Ринат Назипов – Попал – не пропал. Книга 5 (страница 38)
— Вы, Руслан Владимирович, хотите сказать, что гражданин Пшебжинский незаконно проник в ваш дом и украл нечто, что он сам характеризует как «особо ценное»? — не скрывая своего удивления переспросил Капитан.
— Да. Более того, он устроил в моём доме самый настоящий обыск, не имея на то никаких прав. В чём вы можете убедиться сами, товарищ капитан. — всё так же беззаботно ответил я.
— Я не крал! Семена мне Дружинина передала! — это уже был «крик души».
— Разберёмся, гражданин Пшебжинский. Товарищ Надеждин, заявление надо бы написать. — начал доставать из планшетки бумаги, Метелица.
— Не, товарищ капитан. Заявление я писать не буду, пусть убирается отсюда и больше мне не попадается. Всё своё я уже вернул, а порядок в доме, вон, Дружинина наведёт, чтобы не привечала кого попало.
— И что тут происходит? — раздался вдруг знакомый голос.
— Да, хотелось бы знать, что тут происходит. Капитан, доложите. — поддержал первого второй голос.
Мы с капитаном развернулись, практически синхронно. Вот только я поворачивался уже с улыбкой на лице, а капитан, словно проглотил лом. Ну, ещё бы, не часто в деревне можно увидеть сразу двух высокопоставленных сотрудника МГБ, особенно, если один из них генерал, а второй полковник. Второго я знал, это был Воронов, а вот на счёт генерала не уверен, всё же, старые фотографии и живой человек заметно отличаются друг от друга. Хотя… много ли было в это время генерал-лейтенантов МГБ, да ещё таких, с кем Воронов мог бы приехать в Успенку и явно не для пасторального отдыха, а по делу и значит ко мне.
— Доброе утро, Павел Анатольевич. — сказал я улыбаясь.
— Мы знакомы, молодой человек? — удивился Судоплатов.
— Нет, но я видел ваши фотографии. — ничуть не смутился я. Генерал глянул на Воронова и тот согласно кивнул головой, мол, да, это тот самый наглый тип, о котором я вам докладывал.
— Так вот ты какой, Надеждин Руслан Владимирович. — а мне послышалось — «так вот ты какой, северный олень». — Ну здравствуй, друг мой ситный, здравствуй.
— Товарищ генерал-лейтенант Государственной безопасности, разрешите доложить… — прервал нас капитан Метелица.
— Докладывайте, капитан. — и тут из милиционера полилось, всё, начиная с утреннего звонка в РОВД, вызова в Успенку и состоявшихся уже здесь разборка. Капитан докладывал чётко и по делу, поэтому уложился в несколько минут. И, должен заметить, что я в этом докладе выглядел белым и пушистым, а вот доцент и завкафедрой, чуть-ли не рецидивистом и «врагом народа».
— Ясно, капитан. Ну, вы работайте, а нам надо с Русланом Владимировичем поговорить и… без лишних ушей. — толстый намёк все поняли без дополнительных разъяснений и потянулись на выход со двора. Даже Дружинина и та не стала задерживаться, а вот Пшебжинского ноги явно плохо держали, да побледнел он как-то… слишком уж чересчур.
— Прошу в дом, товарищи офицеры, там и поговорим. — гостеприимно пригласил я гостей.
Через десять минут мы уже сидели у меня в гостиной и пили настоящий бразильский кофе.
— Хороший кофе, настоящий. Если не секрет, то откуда? — хитро улыбаясь спросил Судоплатов.
— Купил по случаю в Сиэтле. Это город такой в США. — ответил я.
— Да, сам не бывал, но, говорят хороший городок. — прихлёбывая кофе сказал генерал.
— Ага, не плохой. — поддержал было я беседу, но Судоплатов игру продолжать не стал.
— Руслан, ты же понимаешь, что вся эта затея с твоим агрохолдингом, это… всё авансы от Правительства СССР?
— Ну, пока что, на мой взгляд, авансы раздаю я. Да и, как вы выразились «мой агрохолдинг», выгоден, в первую очередь именно Союзу, я же пока, в него только вкладываюсь и не вижу ни малейшей заинтересованности со стороны властей.
— Решение о создании агрохолдинга было принято на самом, я повторяю, на самом высшем уровне. Так же как и оказать ему всяческую поддержку.
— Ага, только вот об этом забыли уведомить местное начальство.
— Это ты сейчас о чём?
— По этому вопросу вам лучше было бы поговорить с директором холдинга — Павловым Степаном Ильичом. Он вам много чего интересного расскажет. И как нам отказали в услугах МТС, и как обнулили квоты на бензин и солярку, и как, вдруг, из хранилищ исчезло всё предназначенное для посевной зерно, и как нам в трое, против прежнего, подняли планы и по зерну, и по молоку, и по мясу, и как не обеспечив сырьём требуют поставки растительного молока, и как агрохолдинг, не имея на своём балансе никаких шерстедающих животных, вдруг, оказался должен сдавать государству шерсть, и как у нас отрезали почти восемьсот гектаров пахотных площадей. Да много чего интересного о «всяческой поддержке», он может вам рассказать. — Судоплатов слушал меня, внешне, спокойно, ничем не выдавая своих эмоций, но, истинное зрение не обманешь и я отчётливо видел, какие бури бушуют в его ауре. Генерал глянул на Воронова и тот, тяжело вздохнув, чуть заметно кивнул.
