Рита Аллен – Вниз (страница 2)

«Только бы в лифте хватило места!»

Мысли догоняли друг друга медленно.

«Скорей бы приехал!»

Лифтов было четыре, но ходили они черт-те как. К тому же часто приехавшая кабина оказывалась забита под завязку, не протолкнешься. С таким объемным грузом, как у Инны, попасть внутрь с первой попытки было сродни выигрышу в лотерею. Передвигаясь вниз, лифт неизменно собирал желающих выбраться из бетонных стен на волю и, добравшись с верхнего этажа до ее пятого, почти всегда был уже полон; поэтому когда за открывшимися дверями оказалось лишь несколько человек, Инна даже улыбнулась. Кабины были большими, она смогла втолкнуть коробку и зайти сама. И только когда двери закрылись, узнала причину своей удачи: кабина двинулась вверх. Инна в отчаяньи ткнулась лбом в картон. Подъем до тридцать третьего этажа и последующий спуск. С десятками остановок. Когда ты на ногах не можешь стоять от усталости. Класс, отличный расклад.

«О да, я везунчик».

Инна старалась глубоко дышать, пытаясь сдержать заполняющую ее ярость. Но та только крепла, пока лифт поднимался и на каждой остановке ей приходилось передвигать свой груз, выпуская попутчиков. Спуск был не лучше. Хоть на последнем этаже ей и удалось забраться в самую глубь кабины, но злые взгляды людей, которые не могли зайти из-за огромной коробки, давали Инне понять, как мир относится к таким, как она – посмевшим занять в нем слишком много места.

Дикость происходящего достигла пика, когда, проделав этот абсурдный бессмысленный путь, Инна вернулась в начальную точку маршрута: на табло загорелась цифра «пять». Она вновь оказалась на своем этаже, только гораздо злее и будто состарившись на несколько лет. Инну накрыло странное ощущение, словно она попала в чью-то злую шутку, обман, розыгрыш, в призрачный лабиринт, затерянный во времени и пространстве, проделав петлю по не предназначенному ей маршруту, которого вообще не должно было быть.

Вжавшись спиной в стенку кабины, Инна заорала про себя: «Да сколько можно? Когда уже мы спустимся?! Я всего лишь хочу выбросить мусор!» Но тут дверь открылась, и Инна замерла на вдохе. В ее голову вползала звенящая пустота, она была не в силах даже моргнуть. На площадке пятого этажа стояла она сама. С такой же – нет! – с ЭТОЙ ЖЕ гигантской коробкой.

Другая она, заметив Инну, тоже замерла, уставившись на себя. Кто-то сказал «Извините, нет места» и нажал кнопку закрытия двери. Но другая она, стоявшая по ту сторону, и не пыталась зайти. Она смотрела на Инну не отрываясь, и Инна как в зеркале видела глаза, заполняющиеся удивлением, непониманием, ужасом. Наверно так же сейчас выглядела и сама Инна. Они так молча и пялились друг на друга, пока дверь медленно закрывалась.

Когда лифт, пикнув, тронулся, Инна очнулась. Помотала головой.

«Что?..»

До первого этажа остановок больше не было. Инна тяжело дышала, глядя в одну точку. В голове не было ни единой мысли. Наверно, если бы она сумела, оказалась способна среагировать, то бросила бы проклятую коробку, растолкала людей и поскорее поехала обратно на пятый этаж. Или даже побежала – по лестнице. Чтобы только успеть, понять, найти эту… эту… себя. Но Инна не побежала. От усталости ее разум итак был ни на что не способен, а осознать, осмыслить, обработать… такое… и подавно.

Кое-как Инна перетащила коробку к мусорному контейнеру. Зашла в магазин, купила вина и только тогда пошла обратно. Она двигалась машинально, следуя принятым ранее решениям, намеченному плану.

Выходя из лифта на пятом этаже, помедлила секунду, задержав дыхание, огляделась. На площадке никого. Подойдя к своей двери, Инна посмотрела на ключи в руках. С ощущением, будто собирается прыгнуть в ледяную воду, открыла замок. Сделала шаг внутрь и замерла на пороге. Ничего. Только соседи все так же что-то сверлят. Инна зашла в комнату. Она не удивилась бы, увидев там другую себя. Она даже ждала этого. Хотела этого? Но квартира была пуста. Все было так, как она оставила. Словно ничего и не произошло.

Инна села на пол, прислонившись спиной к стене. Закрыла глаза. Сделала несколько глубоких вдохов. А потом попыталась оживить картину.

Вот двери лифта открылись и… И там она. Я. Улыбается. С кем-то говорит? Был там кто-то еще? Она (я) переводит взгляд в сторону лифта, видит Инну (меня), замирает. Глаза ее расширяются, с каждой секундой наполняясь удивлением. Страхом. Ужасом. Она (я) смотрит на Инну (меня) не мигая, пока двери лифта медленно закрываются.

Инна открыла глаза.

«Это была я». Она уверена.

«Но что-то с той мной не так. Почему она такая?» Это не дает Инне покоя.

