Риша Вольная – Одна из тысячи звезд (страница 49)

— Почему ты не выходила из машины? Я сначала решил, что ты не хотела сюда ехать, а потом мне сказали, что ты всю дорогу тяжело дышала и корчилась, возможно, от боли. Я малость испугался.

Становится понятным его взвинченное состояние.

— Я просто устала, а сидела… думала, тебя нет дома, что ты на позднем совещании со своей секретаршей.

— Дура ты у меня! — прям с облегчением в голосе выдохнул Арчинский, легонько целуя меня в висок.

Вот всегда он так, вроде бы, мне положено обидеться за оскорбление, но делать этого совсем не хочется.

— Бывает, иногда! Но это не значит, Арчинский, что ты и дальше будешь обзываться.

— Не буду, — пообещал он, не давая больше права голоса, захватывая мой рот в поцелуе, наполненным нежностью и одновременно щемящей болью грусти.

Запустила руки в его волосы, безвозвратно портя их укладку, наслаждаясь возможностью ухватиться за длинные пряди, как представляла в нашу первую встречу.

— Я купил тебе цветы, — прошептал Даниил мне в губы.

— Это хорошо, я люблю цветы. Надеюсь, это не розы? — в тон ему спросила я.

— А что, ты не любишь розы?

— Я все цветы люблю, но шипами по лицу будет больно. Ты тут малость просчитался.

— А все-таки планируешь меня побить ими? — спросили меня, слегка прикусывая губу и кожу на подбородке.

— Нет, это я так… на возможное будущее.

— Ничего, я выдержу.

— Ого, значит, смелый? — спросила я, обрисовывая пальцем контуры мужского лица.

— Нет, отчаянный! — улыбаясь, он притворно укусил меня за пальцы.

— Хорошо, Отчаянный! Так, где мои цветы? Что-то я не заметила их, когда ты прискакал к машине?

— Сейчас, женщина, не торопи. Я ж только учусь.

И мы направились в гостиную. Даниил остановился на пороге комнаты, аккуратно поставив меня на пол, прижимая к себе спиной. Я осмотрелась. На кофейном столике стояли три большие шляпные коробки с потрясающими розами и орхидеями, а на полу огромный букетище роз разных цветов, от вида которого я пришла в легкий шок. Я ждала букет, большой букет, помня о скрытой любви Арчинского ко всему большому, но такого все равно не ожидала.

— Мда… я теперь понимаю, почему к машине ты вышел без цветов. Я б в случае негодования таким букетом тебе бы голову проломила одним ударом, ну, если бы вообще смогла его от земли оторвать. Дань, ты все-таки малость … рехнулся?! — то ли спросила я, то ли подтвердила, даже сама не поняла.

— Тебе не нравится? — прозвучал типичный мужской вопрос, оставив без внимания первую часть моего высказывания.

Ну, как ТАКОЕ может не нравиться?!

— Нравится, очень! Но зачем так много? Сколько их там? — спросила я, кивая головой в мини-клумбу посередине гостиной.

— Тысяча и одна, ну, как в сказке. Мне бабушка ее часто читала. А еще я подумал, что мы с тобой давно встречаемся, а я подарил всего один маленький букетик роз. Ну, и исходя из итогов нашей встречи в обед, я понял, что сильно провинился. И, вообще, женщина, чего я тут оправдываюсь, как в школе перед директором?! Захотел и подарил, а у меня даже повод есть, так-то все обвинения заочно снимаются.

— Повод? — наклонив голову в бок, взглянула ему в лицо.

— Ага, по этому случаю я тебе даже подарок приготовил. Посмотришь? — спросил он, кивая головой в сторону столика.

Там между цветами стоял подарочный пакетик, который я сразу даже не заметила.

Вот чует моя попа, что подарок-то с изюминкой, а судя по слишком бодрому голосу и неровному дыханию мужчины, там прям-таки изюмище.

С прищуром посмотрела на Даниила, пытаясь произвести рентген мозга, но либо мои таракашки потеряли этот дар, либо череп Арчинского, закаленный в многолетних боях, не пропускал лучи. Решив все-таки утолить мое природное женское любопытство (откуда только оно взялось?!), сняла с талии руки мужчины и двинулась в глубь комнаты.

Медленно взяла пакет, достала коробку в лентах. Вздохнув, стала распечатывать, пока в руках не оказалась голубая коробочка от Тиффани. Уже дрожавшими пальцами открыла ее, чтоб увидеть потрясающее кольцо.

Медленно выдохнула, закрыла глаза, открыла глаза, но картинка не поменялась, да и мысли не приходили в одну линию, а все скакали туда-сюда. Почувствовала, как сзади меня подошел Даниил. Господи, если он сейчас снова спросит про «не понравилось», я его стукну.

— Медвежонок, это… я… — замолчала, так как фраза из междометий точно не имела смысловой нагрузки.

Почувствовала, как горячие ладони мужчины скользнули на мою талию, а затем сомкнулись в замок на животе.

— Кроха, я знаю, что спешу, что тороплю тебя. Уже давно понял, что выйти замуж за миллионера — это точно не цель твоей жизни, даже просто выйти замуж ты не планировала, — тихо в волосы пояснил Даниил.

