Ринат Газизов – Приглашение к любви (страница 3)
– Прилетит эсэмэс! – возликовал менеджер. – Благодарим вас за выбор и приятного отдыха!
«Все – правильно – я – сделал, – твердил себе Свят, чеканя мысленное слово на каждый шаг, – если хочешь – не откладывай. Иначе будешь жалеть всю жизнь, и ныть, и грустить. Так батя учил. Пусть дорого, пусть неудобно… зато об этом мало кто знает, а уж побывали в
Выйдя из Учебного переулка, Свят спортивной ходьбой, орудуя локтями, понесся к проспекту Энгельса.
Приставучий айфон снова пропел вызов. Нельзя игнорировать – мамашка та оплатила фотосессию за две недели вперед. Лишь бы Свят забронировал именно эту студию в творческом кластере: с купидонами, гномами, елкой и рождественским реквизитом…
Сунул руку в карман, на ощупь ткнул пальцем, поднял к уху. И опешил, когда услышал Андрея Палыча. Звонил куратор Гильдии молодых фотографов. Организатор лекций, семинаров, ивентов…
Отключиться было нельзя, потому что лояльность Андрея Палыча было легко потерять, а с нею и возможности, и поддержку. «Десять утра, а меня уже задолбали! Только не ты, ну почему сейчас?!» – успел подумать Свят. Его на манер нападающего в регби бортанула могучая бабка. Чихуахуа из ее подмышки испепелила Свята взглядом боярыни Морозовой.
Он поскользнулся, еле устоял и услышал бодрый голос:
– Святослав, дорогой, это я, Андрей Палыч.
– Слушаю вас, Андрей Палыч!
У Свята была робкая надежда, что, различив уличный шум, собеседник быстро с ним распрощается.
– Много времени не отниму. Смотрите, Святослав: у нас на следующую пятницу запланированы мероприятия по Гильдии. В расписании мы ставим вас часов на девятнадцать-двадцать: выступите по части своей фотографии.
«Так, а что, если я уже буду в Сибири?..»
– Походные фото?
– В том числе, да.
– Нужно потолковать о технике съемки, лайфхаки, вот это все?
– Да, именно вот это все! Ну еще нам, к сожалению, нужно провентилировать политические моменты. Давно пора расставить точки над «и», чтобы мало ли чего не случилось… Святослав, публичные сессии Гильдии фотографов будут на камеру. Про нас будут сюжеты делать и для питерского канала, и «Фонтанка» обещала приехать. География наших поездок, сами понимаете, в условиях санкций и такой международной обстановки как бы сужается. Вы понимаете мое «как бы»?
– Не совсем, Андрей Палыч.
Свят почти добежал до станции «Озерки», оставалось перейти проспект. Светофор был долгий.
Под ногами чавкала жижа из химикатов, грязи и перетоптанного снега. Ночью она снова застынет, и вечерние вывески своим неоном магически превратят эту наледь с грязью в подобие чароита – полированные шкатулки из него, подходящие для хранения колдовских склянок, Свят присмотрел в пермском аэропорту.
– Святослав, мы будем выступать под лозунгом: мол, хоть санкции нас и ограничивают, да только страна наша безгранична. Государства разные стали недружелюбны, ну вы знаете список. Но мы сами, Россия, сами себе словно несколько государств на огромной земле. Мы – русский космос, мы – сила! Понимаете?
– Это несложно, – сыронизировал Свят.
– А сложности нам и ни к чему. Примером безграничности как раз послужат ваши экспликации. Мы хотим выставить ваши съемки еще из две тыщи восемнадцатого и девятнадцатого года. Самые разные уголки страны! Красную Поляну можно… и как вы в Уссурийске были зимой на китайском рынке, там богатый национальный срез получается. И еще уссурийскую здоровенную тарелку в чистом поле – как ее?
– РТ-70, – вспомнил Свят. – Семьдесят – диаметр зеркала…
Он только две такие штуки в жизни видел. Могучие параболические антенны: в Калязине и в Уссурийске. Уже для себя, не для выставки, фотографировал он втихую и обслуживающий персонал радиотелескопа. В туалет что мужчины, что женщины ходили в чистое поле в любое время года, бытовые условия так себе, но что поделать – космические исследования требуют служения и силы духа…
– Да-да, – бормотал куратор дальше, – что-то из пермской православной скульптуры, что-то из липецких кузнечных поделок. А Спасский собор в Пензе? Там у вас девушки в косынках, дети в санках, какие-то отсылки к Лермонтову – ну блестящие ведь фото!
– Спасибо, Андрей Палыч.
– Помимо вас будет и весь прочий молодежный цвет, но вот в чем дело. Слово вступительное я бы хотел доверить именно вам, потому что: а) вы самый молодой в Гильдии молодых, хе-хе, б) у вас отлично получается вещать на публику, в) мы рассчитываем, что вы сможете высказаться патриотично и здраво насчет осваивания молодым поколением фотографов своей Родины. Понимаете?
