Ринга Ли – Ныряя в синеву небес, не забудь расправить крылья (страница 50)
На горизонте уже брезжил рассвет, когда Лю Синь заметил, что Тан Цзэмин клюет носом, немного покачиваясь и прижимаясь к его боку в поисках подушки для сна. Мигом отстранив ото рта чашу, Лю Синь взглянул на спутников, которые понимающе кивнули и поднялись. Так, немного хмельные и веселые, они двинулись домой. Подхватив на руки уже спящего Тан Цзэмина, Лю Синь шел между двумя мужчинами с марширующей впереди них гарпией.
Когда они, тихо посмеиваясь над очередной историей Сяо Вэня, проходили мимо начавших закрываться палаток и лавок, Лю Синь вдруг остановился, прислушиваясь.
– …После того случая я в ту винодельню ни ногой! Не то чтобы я так уж сильно любил вино. Я вообще-то предпочитаю черный чай… – продолжал увлеченно болтать Сяо Вэнь, уходя вперед и оставляя позади остальных.
– В чем дело? – спросил Гу Юшэн, оглядываясь.
Лю Синь свел брови к переносице и вдруг развернулся в противоположную сторону:
– Ты слышишь крики?
Гу Юшэн подошел ближе, вслушиваясь сквозь гвалт людей. Спустя некоторое время он ответил:
– Только шум толпы.
Заметив, что его спутники отстали, Сяо Вэнь вместе с Байлинем подошли к ним:
– Что случилось?
Гарпия заскакала на месте, глядя в ту же сторону, что и Лю Синь.
Юноша внезапно передал Тан Цзэмина Гу Юшэну и сорвался с места, стремительно проходя меж толпы людей. Переглянувшись, оба мужчины последовали за парящими журавлями на подоле Лю Синя, что летели вслед за ним.
Пройдя мимо людей в богато расшитых одеждах и не замечая на себе заинтересованных взглядов, Лю Синь остановился почти у края площади, переводя дух.
– Лю Синь, что такое? – быстрым шагом поравнялся с ним Сяо Вэнь, но вскоре увидел, что так привлекло его внимание.
Возле маленькой палатки крутился мужчина средних лет, громко зазывая толпу:
– Подходите! Подходите! Черепаха с самым крепким панцирем в мире! Победителю, расколовшему его, я вручу горшочек золотых! В придачу к самой черепахе, суп из которой станет отличным завершением сегодняшней ночи![31]
На прилавке лежала большая зеленая черепаха, панцирь которой переливался всеми цветами изумруда. Именно его сейчас и пытался расколоть огромный мужчина, держа в руке тяжелый молот и нанося грохочущие удары. На каждый из них черепаха прикрывала черные глаза, содрогаясь от мощных ударов.
Полыхнув глазами, Лю Синь двинулся в сторону палатки.
– Молодой господин хочет поучаствовать? – широко улыбаясь, спросил его зазывала.
Вздрогнув от очередного удара всем телом, Лю Синь поднял на человека взгляд:
– Какая цена?
– Цена за участие – два золотых, – подбрасывая в руках монету, ответил мужчина. – Господин будет участвовать?
– Какая цена за черепаху? – пояснил Лю Синь.
Хозяин палатки остановился, удивленно приподняв брови:
– М-м?
– Я хочу выкупить черепаху. Сколько она стоит? – выдохнув, сказал Лю Синь. – Вы не могли бы… остановить его? – указал он на мужчину, вновь замахнувшегося молотом.
– Господин, как же я могу? Он ведь заплатил за участие, – лукаво ответили ему.
– Тебе нужно повторить, чтобы ты понял? – послышался чуть позади голос Сяо Вэня, который уже встал с Лю Синем плечом к плечу. Байлинь рядом с ним расправил огромные крылья, нахохлившись, из-за чего перья на его голове встали дыбом, выглядя в точности как рога.
Усмехнувшись, зазывала повернулся к лекарю и тут же осекся, наткнувшись на его взгляд. Сяо Вэнь смотрел на мужчину, приподняв брови. Недавнее веселое настроение сменилось в его глазах жесткостью, которую Лю Синь раньше не видел.
«Значит, не показалось…»
– Или, может, мне остановить его? – спросил Гу Юшэн, тоже подходя ближе и вставая рядом с Лю Синем.
Хозяин палатки отшатнулся и резко развернулся, жестом останавливая представление:
– Господин, господин, хватит! Вы исчерпали свои попытки.
Рослый мужчина досадливо фыркнул, отбрасывая молот и шарахнув с грохотом о железную клеть. Шум привлек внимание людей.
