Рита Хоффман – Моровое поветрие (страница 100)
– Да ну?!
– Ага.
– Снова в одном строю сражаться будете, охота быстро не закончится, – заметил Владлен. – Неужто избегать его станешь?
– Не стану, мы же не дети. Я его люблю, но не так, как ему бы хотелось. Да и, если честно говорить, он заслуживает куда больше, чем я ему дать могу. Со Святом мы ранами срослись, искалеченные, отравленные. А Дарий, он… – Варна тяжело вздохнула. – Другой. Всегда был другим.
Владлен молчал, пальцами терзал тесемки рубахи.
– Пора мне. – Варна хлопнула его по плечу так неожиданно, что он подпрыгнул. – Береги себя. И выживи.
Те же слова сказала, что и при первом их прощании.
Сказала – и в толпе растворилась, будто и не было ее.
Лебедь, издали наблюдавший за ними, подошел к Владлену и спросил:
– Что с тобой? Бледен как покойник.
– Сердце ноет, – признался Владлен. – Столько изломанных судеб, столько искалеченных людей. И ведь снаружи они целыми выглядят, а внутри места живого нет.
– Не думал, что услышу от тебя что-то мудрое.
– Кулич, – проворчал Владлен. – Был куличом, им и помрешь.
– Скоро тебе плащ пожалуют, – неожиданно сказал Лебедь.
– Чего?!
– Глава принял решение. Людьми, Богом отмеченными, не разбрасываются. Конечно, ему хочется и Святослава в Полк вернуть, но это пока выглядит чем-то невозможным.
– На его месте я бы не лез к тому, кто принадлежит Варне, – она убьет его ночью и даже не поморщится.
– Ты говоришь это с восхищением, – заметил Лебедь.
Владлен хитро улыбнулся и ответил:
– Такая женщина – как ей не восхищаться?
Эпилог
Лука точно не знал, где находится, просто ехал по дороге, припорошенной снегом, и ни о чем не думал. Кости ломило, кожа чесалась так, что он ерзал в седле в тщетной надежде избавиться от навязчивого зуда хотя бы на мгновение.
Смирившись с неизбежным, он спешился и торопливо расседлал лошадь, а после отпустил, надеясь, что она успеет уйти достаточно далеко и он не настигнет ее, обратившись.
Сжав сверток с ножами, Лука побрел в лес, собираясь забраться как можно глубже в чащу. Луна освещала путь, напоминая, что он слишком долго тянул с ритуалом.
Зов Небесной Стаи он чувствовал всем телом, каждой ноющей костью. Внутренний зверь рвался наружу, и сдерживать его становилось сложнее с каждым шагом.
Упав на колени, Лука начал втыкать ножи в снег. Пальцы сводило, зрение затуманилось. Судороги, пробегающие по телу, причиняли боль.
Звезды над головой звенели. Небо затянуло удивительного цвета полотно, переливавшееся зеленым и синим. Луке казалось, что оно колышется в такт его надсадному дыханию.
Ничего красивее он в жизни не видел, потому глазел на сияющее небо открыв рот, позабыв о ножах.
И вдруг Лука увидел, как по переливающемуся мосту бегут волкодлаки, величественная Небесная Стая.
Сотканные из звезд и тумана, они бежали вперед, увлекаемые, должно быть, зовом того, кто их создал. Грудь отозвалась тупой болью. Лука прижал ладонь к сердцу, почувствовав, как вся его суть стремится присоединиться к собратьям.
Дрожащими руками он воткнул в землю последний нож – торопился, чтобы успеть за Небесной Стаей. Перепрыгнул через лезвия, согнулся, приготовившись к нестерпимой боли, но вдруг вспомнил слова Наримана:
И Лука принял.
Горячая кровь наполнила рот, он припал к земле и утробно зарычал. Кости трещали, выкручивало хребет, но боли не было. Тело горело, когти вонзились в землю, могучие лапы поросли жесткой шерстью.
Он завыл, вскинув тяжелую голову, и ему показалось, что Небесная Стая воет в ответ, зовет его за собой десятками голосов.
