Рина Серина – Второй куплет (страница 3)

И подумала:

«Если он был настоящим – мы встретимся.

После возвращения из Италии всё казалось чуть менее ярким. Даже Москва, с её шумом, пробками и сияющими витринами, была будто на фоне.

Зарина прилетела ранним утром, в уставшем такси доехала до центра – и остановилась перед домом, в котором теперь должна была жить.

Квартира, снятая мамой, была на удивление просторной – большая кухня, светлая спальня, уютная гостиная с книгами, которые мать предусмотрительно расставила ещё до приезда.

Мама всегда была категорична:

– Я не отпущу тебя в общагу. Ни морально, ни физически. Москва – это не шутка. Живи в приличном месте.

И она была ей за это благодарна.

Но стены, даже самые уютные, не спасают от чувства пустоты.

Возвращение в тишину – самый резкий контраст после Италии.

Однако одиночество длилось недолго.

Уже на следующий день к ней приехала Эльмира – её лучшая подруга с детства. В Москву Эльмира перебралась временно, сопровождая старшего брата, у которого был деловой проект на полгода. Они поселились в ближайшем районе.

– Я как только узнала, что ты в центре, сразу поняла: ты живёшь как в кино, – сказала Эльмира, крутясь на кухонном стуле. – Ещё бы с балконом и видом на Кремль – и всё, сценарий готов.

– На Кремль нет. Но на окна соседей – пожалуйста, – усмехнулась Зарина, заваривая чай.

– А итальянец твой что, так и не объявился?

Зарина склонила голову.

– Он не «мой». И, если честно… я до сих пор не уверена, что он был. Понимаешь?

– Не понимаю, но звучит красиво. Пиши книгу.

– Обязательно, – кивнула она, но в голосе не было уверенности.

Дни складывались в недели. Учёба началась. В метро, в кампусе, в магазинах – повседневность медленно смывала итальянскую магию.

Полгода пролетели незаметно – как сквозняк, оставивший после себя разлетающиеся по полу страницы конспектов, недопитые кружки чая и чёткий внутренний ритм.

Зарина втянулась в московскую жизнь.

Просыпалась рано, бежала в университет, потом работала над переводами, а по ночам – над своей книгой.

Книга, которую она закончила всего пару недель назад, стала неожиданно личной.

История – о сводных брате и сестре, которых свела общая трагедия и которые слишком долго прятали свои чувства под слоем вражды, привычек и морали. Он – замкнутый, упрямый, всегда в чёрном, с музыкальным прошлым и внутренними ранами. Она – тёплая, живая, но чувствительная.

Да, сюжет был другим.

Но в каждой реплике героя звучал голос того самого незнакомца у фонтана.

Когда она написала финальную сцену, в которой он наконец отпускает свою боль, ему стало легче.Так, как бывает после долгого сна без кошмаров.

– Ну что, выдохнула? – спросила Эльмира, заглянув как-то на выходных с кофе и блинчиками. – Сдала книгу редактору?

– Сдала. И вроде бы… всё.

– Закрыла свой мистический итальянский гештальт?

– Почти, – честно ответила Зарина. – Он там остался. На страницах. И в голове – уже реже.

Эльмира кивнула.

– Вот и отлично. Новый семестр, новая глава. Пора влюбляться в кого-то реального.

– Не уверена, что такие бывают, – пробормотала Зарина, улыбаясь, но с ноткой грусти. – Или, может, я сама уже другая.

– Ты всегда была странная. Только теперь – взрослая странная.

Они рассмеялись.

Она смотрела в окно самолёта, как когда-то, полгода назад, в Риме.

Только теперь – не на закат над Италией, а на рваные облака над Атлантикой.

Внизу приближался Нью-Йорк.

Её мечта.

С самых юных лет Зарина знала: она не создана для того, чтобы всю жизнь проводить на одном месте.

Она хотела больше: новых городов, людей, запахов, вкусов, уличных музыкантов в метро и книжных магазинов в подвалах, где пахнет кофе и временем.

И вот теперь, после полугода учёбы, работы, личных прорывов – она получила стипендию и место на программе по обмену.

Филологический факультет – в местном университете.

Три месяца в Нью-Йорке.

В день вылета мама позвонила ей рано утром:

– Пожалуйста, не ходи одна ночью. И не доверяй никому с первого взгляда.

– Мам, я еду не на край света.

– Ты едешь туда, где люди исчезают, не предупредив.

– Звучит, как завязка для моего следующего романа.

Мама вздохнула, потом, как обычно, сказала:

– Я горжусь тобой. Просто… береги себя, девочка моя.

На другом конце был звон Эльмиры:

– Слушай, если ты не будешь вести блог или хотя бы снимать сторис – я лично приеду и заставлю.

– Это угроза?

– Это забота.

Зарина улыбалась. Ей было одновременно страшно и невероятно легко.

Как будто она расправляла крылья, о которых всё это время только мечтала.

Она поселилась в кампусе – небольшая светлая комната, окна выходят на старый парк.

Рядом кофейня, где подают идеальный фильтр-кофе.

Кругом студенты со всего мира, шум, английская речь, ритм Нью-Йорка, который не даёт застыть ни одной мысли.

И вот в эту свободу, в это «наконец-то», в это «всё по-настоящему»…

Зарина начинает входить.

Медленно, как в новую жизнь.