Вновь повернувшись к странной компании, зазывала натянуто улыбнулся, раскрывая руки:
– Обсудим сделк…
– Сколько она стоит? – нетерпеливо повторил Лю Синь, не отрывая взгляда от черепахи.
Окинув всех троих жадным взглядом, мужчина вдруг понял, что сможет неплохо заработать, поживившись на этих простаках, и открыть свою пекарню. Большая черепаха все равно не приносила большого дохода. Обычно хватало одного рослого мужчины за вечер, который, так и не расколов панцирь, отваживал всех остальных, ведь они понимали, что точно не смогут выиграть, а только потеряют деньги.
– Тридцать золотых, – назвал самую высокую сумму хозяин, рассчитывая, что если парень начнет торговаться и собьет цену хоть на десяток, то даже при таком раскладе он останется в выигрыше.
Лю Синь замер, подсчитывая в уме оставшиеся монеты в кошеле. Они с Тан Цзэмином потратили всего ничего: мальчик предпочитал смотреть представления и просто гулять с Лю Синем, а Сяо Вэнь оплатил весь их счет за ужин.
Полагая, что денег должно хватить, Лю Синь кинул свой кошель зазывале. Тот ловко перехватил его, подбрасывая в руке.
– Считай.
Глаза торговца вспыхнули. Нервными пальцами расстегнув кошель, он высыпал золото на прилавок.
Будучи человеком нерасточительным, Лю Синь сейчас отчего-то чувствовал себя уверенно, глядя, как тонкие пальцы жадно пересчитывают золотые монеты, ради которых он столько работал без устали. Благо Сяо Вэнь был щедр на выплаты.
Закончив с подсчетами, мужчина ухмыльнулся, поднимая голову:
– Здесь не хватает.
– Сколько? – перебил открывшего рот Лю Синя лекарь.
– Четыре монеты.
Выудив затребованное из своего кармана, Сяо Вэнь вложил оставшиеся монеты в руку торговца, который вновь отшатнулся, увидев обращенный на него медный взгляд.
– С вами приятно иметь дело, господа. Забирайте зверя, – махнул он рукой в сторону большой черепахи, облегченно прикрывшей глаза.
Стоя рядом с Гу Юшэном, Сяо Вэнь приподнял бровь, глядя на то, как Лю Синь опускается на одно колено перед черепахой, лежащей на бочке, а Байлинь взволнованно скачет рядом с ним.
– Как он услышал крики этого зазывалы через толпу?
– Понятия не имею, – ответил Гу Юшэн, удобнее перехватывая Тан Цзэмина, который начал ворочаться.
Погладив черепаху по голове и в ответ получив взгляд темных глаз-бусинок, внимательно смотревших на него, Лю Синь аккуратно поднял ее, укладывая на руки, и развернулся к спутникам. Решив, что на этом их богатый на события вечер точно подошел к концу, все трое двинулись в сторону дома. Мирно покачиваясь на руках юноши, большая зеленая черепаха тихо дышала, медленно моргая и глядя перед собой.
Лю Синь негромко переговаривался с Сяо Вэнем о случившемся, прося его, чтобы тот удержал занятую у него сумму из его жалованья. Лекарь на это лишь отмахнулся, прося не беспокоиться о пустяках.
Подумав о том, что без спроса несет черепаху в чужой дом, Лю Синь повернул голову:
– Вэнь-гэ, прости, я даже не спросил твоего разрешения.
– Ай-я-я… да все нормально, я люблю животных. К тому же, смотри, – он растянул зеленый подол своих одеяний, которые были расшиты белыми черепахами, – что это, как не знак судьбы, а? – улыбнулся он, на что Лю Синь тихо рассмеялся, чувствуя облегчение.
Заслышав позади шум, они обернулись на Гу Юшэна, отстающего от них на пару шагов и несущего мальчика. Тан Цзэмин ворочался из стороны в сторону, выкручиваясь из его рук и упираясь ладонью ему в лицо.
– Он всегда так беспокойно спит? – мрачно спросил Гу Юшэн, получая еще один толчок в подбородок от нахмурившегося мальчика.
– Да нет, обычно он спит спокойно, – удивился Лю Синь, подходя ближе.
Увидев, что Тан Цзэмин приоткрыл веки, ощутив прикосновение, Лю Синь улыбнулся, встречаясь с ним взглядом.
– Смотри, – приподнял он большую зеленую черепаху.
Тан Цзэмин перевел на нее взгляд и замер. Черепаха медленно моргала в ответ, глядя на мальчика.