Риска Волкова – Семь невест. Кицунэ в подарок (страница 7)

Животное мечты Шина не впечатлили, и девятихвостый лис, с багровеющим отпечатком копыта на лбу отправился в свободный полет.

— Шинчик, ты не ушибся? — склонилась я над мужчиной, а тот, скрипнув зубами, уже по-другому посмотрел на строптивых животных.

Видимо, прикидывал, хорошая ли из жирафчатины получается тушенка. Потому что ни с чем иным взгляд девятихвостого лиса у меня сейчас не ассоциировался.

— Фрося, ты… — обернулся он ко мне, а я невинно похлопала глазами.

— А что я-то сразу? Чуть что, сразу я!

— Твое невезение заразно! Раньше бы у меня все получилось! — посетовал он.

Я пожала плечами.

— Раньше у тебя была магия твоя. А тут она не работает. Вот и весь ответ.

— Намекаешь, что без магии я ничего не могу?! — отчего-то разозлился Шин.

Ха! Какое самомнение!

— Конечно не можешь! Сам не заметил что ли? — фыркнула я.

— Может, еще скажешь, что я и не мужчина вовсе? Не могу помочь девушке осуществить ее мечту и покатать на жирафе?

Я молчала. То, как зло сверкал глазами кицунэ как-то очень напрягало. А еще я заметила, как за спиной его появились девять развевающихся призрачных хвостов, которые в условиях этого сна просто не должны были проявиться.

— Шинчик… По-моему, мы сейчас переместимся обратно… — тонко намекнула я.

Иошинори усмехнулся, заметив мой взгляд, и вдруг сначала шагнув ко мне, взял меня за руку, а потом кинулся к одному из жирафов, в мгновение ока касаясь его рукой.

Практически в следующий миг оазис и пустыня пропали, а мы с кицунэ оказались в уже знакомой мне комнате, где я прежде разбила шкатулку. Вот только если Иошинори и я еще кое-как вписывались в общий антураж, то вот жираф, пригибающий из-за низких потолков голову — ну совсем никак. И взгляд у зверушки был ну очень недобрый такой…

Глава 7

— АААААААА! — завопила я, подозревая, что сейчас меня не просто лягнут, а как минимум растопчут.

Жираф уже даже двинулся ко мне, причмокивая толстыми губами (или что там у него на морде) и шевеля маленькими отростками-рожками. Я кинулась к выходу из комнаты, но Шин меня остановил, бесцеремонно схватив за шкирку. Пойманная, я затрепыхалась, как килька, попавшая в сеть.

— Да тише ты, дурочка. Сейчас пойдем на жирафе кататься… — шепнули мне на ушко.

Но я уже не хотела ничего такого. И даже поклялась в этом кицунэ, на что тот ответил бархатным смехом. А затем щелкнул пальцами и вот мы на улице. У знакомого прудика. Я, Шин и жираф.

Затем снова щелчок, и на мне и следа не осталось от мокрого свитера и испорченных водой и грязью сапог. Вместо этого я оказалась одета в восточное одеяние лазурного цвета, что-то среднее между кимоно и платьем. На ногах у меня красовались белые носочки, а на них черные туфельки.

— Спасибо! — искренне выдохнула я.

— Ну что? Готова? — спросили у меня, а я даже и не знала, что ответить.

С одной стороны, жутко хотелось взобраться на спину горделивого зверя. С другой — вдруг опять лягнет или, хуже того, сбросит?

Но Иошинори оказался смелее меня. А, может, просто его самоуверенность была от того, что его магия к нему вернулась. Я бы тоже ничего не боялась, будь я древним могущественным божеством. Я бы тогда… Я бы…

Домечтать я не успела, потому что именно в этот самый момент Шин взмахнул рукой, зашуршав шелковой тканью причудливого кимоно, и в следующий миг жираф, до того подозрительно на нас глядевший, опустился на колени. Да так, что Иошинори легко взобрался на его спину.

— Афигеть. — выдала я, не зная, чему больше удивляться. Тому, что мужчина все-таки покорил жирафа, или тому, как нелепо в японском антураже выглядело животное родом из Африки.

— Залезай! — крикнул мужчина мне, а я испытала некоторую робость.

Во-первых, сказывалось более чем тесное знакомство с данным видом парнокопытных, во-вторых, уж больно непрочно сидел Иошинори на спине зверя, который, кстати, слегка подскакивал на задних ногах, явно желая надоедливое божество сбросить.

— Эээээ…. Ты знаешь, я, наверное, полюбуюсь со стороны… Сделаю пару фоток… У тебя же есть здесь что-нибудь, что делает фотографии?

Шин моей любви к фотографическому искусству не понял, и не оценил, невежа! Вместо этого он лишь взмахнул рукой, и я повисла в воздухе, а затем плавно поплыла к жирафу и сидевшему на его спине мужчине. Стоило мне с ними поравняться, как меня легко дернули за шкирку и усадили перед собой, томно дыша в затылок. Ну, то есть, это мне казалось, что томно. На самом деле, что там сзади происходило, я не знала. Смотрела лишь вперед и восторгалась.

Я сидела высоко! Вид открывался — закачаешься. Куда ни глянь — везде цветущая сакура. Выделялось лишь выкрашенное красно-золотой краской поместье Иошинори, полянка с прудом и небольшой парк.

