Рина Зеленая – Свой выбор (страница 71)

Поттеру не было жаль того, чего он никогда не видел. Да и не считал он, что люди чем-то ему обязаны. Но очень хотелось верить, что деньги пошли на какие-то хорошие дела, ведь и посылали их с чистым сердцем, в благодарность.

Вернувшись в спальню, Гарри первым делом написал Ринготту с просьбой провести аудит Фонда, если это возможно. Ему очень не хотелось ввязываться и выдавать свою заинтересованность, но история требовала детального рассмотрения. Пусть Гарри было лишь одиннадцать, но он жил рядом с Верноном Дурслем, и мальчик с ранних лет впитал некоторые его принципы и взгляды на жизнь.

Дальше в письме Ринготт рассказал Поттеру об обстоятельствах ареста и помещения в Азкабан Сириуса Блэка, ныне единственного наследника рода Блэк.

Сам гоблин на данную тему не распространялся, хотя был поверенным и семьи Блэк, но в этом не было ничего удивительного. Гоблины честно выполняли свои обязанности, если дело касалось денег. Они даже принимали кое-какие решения, если это могло пойти на пользу финансам подконтрольного им рода. И они с яростью драконов охраняли тайны своих клиентов, их имущество, если кто-то, даже власти магического мира, пытались ими завладеть.

Но вся эта преданность не распространялась на самих владельцев сейфов и ячеек. Не имея на руках четких указаний, гоблины не ввязывались в дела волшебников между собой. Даже риск потерять последнего представителя семьи ничего для гоблинов не менял.

Так было и с самим Гарри, и с Сириусом Блэком.

Никто не потребовал у гоблинов завещание Поттеров, и те не занялись этим делом сами. Они не особо искали Гарри, а просто законсервировали его дома по истечении положенного срока. Ринготт же продолжил приумножать его богатства, не переживая, как живет последний Поттер.

С Блэком было хуже.

Ринготт и не почесался, узнав об аресте. И ничего не сделал, когда клиента засадили в тюрьму, хотя даже Гарри понял, что Блэка при всем желании не могли осудить. Но гоблин не отправился в Визенгамот и не доказывал там невиновность своего клиента.

— Гоблины занимаются деньгами, — невесело хмыкнул Гарри, — и только. Они не адвокаты и не ангелы-хранители, чтобы уберегать волшебников от всех бед.

История с Сириусом Блэком не нравилась мальчику с самого начала, но он пока не знал, как к ней подступиться. Поэтому поверенному в ответе было составлено поручение отыскать хорошего детектива, способного собрать все возможные факты о Сириусе Блэке. Кроме того, мальчик хотел знать как можно больше о своих родителях, дедушке и бабушке Эвансах, а также о людях, которых родители выбрали для Гарри в качестве возможных опекунов. Мальчик долго раздумывал о том, включать ли в список директора Хогвартса, но поостерегся. Поттер кожей чуял, что эта затея не так уж безопасна.

Еще немного помаявшись над письмом, юный волшебник решил, что всегда может добавить поисковые запросы позже, если, конечно, найденный Ринготтом специалист оправдает надежды.

Вторая половина письма, посвященная тайнам гоблинской магии, — тому, что Ринготт мог рассказать, конечно! — вызвала у мальчика гораздо больше положительных эмоций. И еще час Поттер вносил пометки в свой блокнот, ведь Ринготт сумел объяснить и даже подтвердить кое-какие факты из прочитанных мальчиком дневников и справочников. После такого читать книгу по колдомедицине было еще интереснее.

Ближе к пяти вечера, улучив момент, когда в спальне никого не было, Гарри устроился на кровати, задернул полог и позвал:

— Тинки!

Эльфийка появилась с негромким хлопком и тут же вперилась в мальчика взглядом, будто выискивая перемены.

— Со мной все хорошо, — заверил Поттер и потянулся обнять домовушку.

— Маленький, — с нежностью прошептала Тинки, поглаживая волшебника по волосам и плечам.

На миг между ними промелькнули искры, но Гарри не удивился. Долгое время не имея доступа к магии Поттеров, сейчас эльфы всячески в ней нуждались. Не столько для подпитки, сколько для поддержания здоровья и разумности. А связь между эльфами позволит Тинки передать так необходимую каплю родной магии остальным, без необходимости возвращения Гарри домой.

— У вас все хорошо? — уточнил мальчик, пристально глядя на домовушку.

— Старшие хозяева все время разговаривают, — сообщила Тинки. — Они очень переживают за тебя, но не хотят пугать или отвлекать от учебы.

— Если они захотят прислать мне письмо, зачаруй для них перо и пергамент, — велел Гарри, знавший, что у портретов не так много власти над эльфами. Дедушки и бабушки могли приказывать домовикам лишь в тех случаях, когда это согласовалось с распоряжениями, данными еще при жизни.

— Хорошо, — кивнула Тинки. Ее огромные уши хлопнули домовушку по лицу.