– В смысле, э-э, – Свят поднатужил свой мысленный кор, актуализируя речевые шаблоны, – надо сказать: «Ура, не было б счастья, да несчастье помогло! Наши края всецело попадут под наши объективы, обратимся вглубь и ширь Родины. Ведь мы теперь не можем отвлекаться на заморскую диковинку». Так?
– Да! Уже хорошо, Святослав, замечательно! И здесь не помешало бы говорить глобально… Нужно затронуть, что в этих тяжелых обстоятельствах, когда весь мир против нас, мы даже не обращаем на эти тяготы своего внимания.
– Почему не обращаем? – не понял Свят.
Вчера он как раз ломал голову над тем, как ему выбраться в Скандинавию, пока действительна виза. И сколько теперь с таким курсом рубля ему надо откладывать.
Учитывая, что он разоряется на это клятое озеро Виви.
– Потому что у нас все есть, – делано удивился Андрей Палыч и даже дрогнул голосом, будто Свят его начинал обижать своей недогадливостью. – Вместо гранд-каньонов американских у нас, знаете, дагестанские каньоны. Вместо Финки – Карелия, вместо Аляски – Камчатка. Сибирские просторы не хуже канадских, и степи есть, и средняя полоса, и Арктика. Знаете, что Еврейский автономный округ площадью как два Израиля? Таймыр может Британию собой как тазом накрыть! А Коми – целая Франция, только вместо беф бургиньона у них там оленина, ха-ха! Мы – это целый мир, Святослав. И именно вам как передовику нашей Гильдии следует об этом заявить. Вас в пример молодежи поставят…
– Андрей Палыч. – Свят собрался с мыслями и даже отошел от пешеходного перехода, встал у ларька с кофейком-фикс за девяносто рублей. – Меня пригласили в Гильдию, чтоб делиться опытом, учиться и развиваться у мастеров. У Борисова вот потрясающий курс, у Антоновой… Антонова вообще лучшую художку делает, она гений. Я с радостью сам отвел даже два семинара, громко сказано, конечно…
– Вы самый молодой наставник у нас были! – подтвердил Андрей Палыч.
– Просто понимаете… Я могу давать уроки «Фотошоп» и «Лайтрум», про экспозицию, там, рассуждать, композицию и все такое… Но я не пропагандист, и упаси боже на камеру еще вещать, мол, теперь-то заживем.
Тут возникла тяжелая пауза.
Каждый из них вложил в нее немало своих предчувствий.
– Ну вы же можете сказать по настроению, – напряженно произнес Андрей Палыч, – что по настроению мы должны быть все вместе в такой момент? Скоро год, как компании уходят, бренды, уезжают люди, молодых теряем… – Свят поморщился: этот старпер сказал «бренды» с той же козлиной назальной «е», как говорят старики слово «се-екс». – У нас из Гильдии ушли Алексенко и Карпович, потому что мы запретили им… э-э… ушли громко и открыто… И хотелось бы теперь заключение по ним озвучить: что мы – не с ними.
«Вы им запретили высказываться за мир во всем мире. И еретические коллажи с символикой мутить», – подумал Свят.
Эти двое делали серию миролюбивых постов. В сообществе они говорили о том, что око за око – это ветхозаветная логика. Что бьешь по врагу, а попадаешь в мирняк, или враг, отвечая тебе, попадет в мирняк. Что кровь льется, а надо ее просто не лить – цепь эту разорвать и бежать войны всячески – на своей-то земле сколько бедности и неурядиц. Мы же фотографы, мы зеркало. Мы покажем то, что видим…
И стало, конечно, хуже.
Свят слышал, что Алексенко и Карпович смотались в Белград в первую очередь из-за Гильдии.
Наговорить на статью легко. Можно ли на статью намолчать? Святу-то что делать?..
Во всяком случае слабину давать не следует. И потом, он ведь даже с отцом не обсуждал «международную ситуацию». Один раз только в феврале в Тюмень позвонил, спросил: «Бать, ты с президентом согласен?» Батя ответил: «Сын, я на него могу повлиять так же, как на погоду. Ты когда-нибудь в Питере с погодой соглашался? Она есть, и все тут. Делом займись лучше».
Что Свят толкового проговорит на публике? Почему вообще его принуждают высказывать свои взгляды? Что там было в Конституции на этот счет?..
– Понимаете, Андрей Палыч, я с вами как бы стыкуюсь по части фотографии. И в Гильдии фотографов я занимаюсь всем в районе фотографии. Я вам очень признателен. Я, правда, отдаю немало, но и получаю больше. Так?.. – Свят понял, что отчасти перенимает от Андрея Палыча особенности речи. – У меня просто нет стремления указывать людям, утверждать настроения, обращаться к истории. Типа в истории наши лучшие соотечественники делали так, значит, и я должен делать так… – «Не туда, Свят, ох не туда!» – Э-э… возглавить и направить – это точно не про меня…