«Почему она другая? Не вымотанная, не выжатая полностью. Лучше меня. Счастливая».

Инна вновь уткнулась взглядом в одну точку и надолго замерла в своих мыслях. Точнее, в полном их отсутствии. Замерла в своей усталости. Через какое-то время мозг вновь начал шевелиться – неспешно, нехотя.

Как же теперь найти ее? Где?

И надо ли?

Инна достала телефон. Зашла в электронный ящик, нашла письмо с билетом до Амстердама, который купила две недели назад. Вылет через два дня. Подарок себе на новоселье, возможность сбежать.

Та, другая она, отличалась от нее, Инна успела это увидеть, заметить. Та она была… правильная. Может и уставшая, но счастливая. От обретения собственного дома, независимости, перехода к новому жизненному этапу. Она была куда лучше Инны. Такая, как надо. Она улыбалась. Да, улыбалась… Ему? Матвею? Рядом с ней стоял кто-то еще? Неужели она сделала другой выбор и поэтому была такой? Инна не смогла простить измену и осталась одна. Сомнения в собственном решении, и без того ее мучившие, теперь обрели новую силу, нашли свое осязаемое воплощение. Ну – почти осязаемое.

«Нет, она стояла одна».

«Тогда почему же выглядела такой счастливой?»

Кроме довольной улыбки в увиденном кривом отражении было еще кое-что не так: на свитере той Инны было написано «Vienna», а не «Amsterdam», как на ее собственной. Похоже, та она выбрала оперу вместо тюльпанов. И Инна решилась. Доверилась ее выбору. Выбору лучшей себя. Несмотря на то, что штраф за возврат билета оказался соизмерим с его стоимостью, Инна все равно сдала его и купила новый – в Вену.

Инна шла по австрийской столице в гнетущей тишине. Лишь стук собственных каблуков отдавался негромким эхо. Вена, стоило немного отойти от центра, оказалась пугающе, тотально безлюдной. Но больше чем пустота улиц, Инну смущала темнота окон. Безжизненные улицы еще можно было объяснить временем суток, спокойным районом, но темные окна, за которыми не жили занятые своими повседневными делами силуэты незнакомцев, включенные телевизоры, накрытые для ужина столы – это было странно. Город будто вымер и это было неожиданно. Обычно мировые столицы не спят допоздна, наполненные скрытыми течениями человеческих жизней. Многие не спят никогда. А здесь… В представшей перед ней Вене все было иначе: город безмолвствовал. Величественная, но неужели такая чопорная, старая, что в одиннадцать часов уже спит крепким сном?

Инна поправила шарф, укутавшись еще сильнее. Скорее бы найти гостиницу. Фонари горели, но тишина и безжизненность красивых старинных домов пугала. Хоть бы одно окошко загорелось, дав знать, что в этом городе есть кто-то еще: присутствующий, бодрствующий. Нет, сплошь пустые глазницы, утопающие во мраке ночи. Инна ускорила шаг и через несколько минут выдохнула с облегчением, увидев вывеску отеля. Зайдя внутрь, она нашла пустой ресепшн. Позвонила в колокольчик. Ничего. Позвонила еще раз. На ее настойчивый призыв откуда-то сбоку вышла девушка.

– Добрый вечер, чем могу вам помочь? – увидев Инну с чемоданом, спросила она по-английски.

– Здравствуйте, у меня бронь.

– Не может быть, мы сегодня никого не ждем.

Инна показала девушке распечатки, и та в недоумении стала сверять данные в системе. Так и не сумев понять, как так вышло, в конце концов, девушка признала возможность сбоя, и, расписавшись в собственной беспомощности, посоветовала обратиться в отель на соседней улице, потому что у них сейчас нет свободных номеров. Злая и уставшая, Инна вышла и безрадостно последовала по новому адресу.

Завернув за угол дома, Инна наконец-то встретила на этой улице другого человека: стоя под фонарем курил мужчина. Увидев Инну, он расплылся в такой счастливой улыбке, будто приветствовал близкую подругу, словно именно Инну здесь и дожидается. Она так поразилась его реакции, что невольно кивнула в ответ и, обескураженная, споткнулась. Выпрямившись, Инна поторопилась уйти, стараясь не смотреть на странного мужчину. Но краем глаза заметила, как тот, все еще ласково улыбаясь, глядя ей вслед достает мобильник и набирает номер. Инна вздрогнула, когда через секунду у нее зазвонил телефон. Инне вдруг показалось, что это и правда ее давний друг, с которым они договорились здесь встретиться, которого она просто не узнала. И теперь он звонит, чтобы вместе посмеяться, как она забылась, прошла мимо. Инна вновь ощутила себя в призрачном лабиринте – как тогда, в лифте. Трясущейся рукой она достала мобильник и, с испугом глядя в экран, увидела незнакомый иностранный номер. Затаив дыхание, приняла вызов. Звонила девушка из отеля, который Инна только что покинула. Та сказала, что разобралась в произошедшем и нашла бронь, извинилась и предложила вернуться. Закончив звонок, Инна развернулась и направилась обратно. Мужчины уже не было.