Ришат Мухтаров – Самайа. Книга первая (страница 15)

Любопытно разглядывая гостей, Самайа совсем забыла об осторожности и высунулась из-за занавески. Это каким-то образом заметил главный инквизитор и бросил на нее резкий, колющий взгляд глубоких черных глаз. Девушка тут же спряталась, но было поздно.

– Уважаемая брена! – услышала она громкий голос со двора. – Будьте добры, почтите нас своим присутствием.

Сердце билось, как колокол на центральной площади Кинвы во время пожара.

– Я не одета! – крикнула она, что есть мочи.

– Ничего страшного! – ответил ей инквизитор. – Нам нет дела до женских красот. Как вы, наверное, знаете, все братья нашего ордена дают обет безбрачия. Поэтому вам совершенно не нужно бояться того, что кто-то из нас обесчестит вас своими грязными взглядами.

– Она же сказала: не выйдет! – раздраженно крикнула Гвайра.

– Что ж… Тогда, боюсь, войти придется нам! – ответил инквизитор. – Если нам, конечно, никто не помешает.

Девушка, не сумев себя сдержать, снова выглянула в окно. Увидела, что «старший брат» что-то говорит Дьёру. А тот только жмет плечами и указывает на дверь в дом. «Тоже мне защитничек», – мелькнула сердитая мысль в голове. С другой стороны, а что рыцарь мог сделать? Один против троих. Бабка Наини рассказывала Самайе, что инквизиторы с детства обучаются фехтованию. Даже, если предположить, что каждый из них в бою не так искусен, как Дьёр, все вместе они его, конечно же, одолеют. Выходит, рыцарь снова поступил обдуманно и верно. Ей достался до раздражения идеальный сопровождающий.

Все трое инквизиторов медленно направились к крыльцу.

Самайа резко отошла от окна, осмотрела быстрым взглядом комнату, увидела висящий на спинке стула платок хозяйки и одним движением накинула его на плечи поверх ночнушки, стараясь скрыть под ним каждую перевязанную рану. Даже тряпочку, скрывающую укус на шее, она попыталась спрятать от лишних глаз, натянув платок под самый подбородок.

Первой в дом вошла Гвайра. Она хмуро смотрела перед собой и бубнила что-то нехорошее. Затем бросила на девушку добрый, успокаивающий взгляд и коротко вздохнула. Кочерга полетела обратно в очаг. Следом через порог ступил главный инквизитор. Ему пришлось чуть пригнуться, чтобы не удариться макушкой о косяк.

Два других брата тоже не заставили себя ждать. Последним в дом вошел Дьёр. Он бросил на Самайу напряженный взгляд и коротко кивнул. Девушка не знала, что он этим хотел сказать, но на всякий случай придала лицу умный вид, будто поняла все, что хотел передать ей рыцарь этим еле уловимым движением головы.

Инквизитор встал посреди единственной комнаты у стола, заваленного различными травами, корешками и посудой, в которой из этих ингредиентов хозяйка и готовила свои снадобья и мази, и обвел помещение внимательным, изучающим взглядом. Казалось, хрупкую девушку в платке он даже не заметил. Взял какой-то клубень и стал его вертеть пальцами. Гвайра бесцеремонно вырвала клубень у него из рук и направилась в угол, к мусорному ведру.

– Теперь выбрасывать, – буркнула она себе под нос и метнула то ли свеклу, то ли редьку в отходы.

Инквизитор почти никак на это не среагировал, только еле заметно скривил губы в усмешке. Он пододвинул к себе стул и тяжело уселся. Самайа пригляделась к его лицу – хоть это было и неприлично – и ей показалось, что этот человек очень устал. У него под глазами темнели круги, веки, когда он моргал, опускались и открывались медленнее, чем у обычного человека. К тому же инквизитор часто вздыхал. Как человек, который пытается сдержать зевоту.

– И куда же вы направляетесь, уважаемая брена? – наконец остановил он свой мутный взгляд на Самайе.

– Я… – растерянно затянула девушка.

– Она едет в Яблочный сад. К жениху. Как я вам уже говорил, – ответил за Самайу Дьёр.

Инквизитор медленно и нехотя повернул голову в его направлении.

– Я помню, что вы говорили, сир Дьёр, – ответил инквизитор. Его рыцарь поправлять не стал. – Но я хотел бы услышать это от самой девушки. С вашего позволения, конечно.

– Прошу прощения, магистр, – покорно опустил глаза Дьёр. Гвайра недовольно фыркнула. Она принялась чистить ножом какие-то корешки. Получалось у нее это как-то суетливо и нервно. Не потому, что ей приходилось орудовать одной рукой. К этому она, надо понимать, давно привыкла. Ее смущали непрошенные гости.

