Ринат Газизов – Приглашение к любви (страница 8)
К тексту Свят прикрепил скриншот из фильма: стробоскопическое мелькание пунктирной дорожной разметки, шоссе в никуда, саундтреком там Дэвид Боуи, I'm deranged…
Если лайки не сыплются в первые полчаса, то их вообще негусто будет.
«Что ж, вот и поделился», – подумал Свят и перевелся в полетный режим.
Самолетик швыряло в потоках воздуха. Спал он беспробудно.
В сумерках и сверху этот поселок Тура – малая кучка одноэтажных огней.
Они угольком тлеют на т-образном перекрестке реки. Вокруг бескрайние пустоты Красноярского края и аэропорт «Горный» – двухэтажное здание, по форме своей один в один… как военкомат, усмехнулся Свят.
Почти у цели.
Вон лайка безразлично свернулась бубликом, вьюга ей побоку. Где-то за аэропортом дымок вьется.
Туристов встретил заказанный микроавтобус. Тринадцать километров – и вот они у единственной гостиницы, во дворе которой символически стоит эвенкийский чум, стилизация. Здание обшито сайдингом. Внутри скрипят деревянные перекрытия. На ресепшене, в застекленном шкафчике, продается всякий народный промысел, взгляд на котором сфокусироваться не может. За сто рублей штука еще есть «шунгитовый активатор воды». Из текста на коробке Свят уяснил, что без активатора целебная сила воды течет мимо человека, «вода не раскрывается и работает вхолостую». Чем дальше от цивилизации, тем круче должно работать магическое сознание. Свят об этом читал. Оборотни в дремучих деревнях. Лешие водят за нос. И все такое. Поэтому каждый день пытаться выходить в интернет, не дичать…
Регистрация туристов прошла стандартно. Только Свят шел последним, и его паспортные данные программа принимать отказывалась… Она подвисала, немолодая тетушка-администратор в пышном свитере с горлом виновато улыбалась. «Ничего страшного, могу позже зайти за паспортом», – уверял ее Свят, но его не отпускали. «С интернетом плохо?» – и этот вопрос остался без ответа. Тетушка вдруг убежала в подсобку и клацнула чайником, на кипячение, как будто богам алтарь зажгла, и, как ни странно, только тогда данные Свята были приняты.
Свят, чуть покачиваясь, заселился в двухместный номер.
За ним, после перекура, следом вошел и один из рыбаков.
«Антон», – протянул крепкую, как кирпич, ладонь. «Святослав». – «Чего без удочки?» Свят, конечно, еще не открыл свой семидесятилитровый рюкзак: зимняя удочка там внутри легко бы поместилась или сбоку на петли; но чуйка, видимо, у рыбачка на свояка была. «Да я погулять, подышать», – отмахнулся Свят. «Больно далеко забрался, чтоб просто гулять! Это ж Путораны, – удивился рыбачок. – Ну найдем тебе удочку, это не беда… А это ты у нас фотограф?» – Антон кивнул на фоторюкзак Свята. «Ага». – «Нам надо нормально улов будет пофоткать, справишься?» – «Куда я денусь». – «Только надо эта… у меня младший тоже фотографией занимается. Можешь фоткать в формате "рав"?» – «Да я только в нем и сохраняю». – «Ну договорились. А то мне сын сказал, что надо все фоткать в "рав". Чтоб всегда можно было залезть и обработать».
На этот формат вся надежда, знал Свят.
Холод, сплошной снег, спартанский набор объектов русской зимы, короткий световой день – все это вечные проблемы фотографа. Что ни макросъемка, то сосновая шишка. Что ни ель, то непременно разлапистая и чтоб снег на ветвях густой пастой. Вторично. Клише. И баланс белого всегда уходит на постобработку.
В Туре группа завтракала и обедала, мясо им пожарили по какой-то эвенкийской традиции. Свят не запомнил, чье мясо. По желанию посетили баню, прогулялись среди диковатых одноэтажных домиков, амбаров и гаражей. Лайки улыбались и бегали за новенькими, они чуяли запах большого города.
Кое-как подключившись к местному вайфаю в гостинице, Свят отправил в сторис герб Туры. Как будто в Paint нарисованный: бурый мамонт сражается с синим длинным драконом китайского фенотипа. Дракон протянулся на гербе рекой Нижней Тунгуской. Мамонт же был местным достоянием, тут неподалеку, на Таймыре, останков их находили немало…
Ну чем еще себя занять?
Кот со стойки ресепшена спрыгнул, стал бодать Свята в колено, урчать и ласкаться. Белый в пятнах, беспородный увалень. Только смущало, что удовольствие от пребывания рядом со Святом кот переносил будто бы в кастрированный пах, после всякой ласки поднимая ногу и вылизываясь. Эти домашние животные – те еще извращенцы, думал Свят. Его к питомцам никогда не тянуло.
