Рина Шакова – Учительская монстра (страница 1)

Рина Шакова

Учительская монстра

Глава 1

Амелия Билфорг.

Был ли у меня выбор становиться женой человека, который запросто готов за один неверный взгляд отрубить другому палец?

Нет.

У меня в принципе бывало мало в жизни ситуаций, когда у меня был выбор. Всю свою жизнь я была тенью родной сестры, которая вбирала все внимание на себя. Я всегда покрывала её перед мамой по её же просьбам, а мама диктовала все остальные шаги.

Полгода мама твердила мне, что для меня есть дело, которое будет касаться всех нас и нашего будущего, и что я не должна его запороть. Кто ж знал, что это - замужество с Кристофером Билфоргом.

Точнее, я узнала через две недели неудачных уроков ходьбы на каблуках. Мама в порыве злости сказала, что я - бездарность, - и ей жаль, что замужество с таким важным человеком приходится вверять мне в руки, а не её лучшей дочери. После этого я не пропускала ни одной опубликованной новости о своем женихе, и ни одна мне не нравилась. Отказаться, выбора не было. Мама сказала, что этот брак – залог безопасности нашей семьи, и я не могу ослушаться последнего слова отца.

Дело в том, что много лет назад Фентр Билфорг, - отец Кристофера, - был обязан моему отцу жизненно важную услугу, за которую решил расплатиться распиской. Он поклялся в письменном виде своей бессмертной душой, что возьмет его дочку Амелию в жены для своего сына, как только та достигнет договоренного возраста. И вот, мама хранила это письмо несколько лет, чтобы в определенный момент встать перед наследником и попросить ответить за слова отца. По словам мамы, папа с самого рождения видел меня слабее и знал, что я пропаду без чьей-либо поддержки, потому что я слабая и бесхребетная… В общем, этот брак для меня – шанс на выживание.

Свадебное платье не вызывает у меня трепет, гости не вызывают восторг, еда не имеет вкуса. Любая вещь, человек сегодня вызывает лишь страх. Почему так много народа? Почему у меня не хватает храбрости, чтобы с ними поздороваться, когда я буквально только что вышла замуж за самого жестокого и черствого человека в городе? Как будет складываться моя жизнь дальше? Боже! А первая брачная ночь?!

А правда… Как это будет?

Сомневаюсь, что он в этих делах так же неопытен, как и я. Думаю, он гораздо изощреннее даже, чем могу себе представить. А представить я могу себе мало. Будет сильно плохо, если я спрячусь на собственной свадьбе от гостей, чтобы посмотреть ещё одно ознакомительное видео?

Боже, Амелия, как же низко ты падаешь, будучи замужней меньше часа.

- Ты всегда так собираешься краснеть без повода? - Шепчет мой муж, не снимая парадную дьявольскую улыбку со своего лица.

- Я просто переживаю.

- Всё самое страшное прошло.

Он серьезно только что так назвал наше бракосочетание?!

- Не все, - робко говорю я, ведь от мужа ничего не стоит скрывать. Я нервничаю, а он первый мужчина, который в принципе коснется меня.

Кристофер усмехается.

- Каждый новый мужик, как первый у вас что ли?

Господи, что он только что сказал? Я, конечно, понимаю, что Кристофер Билфорг находится лишь в компании доступных женщин. Но не настолько же, чтобы ставить их на ровне с остальными. Да?

Пока я шокировано молчу, мужчина смеётся.

- Я столько видел этих игр в невинность, что от этого уже тошнит. Так что не усложняй наш брак, пытаясь меня покорить наигранностью.

И я киваю, даже не понимаю зачем, ведь ни одно слово, сказанное мной ему за все время нашего знакомства, не было ложью или игрой.

Мы с Кристофером только и делаем, что общаемся с гостями. Столько времени в самых неудобных туфлях и не самым удобным нарядом, выбирала-то его мама. В жизнь на мне такого выреза не было.

