Ринга Ли – Ныряя в синеву небес, не забудь расправить крылья (страница 51)
Лю Синь перекатывал тонкую платиновую цепочку в пальцах, держа руку под подушкой. Вчера он так и не успел подарить кулон: Тан Цзэмин, едва окинув взглядом черепаху, вырвался из рук Гу Юшэна, сказав, что пойдет сам. А дома они сразу же уснули – бессонная ночь дала о себе знать.
Судя по солнечным лучам, проникающим в комнату, рассвет давно уже наступил. Лю Синь, помня о своих новых обязанностях, должен был быть уже давным-давно на ногах, но отчего-то Сяо Вэнь так и не разбудил его до сих пор, а ему самому очень хотелось дождаться пробуждения мальчика, чтобы подарить подарок. Прокручивая воспоминания о вчерашнем вечере, он никак не мог стереть улыбку со своих губ. Лю Синь и представить не мог, что когда-нибудь в своей жизни увидит нечто подобное. Если бы еще несколько лет назад кто-нибудь сказал ему, что жизнь может быть такой, он бы счел это бреднями сумасшедшего.
Пролежав так еще немного, Лю Синь услышал тихий шорох в коридоре. С сожалением подумав о том, что подарок придется отложить, он встал с постели. Столь халатное отношение к работе в первый же день не лучшее проявление благодарности к и так уже много сделавшему для них Сяо Вэню.
Отодвинувшись, Лю Синь привстал, но тут же был схвачен за руку:
– Куда ты?
Повернувшись, он наткнулся на совершенно бодрый взгляд Тан Цзэмина, который во все глаза смотрел на него.
– Ты проснулся, – улыбнулся Лю Синь. – Пора вставать.
– Давай еще немного полежим, – увидев в глазах Лю Синя сомнение, Тан Цзэмин вновь потянул его на себя, упрашивая: – Совсем немного, только пару минут.
Улегшись обратно на бок, Лю Синь растянул губы в улыбку:
– У меня кое-что есть для тебя.
Тан Цзэмин тут же распахнул глаза шире, в них горели любопытство и нетерпение. Не став мучить его ожиданием, Лю Синь вытащил кулон из-под подушки.
– Ого!
– Ого…
Они оба смотрели на кулон совершенно по-разному.
Тан Цзэмин восхищенно оглядывал голубой живой камень, в нижней части которого мирно плескалась голубая вода, а поверху плыли мягкие облака, разбавленные мазками пелены и солнечными лучами.
Лю Синь несколько раз моргнул, неверяще глядя на кулон, который еще вчера отражал ночной пейзаж.
«Невероятно… Он что, показывает настоящее время суток?»
Лю Синь, конечно, знал, что камень необычный, но чтобы настолько… Переведя взгляд с кулона на Тан Цзэмина, он увидел, что тот уже смотрит не на камень, а на него самого улыбающимися глазами. Вернув улыбку, Лю Синь остался довольным покупкой и тем, что обрадовал мальчика.
– Очень красивый, мне нравится, – выдохнул Тан Цзэмин.
Лю Синь кивнул и вновь посмотрел на кулон, цепочка которого мерцала в лучах света.
– Давай наденем его на тебя.
Неохотно отстранившись, Тан Цзэмин сел к нему спиной, откидывая волосы набок и позволяя застегнуть кулон. Взглянув на камень на груди мальчика, Лю Синь хлопнул ладонями по коленям:
– Пора вставать.
Спустив ноги с постели, он внезапно вскрикнул, забираясь обратно и отодвигаясь от края.
– Что такое? – тут же вскинулся Тан Цзэмин.
– Там что-то… – недоговорил Лю Синь.
Две головы высунулись за край кровати, осматривая то, что заставило юношу отскочить.
Возле постели на полу мирно лежала большая зеленая черепаха, медленно пережевывая лист капусты и глядя глазками-бусинками прямо перед собой.
– Как она здесь оказалась? Я же оставил ее вчера в главном зале.
Тан Цзэмин кинул взгляд на приоткрытую дверь и снова посмотрел на Лю Синя.
Снаружи послышались звуки.
Встав с постели, Лю Синь вышел за дверь. Зайдя на кухню, он увидел Сяо Вэня, готовящего завтрак. Точнее, пытавшегося. Лекарь выглядел не так бодро, как хотел казаться.
– Доброе позднее утро! – хрипло поприветствовал он, широко улыбнувшись и взмахнув ножом.
