Ринат Назипов – Жизнь игра (страница 54)

— Не, да ты не расстраивайся, мне по большому счету плевать на твоих ушастых, да и Станция большая, найдем тихое местечко и посидим.

Вот так вот мы и оказались в этом ресторане. Мало того, что нервы уже были на взводе, от поисков этого самого «тихого местечка», так еще и Вирта постоянно дергали, потому как дуэли офицеров Флота с аграфами не прекращались и ему постоянно сообщали, что, то там, то там покалечили очередного. Мы и в этот-то ресторан пришли, потому как до сих пор не было ни одного сообщения о присутствии тут аграфов. Да, не было, а теперь вот есть.

То, что мы совершили ошибку в выборе столика понял не только я, но и Вирт, да только уже было поздно. Нас заметили и не просто заметили, а обратили внимание. Вирт аж зубами заскрежетал от расстройства. Аграфы привстали и изобразили что-то вроде приветствия, пришлось и нам немного приостановиться и ответить. Но первый контакт к облегчению Вирта прошел довольно спокойно. Поприветствовав нас, ушастые как будто забыли о нашем присутствии, чему контрразведчик был несказанно рад.

У нейросетей есть одна забавная, хотя и очень полезная функция. При попадании яда в организм, она задействует какие-то там его функции и очень быстро, практически сразу, выводит его из организма, или расщепляет на не опасные ингредиенты. Не знаю по какой причине, но и алкоголь нейросеть относит к отравляющим и ядовитым веществам, так что напиться, да даже и почувствовать легкое опьянение при наличии нейросети у вас не получится. Не получится, если не отключить эту самую функцию. А отключается она довольно легко и быстро, как в принципе и включается. Так что можете сообразить сами, функцию эту мы отключили еще до того, как наши седалища уместились в креслах за столом. Мы пришли сюда напиться, а не переводить кредиты.

Официантка появилась практически мгновенно. Я благоразумно делегировал право составить заказ более опытному товарищу, только попросил принести литр хорошего вина, пришла пора вручать мой подарок.

Когда наш заказ был исполнен, я достал, собственноручно изготовленный, рог, перелил в него принесенное вино, встал и сказал приготовленный, на этот случай, тост. После чего обеими руками протянул рог Вирту. Тот сначала недоуменно на меня смотрел, а потом до него дошло и он, также встав, принял рог и попытался его выпить. Вино конечно не водка, но и выпить разом целый литр, дело нелегкое. Кое-как осилив дозу, Вирт почти сразу немного окосел и начал шутить, что из таких бокалов ему пить еще не приходилось и моя шутка удалась. Пришлось рассказывать ему о некоторых особенностях земных традиций, объяснять, что собой символизирует сам рог и почему он сделан именно так, чтобы его нельзя было поставить. Вирт слушал меня очень внимательно, но как оказалось не он один, были в зале еще «благодарные слушатели». Еще когда мы садились за стол, я почти привычно, сколько раз, еще на Земле я проделывал эти телодвижения, бывая на всяких там слетах, сборах и исторических реконструкциях, отстегнул ножны с мечом и положил их слева от себя на стол. По настоянию Вирта, чтобы не привлекать внимания, я сел спиной к залу, поэтому видеть, что происходит позади меня я не мог. А вот лицо Вирта было у меня прямо перед глазами и по его внезапно протрезвевшему взгляду и разлившейся по лицу бледности, я понял, что там что-то происходит. Хотел уже было повернуться и посмотреть, как меня остановил звонкий голос:

— Какие варварские обычаи. Правильно говорят, что Аратан Империя дикарей.

Ну что же, перчатка брошена и ее надо поднимать. Я медленно положил свой меч на колени и повернулся к говорившему. Позади меня стояла молодая девушка-аграфка, а у нее за спиной пара аграфов, явно постарше и скорее всего выполняющих роль ее телохранителей.

— Вирт, что будет, если я отрежу этой кукле уши? — спросил я по нейросети у контрразведчика.

— Война.

— Ясно. — окинув говорившую взглядом я спокойно отвернулся и начал разливать вино по бокалам.

— Человек, ты трус?

— Девочка, в отличии от тебя мне знакомо понятие чести. Я никогда не дерусь с детьми, стариками и женщинами. Так что ты можешь идти. Дорогу, надеюсь, ты знаешь. — на этом я думал инцидент будет исчерпан, дворянская честь не позволит девчонке натравить на меня своих телохранителей, а от дуэли, пусть и не прямо, я уже отказался. Но тут произошло то, о чем меня предупреждал еще Рим. Взгляд одного из аграфов упал на мой меч, точнее на его рукоять. И в тот же миг острая сталь уперлась мне в шею.

— Вор! Или верни то, что украл, или я тебя просто убью, прямо здесь и прямо сейчас. — это уже не был вызов на дуэль, это было прямое и ничем не прикрытое оскорбление, на которое надо отвечать только ударом остроотточеной стали прямо в сердце.

