так думаю, – сказал Владлен. – Поэтому нет смысла с хворью бороться, нужно саму ведьму отыскать.

– Знаешь, как выследить ее? – спросил Елисей.

– Я знаю, царь, – вдруг вмешалась Ведана. – Снился мне сон, давно это было, птицы в нем были, много птиц. Кружили они над Яриловым градом, а люди, что по улицам ходили, замертво падали. Не одна Чеслава больше, есть и другие ведьмы, они ей на помощь пришли. Прилетают они оттуда, – Ведана пальцем направление указала, – живут рядом все, одной семьей.

– Это ты из сна узнала? – поразился Елисей. – Удивительно.

– А что в той стороне? – спросил Владлен.

– Села да деревни, – ответила Ведана.

– Ничего нового, – пробормотал Лука.

– И ведь каждое селение проверить придется, – посетовал Владлен.

– Я отправлю с вами дружинников, – спохватился Елисей. – Столько людей дам, сколько попросишь.

– Спасибо, конечно, но мы сами как-нибудь, – вежливо отказался Владлен. – Чем больше нас будет, тем подозрительнее. Ведьмы нас издали завидят и разбегутся, а потом ищи ветра в поле. Знать бы только, что где-то здесь Чеслава, что не улетела на суку своем проклятом черт знает куда.

– Ей город нужен, – безмятежно сообщила Ведана. – Не уйдет она далеко.

– Город? – Елисей нахмурился. – Для чего?

– Не ведаю. Но в видениях моих обнимает она Ярилов град, баюкает, словно младенца в колыбели.

– Как хорошо под рукой ведающую иметь! – восхитился Владлен. – Жаль только, что сны твои ее жилище показать не могут.

– Я очень старалась увидеть, – смущенно сказала Ведана. – И в воду глядела, и сквозь дым, но скрыто это знание, будто…

– Защитилась Чеслава от силы твоей, – вздохнул Елисей. – Не стоит забывать, что не дура она, раз Доброгнева вокруг пальца обвести сумела.

– Раз так, мы пойдем, – заторопился Владлен. – В дорогу собраться надо да выезжать. Чего время зря тратить.

Распрощавшись с царем, они вернулись в палаты. Едва закрылись за ними двери, Владлен посуровел, достал нож из-за пояса и принялся вертеть в пальцах.

– Ты взволнован? – спросил Лука.

– Еще как, – признался Владлен. – Не так просто ведьму изловить, а убить – и того сложнее. Захочет – обратится змеей и спрячется меж камней, а ты ищи ее… Помощь нам нужна. Пойдем в голубятню, посмотрим, донесут ли птицы послание до безымянных земель.

– И кому ты написать хочешь? Рыжу?

– Отец пусть отдыхает, заслужил. Есть у меня на примете пара одна, нюх на ведьм у них отменный, да и в помощи они никогда не отказывали. И еще кое-куда заглянем, попробуем жителей города уберечь.

Покинув дворец, они направились к торговым рядам. Там Владлен долго ходил меж мастеров и мастериц, рассматривал их товары, стоял над лотками с украшениями. Лука наблюдал за ним со стороны, но вмешиваться не хотел, ведь понятия не имел, что Владлену в голову взбрело.

Вскоре друг нашел то, что искал. Помахал рукой, Луку подзывая, а когда тот приблизился, сунул ему под нос амулет.

– И что это?

– Как что? – удивился Владлен. – Одолень-трава! Символ этот на плащах вышивают, у сердца носят, чтобы защищал от нечисти. Бать, сумеешь сделать таких амулетов так много, чтобы всем жителям города хватило?

Мастер потер затылок, задумался крепко, а потом сказал:

– Сделать-то я могу, вот только хватит ли у тебя монет, чтобы заплатить мне?

– Царь заплатит, – отмахнулся Владлен. – Это его приказ.

Лука лишь усмехнулся. Быстро, однако, привык Владлен именем царя пользоваться! И казной распоряжаться тоже.

– Ну, раз сам царь приказал, – пробормотал мастер. – Сделаю, будь уверен!

– Побыстрее нужно.

– Какой срок?

– Так вчера надо было!

Мужик опешил, а Владлен знай себе улыбается, амулет в пальцах крутит.

– Не пугайся, бать, заплатим, не обидим. А как хворь уйдет из города, царь тебе еще и пожалует что-нибудь.

– Так это от хвори защита? – глаза мастера загорелись. – Что ж ты сразу не сказал?! Сейчас же начну работу!

– Есть кого защищать? – неожиданно серьезно спросил Владлен.

– А то ж, – откликнулся мастер. – Жену, детей, а их у меня шестеро! Да и стариков тоже.

– Хороший ты человек, бать. – Владлен положил на лоток горсть монет. – Считай, за спешку.

Договорившись с мастером, они пошли дальше, но не к голубятне, а к дому лекаря. Взбежав на крыльцо, Владлен принялся в дверь тарабанить. Нехотя вышел уже знакомый мужик, руки на груди сложил – явно не горел желанием разговаривать.