Погуляв по городу и отбившись от группы, Свят забрел к памятному кресту – по настоятелю Свято-Троицкого храма в Туре. Он успел почитать об этом после досмотра еще в Питере.
В Туре было громкое, на всю страну, убийство. Какой-то психопат, дезертировавший из армии, пять лет скитался по тайге. Общался, как ему казалось, со Святым Воинством Кришны, пришел в Туру, обжился. В один день голоса в голове приказали ему убить единственного в Туре батюшку. Псих отрезал ему голову и водрузил в церковном алтаре, а потом как ни в чем не бывало отправился отмываться в баню. Такие дела. Абсолютно русская история. Невменяемое тело медведем-шатуном живет себе в лесу, а как приспичило – человека задирает, да еще в таком месте…
Свят поискал вокруг хоть что-то говорящее об этой истории для фото, но ничего не придумал и бездумно нащелкал новую церковь, местные хибары и проулки.
Получилось все равно что поселки Архангельской фоткать. Двинул в гостиницу.
– Чего такой грустный? – заметил его гид Миха, энергично работая колуном.
Подсобил повару, чтоб шашлык на свежей древесине пожарить.
– Да не вошел в режим еще, – сказал Свят. – Даже не верится, что отдыхаю.
– Завтра будет круче. Поселок дрянь, черт с ним. Завтра будем на свободе. Чистота, красота, ничего лишнего. Ты фотограф, да?
– Ага.
– Слушай, а можно будет меня пощелкать на лыжах? Мы лыжню снегоходом накатаем, нормас! И еще с ружбайкой я планирую походить.
– Не вопрос. Чем больше занятий, тем лучше, давай.
Так, еще не прибыли, а Свята уже начинают бронировать. Пусть. Хоть будет чем заняться для людей…
Святослав поднялся в номер. Рыбачок Антон лежал на кровати, разгадывал кроссворд. Даже чехол на «Нокии» у него был камуфляжный. Рыбачки всегда на войне. Увидев Свята, цыкнул языком.
На тумбочке послушно лежал томик эссе Сонтаг – «О фотографии». Три года назад приобрел, «Подписные» так красиво преподнесли. Сложное чтение, и дальше предисловия не ушел; вот и теперь Свят обрадовался, увидев 4G, загуглил «Клан Сопрано смотреть бесплатно» и, прежде чем уснуть под сериал, подумал: «Мы же русские люди! Как нам еще эти сериалы смотреть, когда приспичит?! Авторское право нигде не свербит, хвала пиратам»; и батя откуда-то из души отозвался: «Мы ж нормальные люди, чтоб не платить за это, пусть дебилы платят».
Перелет из Туры до рыбачьих домиков у озера Виви занял почти три часа.
Метель. Порой казалось, что десять человек старичок МИ-8 не вытянет. Свята подмывало спросить у Михи, какого года это утлое судно и почему его так легко швыряет. Впервые ему было страшно в путешествии – куда страшнее, чем когда на Чуйском тракте отец начал протяжно кричать, чтоб возможный медведь, чьи свежие следы они обнаружили, убрался…
Наконец Дарья с первого ряда обернулась, сделала ручкой, улыбнулась всем, только Свят это на свой счет записал. Молодость, что поделать, все думаешь, что это ты – центр мира… Страх сменился беспокойством, оно вскоре стало терпимым. Простуду он так и не преодолел, ни читать, ни музыку слушать, ни говорить с другими не хотел. Надо было бы что-то черкануть на электронный адрес секретариата Гильдии и покинуть ее… Лучше сам, чем если Андрей Палыч его уберет, а потом еще и разоблачительную рассылку другим сделает, что-нибудь про «гнилой рупор западной повестки»…
И вдруг все закончилось, вертолет пошел вниз и сел мягко, как в воду.
Все.
Вышли под убывающее «фыр-фыр» лопастей.
Вокруг – белое ничто и ветер. Внизу побелее, чем вверху. «Ландшафт переменной высотности», но в силу своей заметенности и монотонности язык не поворачивался назвать его горным, всего-то пологие склоны. Продолговатое ровное место, сверху казавшееся овалом, и есть зимнее озеро. Лед ложился глазурью на береговые валуны и деревья. Все как ожидалось.
Сердце Родины.
Щелкающий по носу, суховатый стоячий мороз. Местные минус тридцать были как питерские минус пятнадцать. И конечно, несравнимо чистый воздух. И пустота. Другой мир…
Свят порадовался новым сноубордистским очкам: защищают, не потеют.
– Красота, бля! – воскликнул позади рыбачок.
– А то, прибыли! Ура! – вторил ему гид Миха, трамбуя радостным топтанием снег.
Минут пятнадцать туристы беспорядочно фоткали друг друга, вертолет, куски однообразного пейзажа.