– Сир Дьёр сказал все верно, магистр, – произнесла Самайа, сделав акцент на красивом и сильном слове «магистр». Хотя больше ей хотелось выделить слово «сир». Рыцарь по-прежнему запрещал ей использовать это слово в отношении себя, и вот, наконец-то, случай подвернулся. Она бы с радостью победоносно покосилась сейчас на своего спутника. Но ситуация была не та.

– А почему же вы не путешествуете вместе? – спросил инквизитор, положив ногу на ногу и обнажив носок пыльного походного сапога. – С женихом.

– У него много дел. Он не может оставить лавку, – соврала Самайа, не моргнув глазом. Она наконец-то поняла, что хотел ей сказать Дьёр тем кивком. Чтобы она помалкивала про Дракона и истинную цель ее путешествия. Инквизиторам этого знать было не нужно. Еще примут ее за колдунью, которая якшается с древними существами, в жилах которых течет первозданная магия. – Мы недавно занялись торговлей. Поэтому дорог каждый день, – добавила она.

Самайа знала про поселок под названием Яблоневый сад лишь то, что он славился своими яблонями и яблоками, которые не только насыщали и утоляли жажду, но и придавали сил, и то, что в Саду, как и Кинве была хорошо развита торговля. Чудесные плоды разлетелись по всему королевству. Их можно было встретить на любом столе в любом замке и дворце. Обычные люди, разумеется, не могли их себе позволить. Но знать любила полакомиться вкусными, сочными плодами, которые придавали жизненных сил вкусившим их.

– Понимаю, – медленно кивнул магистр. – Но что же заставило вас пуститься в такой неблизкий путь?

– Захворал папенька. Очень серьезно, – скорбно опустила уголки губ девушка. Ей могло показаться, но на лице одного из братьев вроде как даже промелькнуло сочувствие. Того, что казался самым молодым, может, чуть старше самой Самайи, со светлыми короткими волосами. – Нужно было навестить. Чтобы попрощаться. Вот, возвращаюсь.

– И не страшно вам? – вздохнул инквизитор. – Места здесь неспокойные. Сир Дьёр производит впечатление бывалого воина, но он только один. Против банды разбойников или, скажем, стаи диких животных даже он не выстоит. Как бы, из-за желания попрощаться с папенькой, вам не пришлось попрощаться с собственной жизнью.

У Самайи екнуло сердце. Что-то оно стало подводить хозяйку в последнее время. На любую нестандартную ситуацию этот орган реагировал как-то уж слишком сильно. В голове тут же возник вопрос: «Он что-то знает, или просто попал пальцем в небо?» Девушка попыталась не подать вида, что ее обеспокоили слова инквизитора, сказанные невзначай, и понадеялась, что кровь не прильет к лицу. Покраснеть в такой ситуации было бы совсем не кстати.

– Я понимаю, – скорбно произнесла Самайа, сильнее кутаясь в платок, как будто ей холодно. Хотя утро было теплым. – Но денег на большее количество сопровождающих у меня нет. Девушка я бедная. Можете осмотреть мои вещи, чтобы удостовериться. Там вы не найдете ничего, кроме одного платья да пары расчесок.

Самайа отдернула занавеску, до этого скрывающую ее разобранную постель. Белокурый брат смущенно отвел глаза. Девушка указала на сумку, которая лежала в углу.

– В этом нет необходимости, – провел по воздуху ладонью магистр.

– А могу и я кое-чем поинтересоваться? К чему все эти вопросы? – не дождавшись разрешения, продолжила девушка. – Мы обычные путники. И ничего не сделали, – спросила она, решив, что ринуться в ответную атаку не помешает. Это иногда обескураживает собеседника. Подобный фокус она иногда проделывала с особо назойливыми женихами, начиная задавать им нескромные, неудобные вопросы: какой у них заработок? к скольким девушкам они сватались до нее? будет ли у их детей такой же длинный нос?

– Конечно, можете, – ответил инквизитор, скривив губы в подобие улыбки. Вообще, после того как Самайа пересекла границы этого графства, ей попадались люди, которые только делали вид, что улыбаются, не умея делать этого естественно. Исключением была только Гвайра. – Дело в том, что три дня назад в окрестностях кто-то использовал магию. Ее смрад донес до нас ветер, – сказал мужчина, поморщившись.

До Самайи доходили слухи, что в инквизиторы берут только тех, кто с рождения обладает одним специфическим даром – способностью «унюхать» магию. Сельские мальчишки и девчонки, с которыми она играла в детстве, затаив дыхание, рассказывали, что члены ордена слышат страшную, нестерпимую вонь, когда где-то рядом произносится заклинание. Но она не верила. Думала, что это просто глупые байки. Получается, ей говорили правду?

– Вы не заметили ничего необычного в своем путешествии? – поднял инквизитор брови.

– Нет, – максимально искренне покачала головой девушка.

– И не видели никого, кто бы мог прочесть заклинание?

– Не видели, – продолжала качать головой Самайа.

– Даже в зеркале? – снова якобы улыбнулся магистр и полез рукой в карман камзола под балахоном.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».