– Утра, – усмехнулся Лю Синь, присаживаясь за низкий стол на подушку. – Черепаха, она…
– Да, крутилась тут кругами, пока не получила капусту, после чего стремительно поползла к вам.
Увидев, как мужчина потирает висок, Лю Синь приподнял бровь:
– У тебя что, похмелье? Мы же немного выпили вчера.
– В городе-то немного, но после возвращения домой мы прикончили бочонок сливового вина. – Сяо Вэнь нахмурился. – Или три.
«В самом деле? Не ты ли лучший лекарь в городе? И даже не можешь сварить себе антипохмельное снадобье?»
Рассмеявшись про себя, Лю Синь вновь поднял глаза на Сяо Вэня.
– А-а, я знаю, знаю, о чем ты подумал. Снадобье готовится долго и так воняет в процессе, что меня трижды вывернет.
– Почему же ты заранее его не приготовил?
– Мне было лень, – пожал плечами Сяо Вэнь.
Встав, Лю Синь подошел к лекарю, отбирая у него нож и отодвигая от стола.
– Дай-ка я приготовлю тебе свое зелье от похмелья.
Медленно моргнув два раза, Сяо Вэнь не стал спорить, падая на подушки возле стола. Так великий и прославленный генерал Сяо, ученый муж, который одним своим видом дарует людям просвещение, сейчас безбожно дрых, развалившись в совсем неподобающей для господина позе в ожидании того, когда его напоят похмельным супом.
Посмеиваясь и поглядывая в сторону лекаря, Лю Синь тихо готовил овощной кисло-сладкий острый суп. К тому моменту, когда он почти закончил, на кухне собрались все обитатели этого дома.
Тан Цзэмин, держа на руках большую черепаху, которая теперь пережевывала кусок морковки, расположился напротив Гу Юшэна. Мужчина всем своим видом хоть и пытался показать, что с ним все в порядке, но изредка все же прикрывал глаза от громкого смеха мальчика, который посмеивался над рассказами Лю Синя. Цзин сидел рядом с Тан Цзэмином, иногда косясь на невесть откуда взявшуюся черепаху и потирая виски.
Расставив миски для каждого, Лю Синь сел на единственное место рядом с молчаливым мужчиной.
– Ешьте, – махнул он ложкой и уткнулся в свою чашку.
Сяо Вэнь, очнувшийся от вкусного запаха, первым смолотил свою порцию и потянулся к небольшому котелку за добавкой.
– Что это за суп? Такой вкусный! – восхищенно протянул он.
– От похмелья помогает сладкое, кислое и острое. Этот суп сборный, поэтому хорошо помогает. Вообще-то, он делается на мясном бульоне, но… овощной тоже неплох.
Сяо Вэнь, медленно прожевывая грибы, кивнул и опустил взгляд на стол.
Завтрак прошел в относительной тишине, разбавляемой стуками ложек и благодарностью повару. Ближе к обеду Гу Юшэн вдруг вознамерился уйти в город и, повернувшись к Тан Цзэмину, позвал его с собой.
Не став препятствовать, Лю Синь отпустил мальчика, удалившись с Сяо Вэнем в мастерскую.
– Сегодня я только познакомлю тебя с некоторыми травами.
– Хорошо, – оглядываясь по сторонам, сказал юноша.
– Ты ведь еще не был на заднем дворе?
Лю Синь отрицательно покачал головой. Лавка лекаря выглядела небольшой снаружи, однако, пройдя внутрь, можно было обнаружить довольно большое пространство в виде задних подсобных помещений и двора, вход на который был также с улицы.
Открыв дверь, Сяо Вэнь улыбнулся.
Небольшой задний дворик, огороженный высоким забором, состоял из маленького огорода с полезными травами, крытого стойла для лошадей слева от входа и нескольких пристроек с инструментами и прочей утварью. Место было чистым и опрятным. Невооруженным глазом было видно, что за двором ухаживают умелые руки. Ровные ряды саженцев мирно покачивались на ветру, разнося свежий, приятный запах.
Услышав знакомое ржание из конюшни, Лю Синь подошел к Игую, проводя по его носу рукой, в которую конь сразу же ткнулся мордой.
– Он скучал по тебе. Тан Цзэмин довольно часто навещает его, а вот тебя он не видел уже довольно давно, – сказал подошедший Сяо Вэнь, проводя по сизой пряди коня.
– У меня совсем не было времени, – улыбнулся парень.