Рина Ян – Первая нота (страница 3)
Лиза послушно кивнула и отправилась в дом — нет, она не бежала от опекуна, конечно же нет. Просто на улице становилось прохладно, а ещё надо было помочь Галине с ужином — та сегодня затеяла что-то невероятное, хотела порадовать старшего сына после недельной отлучки. Стас решил не идти в одиннадцатый класс и поступил в колледж. Теперь он учился в Москве и провёл эту неделю в общежитии, а не дома, и именно его отсутствие показало Лизе, как сильно опекуны были привязаны к приёмному сыну.
Конечно, за эти месяцы она тоже успела привыкнуть к новой семье. Геннадий и Галина были заботливыми и понимающими, со Стасом удалось подружиться, а Владик проникся к Лизе восхищённым обожанием. Можно было считать, что всё сложилось хорошо. Главное, больше не вспоминать о том, почему вообще Лиза попала в приёмную семью.
С каждым днём не думать становилось всё проще и проще. Наверное, это было неправильно — так быстро забывать родную мать, но Лиза не чувствовала угрызений совести. В конце концов, стыдно должно быть той, кто оставила собственную дочь совершенно одну в этом мире...
Лиза встряхнула головой, возвращаясь в настоящее.
Вот он, её новый дом. Новая семья. Новая жизнь.
А мама… Бог ей судья.
— Лиза, ты дома? — донёсся из кухни голос Галины. — Поможешь, дочка? Не успеваю посуду перемыть!
— Да, тёть Галь, — откликнулась Лиза. — Конечно! Уже иду!
Через две недели всё повторилось.
Закат. Напряжённый, нервничающий в ожидании Стаса Геннадий. Суетящаяся на кухне Галина.
Только на этот раз она тоже нервничала, и Владик, не вовремя появившийся в женских владениях, получил от неё лёгкий подзатыльник. Лиза, резавшая салат, застыла с поднятым в воздух ножом.
Владик обиженно потёр затылок, что-то недовольно пробурчал и выбежал из кухни. А Лиза вдруг подумала: Галина, наверное, очень устала — вокруг глаз пролегли синие тени, черты лица заострились, губы дрожали.
— Вам плохо? — спросила Лиза.
Галина замерла, с ужасом глядя на свою ладонь, затем кивнула, опустилась на старенькую табуретку и уронила голову на руки.
— Плохо, — прошептала она. — Очень плохо.
— Таблетки? — беспомощно предложила Лиза, пытаясь сообразить, где в их доме может лежать аптечка.
Ответа не было.
А затем со стороны крыльца раздались хорошо различимые голоса — радостный Геннадия и более спокойный Стаса.
Через минуту они оба появились на кухне. Стас стряхивал с ветровки капли дождя, а Геннадий крепко держал его за плечо, как будто не мог до конца поверить, что парень дома. Галина подняла голову, всхлипнула и кинулась Стасу на шею.
— Ой, сынок, — в её голосе слышались слёзы. — Ну как же ты долго. Я так скучала!
Стас неловко её обнял и бросил на Лизу вопросительный взгляд.
Она смогла только пожать плечами и растерянно улыбнуться.
— Привет, младшая сестра, — шутливо сказал Стас. Это было его фирменное приветствие, не менявшееся с тех пор, как выяснилось, что они родились с разницей всего в пару дней. — А ты соскучилась?
— Не особо, — честно сказала Лиза и вернулась к нарезке салата. — Иди переодевайся, старший брат. Скоро ужин.
Следующая пятница была спокойней.
Осень постепенно вступала в свои права, и на улице лил дождь.
Лиза закончила помогать Галине, ушла к себе и устроилась на кровати, предвкушая пару спокойных часов за книжкой. Но уже через несколько минут к ней в комнату пришёл грустный Владик.
Он молча сел рядом с Лизой и неожиданно её обнял.
— Ну ты чего, малыш? — спросила она, откладывая в сторону книгу, которую с переменным успехом пыталась читать вот уже третий день.
Обычно Владик начинал возмущаться, когда Лиза его так называла, и говорил, что он уже не маленький. Но сейчас он только помотал головой и ещё сильнее прижался к Лизе. Она погладила его по тёмным волосам и вздохнула.
— Скучаешь по Стасу?
Владик молча кивнул.
— Он приедет завтра утром, не переживай, — сказала Лиза.
— Мог бы и сегодня, — обиженно ответил Владик.
Лиза рассмеялась:
— Я посмотрю на тебя, когда ты вырастешь, познакомишься с симпатичной девочкой, и она пригласит тебя на день рождения. Очень интересно, что ты ей скажешь? «Нет-нет-нет, я пойду домой, даже не уговаривай»?
Владик разомкнул объятия и фыркнул:
— У меня уже есть симпатичная девочка.
— Вот это да! — восхитилась Лиза. — Рассказывай давай! Это кто? Света, которая живёт на Полевой?
Самодовольная улыбка появилась на губах у Владика:
— А вот и не Света. Маша.
— Маша? Та...
Договорить она не успела.
На пороге комнаты неожиданно возник Геннадий и громко, отчётливо постучал в открытую дверь.
Лиза с недоумением на него посмотрела.
— Входите, — глупо сказала она.
Геннадий кивнул и перешагнул порог. Его взгляд метался между Владиком и Лизой.
— Вы чего это… на кровати? — напряжённым голосом спросил опекун.
Лиза подняла брови, не зная, что на это ответить.
Владик ойкнул — неужели и он понял подтекст этого странного вопроса? — покраснел и быстро встал:
— Я к себе пойду. Извини, дядь Ген.
Геннадий кивнул.
Владик проскользнул мимо него, и опекун плотно прикрыл дверь. Вновь посмотрел на Лизу. Облизал губы.
— Что делаешь, дочка? — хрипло спросил он, подходя ближе.
И снова, как и неделю, и три недели назад, Лизу охватила тревога. Геннадий опять выглядел как не вполне владеющий собой человек — прерывистое дыхание, бегающий взгляд, дрожащие руки.
— Читаю, — тихо ответила Лиза.
Геннадий кивнул и, сделав ещё один быстрый шаг, оказался прямо над Лизой. Та попыталась подняться с кровати, но опекун вдруг наклонился, протянул руки и сомкнул их на шее Лизы. Её пронзил холод.
— Что вы делаете?
Она понимала, что надо высвободиться, но почему-то застыла, глядя в расширившиеся зрачки Геннадия. Он занимал почти всё её поле зрения, и на секунду ей показалось, что в мире больше никого не осталось. Чёрные глаза — неужели они всегда были такими чёрными? — осунувшееся лицо, посеревшие губы. Ледяные пальцы.
— Прости, дочка, — прохрипел Геннадий, ещё сильнее вжал её в кровать и навалился сверху.
Лиза в ужасе задёргалась, прекрасно понимая, что это уже бесполезно. Но тут хлопнула входная дверь, и из прихожей раздался голос Стаса:
— Я дома!
Геннадий мгновенно разжал руки и выскочил в коридор.
Лиза накрылась с головой одеялом и почти заскулила от нахлынувшего облегчения.