— И принеси письмо мне сама, не отправляй с совой. Я должен быть один, лучше всего, если здесь, в спальне, с задернутым пологом, — стараясь все предусмотреть, сказал Поттер. — А вот это письмо… — Он вытащил запечатанный конверт. — Ты сможешь передать его поверенному Ринготту в банке?

Эльфийка снова кивнула.

— Хорошо, — выдохнул мальчик. — И скажи, чтобы ответ тоже передал через тебя. Это возможно?

— Конечно, — заверила Тинки. — Тинки услышит, если гоблин позовет ее. Ведь это приказ хозяина!

— А бабушки? Что они велели передать? — закончив с самыми важными делами, спросил Гарри.

Тинки тут же приободрилась, улыбнулась и с хлопком исчезла, чтобы появиться через пару секунд с большой корзиной в лапках.

— Ого! — только и смог вымолвить Поттер, заглядывая под белую салфетку, прикрывавшую содержимое. — Я не ожидал, что все будет так… основательно. Бабуля командовала?

И без ответа Тинки было ясно, что корзинку «собирала» бабушка Юфимия. Только истинная хаффлпаффка могла решить, что внук не может отправиться в гости к представителям ее факультета без кучи всевозможной снеди и даже…

— Это что? — ткнув в высокую бутыль, похожую на греческий кувшин, но без вычурных орнаментов и рисунков на боках, спросил Гарри. Горлышко было плотно залито воском, чтобы содержимое ни в коем случае не покинуло сосуд.

— Это подарок для госпожи декана факультета Хаффлпафф! — с гордостью заявила Тинки.

— И как мне это передать? — хмуро спросил он. — Мы ведь договорились с родственниками, что постараемся как можно дольше скрывать тот факт, что я добрался до наследия Поттеров. Этот кувшин разбивает всю легенду! Угощения я могу выдать за то, что приготовила тетя, если кто-нибудь спросит. Хотя я сомневаюсь. Я не на Гриффиндоре, где всякий бесцеремонно лезет в дела соседа, а у директора свободный доступ к жизни студентов. Но это…

— Тут есть записка, — чуть смущенно перебила эльфийка и выудила из корзины спрятанную в аккуратный конвертик карточку.

Поттер с сомнением извлек тонкий кусочек бледно-желтого картона и прочел то, что явно нанесли не без помощи самопишущего пера. Обдумал, а потом тихо хмыкнул.

— Пусть бабушка и закончила Хаффлпафф, но у нее в роду явно были и расчетливые слизеринцы, — признал он в конце концов. — Хорошо, значит, так… Я забираю все, кроме вина. А ты… сможешь как-то изменить свою внешность и скрыть герб?

Тинки с гордость вздернула носик, давая понять, что хозяин не должен сомневаться в ее способностях. Прямо на его глазах ее желтое облачение стало искристо-белым, герб пропал, а у самой домовушки внезапно отрос довольно длинный нос, делая ее неузнаваемой.

— Отлично. В таком виде ты отправишься к Помоне Спраут и лично ей в руки, но без свидетелей, передашь кувшин и записку, — обдумывая план на ходу, решил Гарри. — Если будет спрашивать, ты ничего не знаешь. Тебе просто велели передать.

Тинки кивнула, подхватила кувшин, конверт и исчезла. Гарри же с улыбкой посмотрел на место, где только что стояла эльфийка. Бабушка решила рискнуть, передавая старой знакомой, почти подруге, кувшин с вином. Это могло вызвать вопросы. Но их не должно было быть слишком много. Зато Помона Спраут наверняка вспомнит Юфимию Поттер, что может стать темой для более близкого знакомства с деканом Хаффлпаффа.

— Родственники решили не терять время и налаживать для меня контакты, — хмыкнул Гарри. Он и сам собирался приступить к мягкому опросу преподавателей. Особенно тех, которые знали его родителей. Его не устраивали те несколько фраз, которые при случае бросали многие, не углубляясь в долгое повествование. Ему не нравилось, что все повторяли одно и то же. Да и было бы логично, что ребенок, едва знавший своих отца и мать, попытается выяснить как можно больше о семье. — И попутно посмотрим, как и кто станет на это реагировать. А профессор Спраут идеально подходит для начала. Уж она-то не станет скрывать что-либо.

* * *

После ужина воронята дружно собрались и отправились в гости. Корзина оказалась достаточно тяжелой, чтобы Гарри смог сам ее нести, но первокурсников провожали старосты, так что ношу всучили Роберту. Тот оказался не против, тем более, впереди всех ждало дружное хаффлпаффское чаепитие, на котором всю снедь поделят по-дружески, выставив на общий стол.

Гостиная барсуков впечатляла размерами. Тут явно было просторнее, чем в башне Рейвенкло, но это и не удивительно, ведь черно-желтые обитали практически в подземельях, а те, по словам Драко, простирались не только под замком на несколько этажей вниз, но и под Черным озером.