- Не смей сутулиться, - с широкой улыбкой шепчет мне мама, подойдя к нам.

А после с той же натянутой улыбкой она громче говорит:

- Боже, как вы замечательно смотритесь…

- Как дела с вашим здоровьем? Вы сегодня бодры, как никогда.

- Ты же знаешь, моя мигрень есть только по словам Джареда.

Джаред Адамс - мой двоюродный брат, сирота, который нашел приют в нашем доме. Они всегда были близки с мамой и, честно сказать, я не понимаю до конца, что произошло между ними, но он теперь не зовет мою маму ни на одно семейное мероприятие. И как можно чаще Джаред старается не пересекаться с ней и делать все, чтобы она не пересекалась с его семьей. Говорит ли он с нами об этом? Никогда. У меня хватает ума не лезть в это, ведь Джаред общается с нами и помогает, чем может. А вот моя сестренка изредка, но дотошно старается добиться ответов.

Муж смеётся, окидывая взглядом гостей за спиной моей матери.

- Я отойду на минуту.

- Конечно, милый, - воркует мама, но как только Кристофер отходит улыбка спадает с её лица, - Ты сутулишься, Амелия.

- Просто мне так неловко во всём этом перед людьми.

- Ещё немного и тебе придётся остаться без всего этого перед мужем. Тоже планируешь все запороть?

- Нет, конечно… Я просто…

- Прекрати запинаться, чтобы он не подумал, что мы подсунули ему бестолочь.

- Да, мама…

Мама дергает мои плечи на себя, чтобы я выровняла их.

- Подними голову и грудь вперёд, Амелия, и хватит позорить нас.

Я лишь успеваю опустить глаза в пол, когда слышу голос своего брата, и они загораются надеждой, что хоть кто-то здесь меня поймет.

- Ты как обычно, тётя.

- Она - моя дочь, Джаред, а, значит, и моё лицо.

- Лицо красит бескорыстность, - холодно говорит Джаред, поправляя лацканы своего пиджака. Даже не помню, когда последний раз я видела его не в тотальном чёрном.

- Я отдала сегодня свою дочь в чужую семью, родной, мне не до пререканий.

- Вот именно, что выдала. Я знаю о деньгах от Кристофера.

- О деньгах?

Глаза раскрываются от удивления, и я не боюсь подать голос.

- Деньги?

- Твоя мама с твоего мужа взяла двести тысяч за присутствие на данном мероприятии.

Джаред улыбается, кидая взгляд на не столь малознакомую нам женщину, а после на меня. Мама тут же находит этому оправдание:

- Это были деньги на твой сбор на, как выразился Джаред, это мероприятие.

- Но Джаред давал деньги, которые я отдала тебе.

- Милая, я хотела показать Кристоферу, что мы тоже можем что-то внести, дала денег, а после он взял на себя твои сборы.

Мы никогда не были, конечно, богачами. В свое время наше финансовое положение спас только Джаред, который оказался сыном одного из влиятельных людей. Его приняли в семью, а он не забыл, как мы делили с ним последние продукты дома. Брат всегда был добр к нам, а мне всегда было неудобнее больше всех. Просто потому что со временем начало казаться, что мы стали не просто семьей, а потребителями. И сейчас мне так же неловко от того, что нам кто-то помогает деньгами.

- Конечно, мама, я понимаю.

Джаред вздыхает, поворачивая голову в сторону.

- Смотри, тётя, Билфорг говорит с твоими подругами. Думаю, многое услышит сейчас.

Мама тут же оглядывается и, когда видит, что мой муж говорит с Эллой Хангингт и Лун Рондсек, нервно смеётся.

- Пойду лично познакомлю.

- Иди, тётя, иди, - Джаред усмехается, наблюдая, как мама бежит спасать ситуацию, непонятно от чего. Точнее, от возможного позора, которое могут организовать её «подруги».

- Джаред…

- Всё, не улыбаюсь, - смеётся брат, и пытается поменять эмоцию, - Как ты?

- Ну…