— Ну, ты же знаешь, что моя фобия не особо предполагала к развитию таких мыслей.

— Знаю, но с твоей хренофобией мы, вроде, разобрались? Или нет?

Я хмыкнула, аккуратно проведя пальцем по граням бриллианта на верхушке кольца, которое продолжала держать перед собой.

— Частично, как я сегодня поняла. Это только на тебя она не срабатывает.

— Конечно, она знает, с кем связалась, — гордо согласился мужчина, оставляя поцелуй в макушку. И снова тишина.

— Оно очень красивое. Я не очень разбираюсь, точнее, совсем не разбираюсь в камнях, каратах и прочей ювелирной атрибутике, но выглядит потрясающе, — наконец-то я смогла сформулировать свои чувства в слова.

— Мне сказали, что это одно из самых лучших. Селин… — он замолчал, подбирая слова, и сильнее стиснул руки, прижимая к себе. — Я должен был так поступить, так как я определенно не собираюсь отдавать тебя Маркелову или еще какому-нибудь уроду. И сейчас я не встаю на колено, делая тебе предложение, не произношу все эти пафосные речи, так как понимаю, что ты не готова. Я не хочу давить, и если ты когда-то решишь сказать «да», то это будет только твое решение, а не вынужденная мера. Я только прошу дать мне шанс.

— Шанс?

— Да, шанс! Шанс доказать тебе, что у нас может что-то получиться, несмотря на все сложности.

Я промолчала, добавить было нечего, так как Дан был прав во всем. Снова провела по камню, любуясь его мерцанием. Всегда спокойно относилась к украшениям, но в это кольцо влюбилась с первого взгляда.

— Пусть для тебя это будет просто кольцо. Пусть как знак моей победы над твоей фобией, — предложил Даниил, укладывая подбородок на мое плечо. — А над всеми остальными вопросами подумаем попозже. Например, на следующей неделе? Договорились?

Мда, это он, вроде, так не спешит?! На следующей же неделе вдруг мои тараканы помимо дара с рентген лучами приобретут дар ясновиденья, и тогда мое будущее раскинется на большом поле, где я буду метаться с вилами наперевес, раскидывая кучками соломку в нужных местах, чтоб падать потом было легко и приятно.

Кивнула, соглашаясь, так как в результате недлительного опыта общения с этим Халком, в который раз, убеждаюсь, что спорить напрямую бесполезно, тут надо другими путями решать проблему.

Аккуратно вынимаю свою блестящую прелесть из подушечки, отбрасывая упаковочную коробочку на столик. И уже собралась его примерить, как мужчина меня остановил, обхватывая запястье руки с кольцом.

— Ты позволишь мне?

От его вопроса перехватило дыхание, сердце ухнуло в живот, а пальцы снова дрогнули. Согласилась кивком головы, так как на голос уже не рассчитывала.

Даниил забрал кольцо, а я выставила перед собой правую руку, пытаясь унять дрожь в пальцах. Отметив мой мандраж, он ухватил мою руку и развернул лицом к себе. Удерживая мои пальцы свободной рукой, не спеша надел кольцо, оставив в конце поцелуй на пальчике. Подняла на него глаза, пытаясь понять, только ли мне так волнительно. Как оказалось, его спокойствие тоже наигранное, судя по стиснутым челюстям и глазам, в которых я видела отражение своей неуверенности.

Я по старой привычке отрешалась от чужих эмоций, не задумываясь о том, что чувствует он, фактически делая девушке предложение, но не получая согласия, а только одни упреки.

— Спасибо, Медвежонок! Спасибо, что понимаешь, а я в свою очередь постараюсь побыстрее разобраться со своей головой, — пообещала ему, улыбаясь краешками губ.

— Да, оформи ей больничный, чтоб хорошенько отдохнула, — посоветовал он, наклоняясь ко мне, чтобы оставить на губах огненный поцелуй.

— Так если у нас мир, то можно наконец-то пройти в столовую и славно поужинать, — оторвавшись от моего рта, радостно провозгласил Медвежонок и, подхватывая мою ладонь в свою, потащил из комнаты.

— А почему наконец-то? Если ты так голоден, то весь этот душетрепещущий эпизод можно было бы перенести в столовую, — поинтересовалась я, притормаживая в холле.

— Ну, что ты, дорогая! Там помимо колющих и режущих столовых предметов два стеклянных шкафа с сервизами и бокалами, некоторые даже близки к антиквариату. Мне бы не хотелось лишиться их или своих горячо любимых частей тела.

— Ой, да ладно! Подумаешь, бросила в тебя парочку журналов, так теперь давай запиши меня в отряд безжалостных убийц.

Арчинский засмеялся, возобновляя движение в сторону еды, снова потянув меня за собой.

— Арчинский, да притормози ты! Мне хоть в ванную можно сначала забежать? Сам-то чистенький, в свежей одежде, а я?

Этот образец мужской красоты сделал вид, что думает, а потом с царственным видом кивнул.

— Только не долго, а то я точно умру с голода. И насчет этого душетрепещущего момента попрошу не высказываться, я же старался приблизить реальность к каждому слову из статьи о нашей помолвке, чтоб ты не сказала потом, что это все обман.