— Руслан, то, что я вам сейчас скажу, составляет Государственную Тайну… Иосиф Виссарионович плох, очень плох и хотя вы предрекли ему ещё три года жизни, многие считают, что он и года не протянет. Вот и начались всякие… брожения…
— Я знаю об этом, как и о том, что в октябре, этого, 1949 года Сталина настигнет второй инсульт, сопровождавшийся потерей речи и он, практически, будет отстранён от власти, а в Политбюро ему дадут кличку «дачник». Именно поэтому я в своё время настаивал на встрече с ним.
— Если ты настолько осведомлён, то зачем тебе нужна эта встреча? Ты же понимаешь, что ОН, практически уже ничего не решает.
— Понимаю, поэтому, видать и Хрущ до сих пор коптит небо. А вот цель встречи… я могу его вылечить, дать ему, ещё как минимум, лет пятьдесят плодотворной жизни, без всяких болячек.
— Ты шутишь?
— Ничуть. В моём распоряжении не только достижения цивилизации, которая на несколько тысячелетий обогнала Землю в развитии, в том числе и в медицине, но и… скажем так, некоторые неизвестные земной науке возможности. И это не фокусы Мессинга, а самое настоящее волшебство. Я могу передать вам прямо сейчас некий артефакт, который за пару недель стабилизирует его состояние, сделает его иммунным к большинству ядов, так что, даже отравить его будет, практически, невозможно. К сожалению, вылечить он его не сможет. — Судоплатов задумался. Надолго задумался, молчал минут пятнадцать, а потом, вдруг, выдал.
— Руслан, а тебе известно, кто стоит за смертью Иосифа Виссарионовича в пятьдесят третьем?
— Точно вам этого, кроме непосредственных участников, никто не скажет, но, по некоторым фактам, можно говорить, что заговор против Сталина начал формироваться ещё в сорок шестом и основными действующими лицами, на тот момент, были — Маленков и Хрущёв, а уже позже к ним присоединился и Берия. Есть подозрения, что именно по его приказу, в ночь с двадцать восьмого февраля на первое марта, к Сталину не допускали врачей. Хотя, уточню, документальных подтверждений этому нет, а вот о преступном бездействии Хрущёва и Маленкова, есть.
— А почему, по-твоему, бездействовал Лаврентий Палыч?
— Я думаю, что в первую очередь потому, что к тому времени Сталин страной уже не управлял. А во вторую… он рассчитывал занять его место. И у него это, на какой-то срок, даже почти получилось, но… слишком уж рьяно он взялся за дело и очень немаленькое количество его решений вызвали отторжение у большей части Политбюро и ЦК. В общем, дело это очень запутанное и сложное.
— Ясно. Скажи, Руслан, а ты в любой момент и в любом месте можешь провернуть этот твой фокус с массовым сном?
— Да. — односложно ответил я и на этом наш разговор как-то сразу скомкался и затух, а я так толком и не понял, зачем они приезжали и чего хотели. Да и думать об этом никакого желания не было.
Глава 19.
Глава 19
Глава 19.
Все разъехались, разошлись и разбежались и в доме, в кои-то веки, стало непривычно тихо, а я смог заняться своими делами. Если честно, то я уже не раз пожалел, что связался с этим агрохолдингом, достаточно было бы и одного павловского колхоза, но… «раз уж взялся за гуж, то не говори, что не дюж», придётся и дальше тянуть эту махину, пока она не наберёт ход. И к счастью, ждать этого момента недолго, а пока придётся напрячься.
Двое суток я гонял специализированный ИскИн, пересчитывая рунную печать «Подобия» под «истинный» алфавит и у меня, даже, что-то получилось, а вот, что именно, покажет только практика, хотя, я, почему-то, абсолютно уверен, что всё у меня получилось и получилось на отлично. По сути, я получил в своё распоряжение почти идеальный генный манипулятор, или как там называется такая штука, пусть и в довольно узком спектре применения. Следующий день я пыхтел в амбаре, ну, как пыхтел, гонял мелкого ремонтного дроида, который и выполнил всю работу. В итоге, теперь у меня в амбаре аж целых две рунных печати, одна та самая «Подобия», а вторая обычная, универсальная, активно используемая магами Эдала при посевной. Ладно, пусть не совсем обычная, а чуть-чуть, самую малость, изменённая, ведь мне нужно как-то воздействовать на зерно, хранящееся в сумках с расширенным пространством. Правда, и тут я сплагиатил, используя наработки магов Эдала, но древних магов, для которых «расширенное пространство» не было чем-то необычным и активно использовалось как для перемещения объёмных грузов, так и для их хранения.