Ринат Таштабанов – Нейронафт. Часть 2 (страница 68)
Главное в этом названии — морф — морфинг, как в фантастических фильмах, когда один объект плавно перетекает в другой. Помните вторую часть Терминатора? Так вот, здесь, нечто подобное. Только с поправкой на действительность Сотканного мира
А ещё… и я это вижу, эти твари могут разделяться.
На моих глаза один из некробиоморфов распадается на пять мелких деформированных существ, непонятной формы, а потом снова собирается воедино.
«Круто! Нечего сказать! — думаю я. — И, как мне убить такую тварь?»
Не успел я об этом подумать, как в паре метров от меня, прямо из жижи, восстаёт монстр.
Он был замаскирован под грязь, и сливался с ней, как хамелеон.
Я едва успеваю отскочить, когда его когти проносятся в сантиметре от моего лица.
— Паук! — кричу я. — Начали!
И я открываю беглый огонь.
Бах, бах, бах!
Стреляю в эту тварь практически в упор, быстро пятясь назад, помня о том, что мне нужно избежать попадания на себя капель кислоты.
Заряды рвут плоть твари, и существо раскидывает на части, будто я шмальнул в него из РПГ.
В воздухе повисает облако из чёрной жижи, а на пол падают изуродованные шматы некробиоморфа. Точнее то, что от него осталось.
Я едва успеваю уклониться от веера едкой капели.
Кислота шипит и прожигает грязь, оставляя на ней белёсые дымящиеся разводы.
Лабиринт же продолжает меняться.
Туннель, по которому я только что шёл, исчезает. Стена смыкается, как зарастающая рана. Другой же проход расширяется, превращаясь в туннель.
Пол под моими ногами становится вертикальным, и я на секунду повисаю на стене, цепляясь за куски выступающей из неё плоти. Рядом со мной повисает и следующий за мной по пятам Паук — мой верный оруженосец.
Некробиоморфы точно только этого и ждали и атакуют меня со всех сторон.
Один перетекает прямо по потолку, и бросается вниз.
Я стреляю навскидку, с одной руки и, одновременно, разжимаю пальцы, и сам падаю вниз, в грязь, прямо на спину.
Бах!
Кислотно-энергетический заряд попадает в бок твари.
Взрыв!
Осколки костей и проводов разлетаются во все стороны, как при салюте.
Трое мелких существ отделяются от большого и атакуют меня с флангов. Они быстрые, юркие, но, как мне кажется, не такие опасные, как их старшие собратья.
Их цель — отвлекать на себя внимание и расходовать на них боеприпасы. Типа, таких биомеханических дронов — ложные цели.
Быстро поднимаюсь. Даю по ним короткую очередь.
Бах! Бах! Бах!
Две твари уничтожены, третий пытается уползти по жиже, но я добиваю его одиночным выстрелом в корпус.
Бах!
Существо будто испаряется в грязи, которая взметается фонтанчиком вверх.
Ещё один некробиоморф — тот, что крупнее остальных, — растворяется в стене и, тут же появляется прямо за моей спиной.
Ах, ты — сучара!
Я чувствую его присутствие за секунду до атаки. Поворачиваюсь и стреляю в него, уперев ствол автомата ему в грудь.
Бах!
Заряд пробивает грудную клетку некробиоморфа. Кислота разъедает его внутренние механизмы. Монстр издаёт скрежещущий звук, и распадается на части.
Я только успеваю прикрыться рукой, чтобы кислота не попала мне на голову и ныряю в жижу, чтобы смыть с себя остальные капли.
Мой защитный костюм дымится. На нём появляются язвы, но они, быстро зарастают.
В дело вступил Червь! Он запустил регенерацию. Отлично!
Мне нужно срочно придумать новую тактику боя. Всё, что было прежде — не годится.
Лабиринт всё время меняется, и стены, больше не мои друзья, а враги. Они могут исчезнуть в любую секунду или превратиться в ловушку, скрывая в себе очередную тварь.
Выход?
Скорость!
Только бешеная скорость может меня спасти.
Я буду использовать динамические точки — всё, до чего могут дотянуться, чтобы резко менять своё местоположение в пространстве.
Трансформация!
Туннель беспрерывно меняется, как и сам лабиринт. На место одних проходов приходят другие.
И я прыгаю на выступающие части. Отталкиваюсь от стен, которые ещё не успели измениться.
Быстрее! Ещё быстрее!
Мои мышцы, даже в экзоскелете, с впрыском нейробустера, работают на пределе. За пределом возможного. И готовы разорваться от напряжения.
— Давай! — кричу я сам себе. — Давай!
Я действую вопреки законом физики и гравитации, будто на меня не действует притяжение.
Так.
Сюда!
Прыжок.
Взмах руки.
Цепляюсь за края разрыва в плоти туннеля. Подтягиваюсь и ползу вверх, даже сам не понимая, как мне это удаётся, ухитряясь ещё держать автомат. Точно я нахожусь в некой аномалии.
Паук не отстаёт.
Ему проще!
У него столько щупалец и лап, что для него, что стены, что пол, что потолок, — всё едино.
Некробиоморфы не отстают.
Проворные твари! Как обезьяны!
Тук!
Тук!