Слюна капала на снег, лапы отталкивались от земли, унося его все дальше и дальше. Вольное сердце колотилось в груди.
Без страха. Без сожалений.
Он играл с цветным маревом, прыгал, словно щенок, надеясь ухватить зубами небесный свод. Валялся в снегу, рычал, выл, и этот вой был исполнен радости.
Догнать Небесную Стаю оказалось непросто: волкодлаки были текучими, стремительными, их не обременяла тяжелая плоть. Их вой звенел в ушах, а красота завораживала.
«Заберите! Заберите меня с собой!»
Ласковый звездный перезвон стал громче, изменчивый разноцветный мост опустился ниже. Лука потянулся к нему, почувствовал холод бесплотных волкодлачьих тел. Он подобрался, приготовился к прыжку и…
Кони Светозарных медленно брели вдоль городской стены. Злой зимний ветер трепал плащи, воины изредка перекидывались короткими фразами, не слишком довольные тем, что именно им пришлось отправиться в дозор этой ночью.
Владлен зевнул и взглянул на Лебедя. Тот внимательно всматривался в темноту, словно видел больше, чем остальные.
– И зачем нас сюда отправили? – Владлен слишком долго молчал, ему хотелось поболтать.
– Прошлой зимой неподалеку видели волкодлаков, – коротко ответил Лебедь. – Князь не хочет, чтобы звери подошли к городу.
Владлен понимающе кивнул. Он сам видел девицу-волкодлака у Калинова моста, опасения князя были не таким уж и напрасными.
– А ты их видел?
Лебедь покосился на него.
– Нет.
– Страшные существа, но могучие. – Владлен улыбнулся.
– Ты обо всех чудовищах говоришь с такой мечтательной улыбкой? – Лебедь вздохнул. – То Черная Варна у тебя восхищение вызывает, то волкодлаки… Безумец.
– Я даже сражался с одним из них, – не без гордости поделился Владлен.
– Хватит врать.
– Кулич неверующий.
– Если сведения об этих тварях правдивы, то уйти живым после схватки невозможно, – отрезал Лебедь. – Волкодлачью шкуру ничем не пробить.
– Мне ли не знать. – Владлен ухмыльнулся. – Однако вот он я, живой и здоровый.
Лебедь лишь покачал головой.
Владлен обиды на него не держал – все, что с ним случилось прошлой зимой, походило скорее на выдумки, чем на правду. Но он хорошо помнил тяжесть чудовищного тела, помнил боль от ран и ужас, охвативший его. Да и выжил он чудом, будто боги помогли, его заслуги в этом не было.
Порыв ветра бросил в лицо горсть снега. Владлен стряхнул его с плеча и поморщился: этой ночью пожалованный белый плащ казался особенно тяжелым. Золотые символы сияли в тусклом свете луны, отдавали зеленью…
– Зеленью?..
Вскинув голову, Владлен застыл, открыв рот. Его спутники тоже остановили лошадей, пораженные красотой неба, затянутого сверкающим, трепещущим полотном. Переливаясь и звеня, оно растекалось по черному небосводу, озаряя все вокруг удивительным сине-зеленым светом.
– Вот это невидаль, – протянул один из Светозарных.
– Красота… – прошептал Лебедь.
Владлен вспомнил ночь, в которую Лука рассказал ему о Небесной Стае. Тогда небо тоже было удивительным, а образы, сотканные из дыма, завораживали. Хорошее было время: ни предательств, ни белых плащей…
Сияние угасало. Снег повалил. Светозарные поехали дальше, тихо обсуждая небесное явление. Владлен с трудом оторвал взгляд от неба и последовал за воинами, погрузившись в тяжелые мысли.
Выходит, быть ему оружием в руках нового Бога до гробовой доски. Не самая плохая доля, вот только не видать ему теперь свободы. Охотник куда угодно может отправиться вслед за вещим вороном, а у Светозарных все по-другому – о каждом чихе докладывать нужно, даже из столицы просто так не выехать, только с позволения старшего.