— Красота! — сказала я. — Столько цветущих вишен… Просто море!

— Чего? — раздалось недоуменное сзади.

— Эх, Шин! Глух ты к природной красоте! У тебя ведь напрочь отсутствует чувство прекрасного! Вон, за твоим домиком столько сакуры, а ты даже не скажешь, что прекрасный вид! Наверное, у тебя вместо сердца кусок….

Чего кусок находится в Шине я не договорила, потому что позади меня вдруг раздался отборный японский мат, среди которого я несколько раз безошибочно определила произнесенное имя “Изуми”. Неужели девушка своими ручками насадила всю эту красоту?

Как оказалось — нет. Ручки этой богини не посадили ни одной былинки в своей жизни. Но это я узнала уже после того, как кицунэ потерял контроль над жирафом, который с чувством дернул пятнистой задницей и с наслаждением полюбовался над нашим полетом вниз.

Первой упала я. А следом, прямо на меня, спикировал футбольным мячом мужчина, распластавшись сверху в форме морской звезды и производя вид чрезвычайно тихий и безжизненный. В отличие от меня, заподозрившей в себе переломы всех костей во всех местах.

— Шинчик… А у тебя тут гипса не найдется, случайно? — спросила ласково я, пытаясь спихнуть с себя тяжелого мужчину, от которого, кстати, очень приятно пахло… Морем, камнями, пряностями…

— Фрося… — прохрипел мой импровизированный плед. — Ничего у меня нет… Потому что коза-Изуми замуровала нас здесь, в моем собственном поместье! Законсервировала его, закрыв все входы и выходы…

Глава 8

Как и положено профессиональному божеству, Иошинори вначале пытался спокойно и трезво оценить ситуацию: бегал по своему поместью, искал бреши в консервации “От Изуми” и заламывал руки всякий раз, когда не находил. А еще сыпал направо и налево проклятиями.

Я томно вздыхала и крутила пальцем у виска. Все же кицунэ оказался на редкость похожим на обычную часть мужского населения. Где его хваленое самообладание?

Я догадывалась где, но вслух не решалась ничего озвучивать. Я вообще старалась Иошинори на глаза не попадаться, и больше думала о том, как же мне горемычной отсюда выбраться. Покатушек на жирафе мне хватило на всю жизнь, хотя бы потому что я теперь сама была похожа на вышеупомянутого зверя: тоже в пятнышко. Только синее. Хвала небесам, я ничего себе не сломала и теперь расценивала это как нереальное везение. Это я к чему вспомнила, что погостили — пора и честь знать.

Я обратилась к собственным воспоминаниям, и они мне выдали ухмыляющуюся рожу Новогоднего Духа. И его злосчастную бутылочку. Значит, дело скорее всего в ней. Интересно, куда забросило девчонок. Кстати, когда Иошинори успокоится, нужно будет спросить у него, может ли он с ними связаться…

— Дьявол! Я убью эту заразу, когда сниму полог и выберусь отсюда! — промчался мимо меня, мирно гуляющей у прудика, Шин.

Я усмехнулась. Ну-ну! Судя по всему, красотка обладала незаурядным интеллектом. И если сумела запереть такое божество, как девятихвостое кицунэ, то вряд ли позволит себя убить в будущем. Хотя…

— ФРОСЯ! — рядом со мной рявкнули так, что у меня чуть сразу инфаркт миокарда не случился. На месте.

— Чего? — я подняла голову.

Мужчина возвышался рядом со мной, грозный, величественный и злой. Сзади него, словно гордо реющие флаги, развевались, чуть покачиваясь на ветру, призрачные девять хвостов.

— Не хочешь мне помочь?!

Я поперхнулась.

— А разве слабое существо-человечка, вроде меня, может что-то сделать?

Шин вздохнул.

— Просто хочу удостовериться в своих выводах еще раз. Я дам тебе особый предмет-артефакт. С помощью него можно искать бреши в магических щитах и ограждениях. Я просто подумал, что может быть ты…гкхм…со своим невезением сумеешь сделать то, чего не смог я?

Особый предмет-артефакт мне вручили, и теперь я с сомнением разглядывала оный, пытаясь понять, для чего изначально было предназначено сие орудие пыток. А в том, что подобным предметам могли только изощренно пытать, я не сомневалась. Внешне это напоминало вилы, с немного загнутыми кручьями-зубами.

— Ээээ… Иошинори… А у тебя великанов тут не было случайно? А то очень напоминает вилку для Годзиллы…

Шин только отмахнулся.

— Ты должна проходить вдоль границы моих владений и проводить “Науми-ри”, так называется этот артефакт, по земле. Если защита прочная, то должен загораться красный свет под зубьями. Если вдруг найдешь брешь, то сразу же зови меня!

Я усмехнулась, взвесила вилы в руках, присвистнула и клятвенно пообещала себе не уронить сию драгоценность себе на ногу. Ну, и приступила к работе.

Вначале все шло хорошо. Ну, в смысле, для меня хорошо. Земля под вилами загоралась алым светом, каждый раз, стоило мне провести ими по земле, а Иошинори лишь шел за мной и тяжело так вздыхал.