Да, для всех все именно так и выглядело, а вот меня прошиб холодный пот. Нет, не от страха, от ужаса. Ведь не даром и Гор, и Рим, и Арв в один голос утверждали, что в их СБ все течет. Похоже, что меня каким-то образом вычислили, и не о мече этот ушастый сейчас говорит, совсем не о мече!

— Ушастый, ты кого назвал вором?

— Тебя! Ты вор, ты украл реликвию нашей расы и осмеливаешься с ней разгуливать. Верни меч!

— Аграф, убери свои руки, или я их тебе отрежу и заставлю сожрать. А может просто убью и брошу в ближайший утилизатор. Потому как такие болваны не заслуживают жизни. Этому мечу больше тысячи лет и его выковали на моей планете. Хотя, если вы когда-то жили на Земле и были у нас в услужении, тогда становится все понятно. ну еще бы, меч господ, он конечно заслуживает стать реликвией твоей расы слуг. — говорил я громко, очень громко, чтобы все всё слышали. Что-то мне совсем не улыбается получить кусок стали в позвоночный столб и лишиться головы. А так хоть есть шанс на честный бой.

Но тут в наш спор вмешался второй аграф.

— Человек, ты сейчас оскорбил не только моего друга, но и всю расу аграфов.

— Нет, это не я вас оскорбил, вы уже такими родились. А свидетелей того, что этот убогий оскорбил и угрожал дворянину и подданному Империи более чем достаточно. Ты что, и правда думаешь что вы отсюда сможете спокойно уйти? Посмотри вокруг! — а посмотреть было на что. Видать людям уже осточертели выходки ушастых, тем более, когда они так нагло нарываются, наш столик и аграфы оказались в кольце офицеров Флота, да и не только офицеров и не только флотских, добрых полсотни самых разных стволов было направленно на аграфов. Да и лица, нас окружающие, совсем не отличались милосердием и всепрощением. — ну, пусть твоя шестерка надавит на меч, у меня еще шансы выжить будут, а вот у вас, точно нет.

— Алекс, я надеюсь ты знаешь, что делаешь. — пришло на нейросеть сообщение от Вирта. — Лучше бы ты отдал ему этот чертов меч. Я отдал распоряжение, сейчас по всей Станции наши люди блокируют аграфов. Давай, разруливай ситуацию побыстрее, пока не развязал войну.

— И что я должен сделать?

— Аграф тебя оскорбил. Вызывай его на дуэль. В любом случае, это лучше чем война.

— Ну что, аграф, твоя шестерка принимает вызов, или вас троих стоит слегка поджарить, до образования тонкой золотистой корочки?

— Он принимает твой вызов. Но на Арену мы не пойдем, здесь достаточно места. Ведь оскорбление было обоюдным, а значит отложить сатисфакцию нельзя. Господа, дайте бойцам место.

Толпа быстро раздалась, освобождая для нас всю середину очень немаленького зала. Я даже заметил, что кое-где, кое-кто начал уже заключать пари на исход нашей дуэли и судя по всему, желающих рискнуть и поставить на меня практически нет. уже в полный голос я обратился к Вирту.

— Вирт, расскажи мне о правилах ваших дуэлей.

— Правила стандартные, противники сражаются тем оружием что есть при них. Смена оружия не допускается. Бой идет или до смерти, или до определения победителя, это на усмотрение сильнейшего. Второе, я думаю тебе не светит. — при этих словах оба аграфа как-то так, плотоядно усмехнулись, а вот их подопечная посмотрела на меня совсем другим взглядом, как бы оценивая и пытаясь понять, чего от меня можно ждать в отличии от всех остальных она обратила внимание на мои слова, что моему мечу больше тысячи лет и его выковали на моей родной планете, а это значит, что я не аратанец.

Аграф, тот что постарше повернулся к девушке и произнес:

— Миледи, не беспокойтесь, много времени это не займет.

Я же в это время разглядывал своего противника. Высокий, даже очень высокий, почти на голову выше меня, явно тяжелее и сильнее. Не знаю, что там насчет скорости, но Вирт утверждал, что они дьявольски быстры. Аграф тоже рассматривал меня, но… смотрел он на меня не как на бойца и противника, а с каким-то пренебрежением, как на досадную помеху, которую надо быстренько смахнуть со своего пути и идти дальше. Это не был взгляд война, оценивающего противника, видать я ничем, в его глазах, не отличался от всех остальных людей, которые ему и на самом деле не противники.

Я, как не странно, оставался абсолютно спокойным, все мое было при мне. На здоровье я никогда особо не жаловался, а после регулярного посещения медкапсулы и подавно, моя физическая сила, выносливость и скорость, благодаря Импланту значительно возросли. Как говорили меня друзья и знакомые, фехтовальщиком я тоже был прекрасным. В руках прекрасный меч, ну а упрямства и упорства у меня хватило бы и на трех аграфов. Плюс ко всему в заначке у меня были кое-какие «незадокументированные» возможности, мои нити, которые уже начали потихоньку раскручиваться, вставая у меня за спиной сетью.