Риша Вольная – Ты меня поймал (страница 11)
– Да, но такова жизнь, – сочувствующе смотрит на меня, будто заранее о чём-то предупреждая. – Стоит быть внимательнее, но ошибок порой не избежать.
– Ошибки могут быть и с другой стороны, – не желая чувствовать на себе жалость чужого человека, я решаюсь оспорить это заключение.
– С другой?!
– Да. Вы сейчас говорите о неразделённой любви, но и этот страдалец ошибается, значит. Ведь если нет этой гармонии, которая по своему понятию может быть только между двумя правильными людьми, значит, и его любви нет. Это ошибочное виденье своих чувств, надо просто продолжить поиски в познании.
Виктор Иванович хмурится, видимо пытаясь понять смысл моих запутанных фраз, но философия и беседы не мои любимые предметы. Мне больше нравится молча созерцать окружающий мир.
– Вы хотите разрушить мою теорию? – в удивлении изгибая бровь, Полуэктов прячет руки в карманы широких брюк. – Вы так юны, но очень дерзко мыслите.
Неожиданно ухмыляюсь, слыша в свой адрес подобные слова. Где я и где та самая упомянутая дерзость?!
– Вам показалось. Не стоит брать всерьёз мои слова. Это лишь мысли, но спасибо за совет, – спокойно благодарю архитектора и тем самым прощаюсь с ним.
Ставлю ногу на первую лестницу стремянки, желая поскорее вернуться в мир неба с солнышком.
– Пожалуйста, – роняет он, но в его тоне ни капли искренности. – Au revoir. (До свидания).
– Adieu. (Прощайте)
Мой тон такой же сухой, как и слова прощания, что были выбраны далеко не случайно. Теперь сомневаться не приходится – ещё раз я с ним не увижусь, так как недовольство мной сквозит в этом остром как бритва взгляде.
Издав короткий хмык, Виктор Иванович покидает меня. Я же ещё несколько секунд вслушиваюсь в удаляющиеся тяжёлые шаги. Странно, что я не услышала его приближения.
В одиночестве мне становится хорошо. Задвигаю все мысли о происходящем в мозговой чулан ровно до того момента, когда придётся выпускать монстров наружу.
Усердно тружусь, пока позволяет естественное освещение и пустой желудок. Уже собираясь домой, понимаю, что из-за глупого спора с архитектором не узнала, где мне брать краски и кисти, поэтому придётся просить Натали.
А просить кого-то и о чем-либо я совсем не люблю.
Так что откладываю всё на завтра. Сегодня, мне кажется, и так достаточно нервных потрясений.
Выход с территории оказался гораздо проще, чем вход. Кроме суровых холодных взглядов охранников, буквально прощупывающих моё тело, я ничего не удостоилась.
Вышла на улицу и вздохнула пьянящий запах влажной осенней листвы. Рядом со мной небольшой сквер, который радует глаз изобилием пестрых красок. Решила наплевать на время и прогуляться до дома пешком.
И хотя многие утверждают, что во время пеших прогулок хорошо думается, меня этот факт обошёл стороной. Думалось из рук вон плохо… а вот воспоминания мужских губ к моим – это пожалуйста и сколько угодно.
Домой вернулась уже в сумерках и промокшая под мелкой изморосью набежавших серых туч. Не раздеваясь и едва ли замечая холод от мокрой одежды, я двигаюсь как сомнамбул к большому шкафу, откуда из потайного места достаю шесть картин.
Портреты.
И на всех одно лицо.
Сильное. Волевое. С хищными ужимками вокруг рта.
И у них один общий дефект – отсутствие прорисовки глаз. Я их не помню. Даже цвет.
Глаза – это зеркала души, а у Дракулы её нет.
Лео
Я открываю глаза и вижу в отдалении кровати, где спал, облако пепельных волос, раскиданных по полуголым плечам, которые едва были прикрыты моей рубашкой. Утренний свет падает через окно, которое не закрыто шторами, на девушку, превращая волосы в живое серебро. Её голова слегка наклоняется, и я вижу, что она рисует, сидя на голом полу, лишь подсунув под попу небольшую подушку.
– Мотылёк, – зову её, удивляясь тому, что эта девушка делает в моём номере и в другой стране.
Она оборачивается, и я вижу лазурные глаза и солнечную улыбку. Это точно Клара.
Легко поднимается и заползает ко мне на кровать, вынуждая меня подвинуться ближе к её середине.
– Лев, ты такой соня, – шепчет и прижимается к моему плечу.
Моя рубашка, застегнутая на ней кое-как, оголяет одно плечо и совсем не скрывает длинных стройных ног с изящными щиколотками. От соприкосновения с её прохладной кожей меня будто током ударяет, а потом рассыпаются по телу миллионы мелких иголок.
Делаю глубокий вдох и скольжу ладонями по гладкой идеальной коже рук, что обвивают мою шею. Нереальное чувство умиротворения и возбуждения одновременно.
В её тонких пальцах зажата кисть, видимо, случайно позабытая … упрямые щетинки щекочут мне шею, вынуждая оторваться от женского тела и забрать это орудие пыток.
– Не дам. Она моя любимая, – смеётся Лара, успевая отдернуть руку с кисточкой. – Я могу ей рисовать где и что угодно.
В её глазах горит азарт, а на лице распускается улыбка в предвкушении шалости.
– Прямо везде-везде? – подыгрываю Мотыльку и получаю серию согласных кивков.
Девчонка смело ставит кончик кисти на моё голое плечо и скользит вниз по груди, при этом выписывая какие-то витиеватые узоры, известные только ей. От усердия даже нижнюю губу прикусывает, срывая меня всем своим видом в бездну порока.
Хочу! Вот целиком! Со всеми её крыльями и заморочками!
– Если сейчас не прекратишь это издевательство, я тебя съем? – предупреждаю девчонку, но она только смеётся и спускает кисть на живот, сдвигая простынь всё ниже.
– Как волк красную шапочку? – кусая губы и пряча розовые от смущения щёки за завесой распущенных волос.
– Нет. Как лев свою жертву, – и, больше не выдерживая напряжения в теле, перехватываю запястье, смыкая его в плотный замок своего кулака. – Растерзаю на кусочки и проглочу.
Лара свободной рукой отодвигает мешающие пряди и внимательно, уже без тени улыбки смотрит на меня.
– Ну, если не боитесь, то попробуйте, граф де Бомарше, – и в лазурных глазах горит вызов.
И я точно знаю, что приму его, чего бы мне это ни стоило.
– Граф де Бомарше. Граф? – начинает она повторять, а меня трясет вместе с кроватью.
Едва успеваю подумать о землетрясении, как открываю глаза. Снова.
– Мы прилетели, – шепчет стюардесса и легонько толкает меня в плечо.
– Да-да. Я проснулся. Спасибо, – заторможено отзываюсь, чувствуя, как разочарование накрывает меня.
Всего лишь сон.
– Извините, что пришлось вас разбудить, но у вас расписание, – виновато продолжает девушка, делая шаг в сторону от меня, словно боится.
– Всё верно, – коротко отзываюсь и спешу подняться.
Надо проветрить мозги. В окно голову тут не высунешь, но вода тоже поможет.
Споласкиваю руки и лицо ледяной водой и гляжу на себя в зеркало над раковиной в туалете, куда спешно эвакуировался.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.