Рина Серина – Тени Ленинграда (страница 20)
В раздевалке она стянула со сцены белое платье, едва справляясь с пуговицами. Дыхание было частым.
Почему он здесь?
И почему именно сейчас, когда она почти убедила себя, что всё закончено?
Марго прижала руку к груди, чувствуя, как бешено колотится сердце.
Но где-то внутри звучал другой голос:
Он всё ещё следит за тобой. Он никуда не делся.
Маргарита быстрым шагом шла по коридору, стараясь не смотреть по сторонам. Белое платье всё ещё сверкало в полумраке, словно мишень.
Сердце стучало в ушах.
– Ну всё, Марго. Уходишь и забываешь, как страшный сон. – бормотала она себе под нос.
Она почти добралась до выхода, как вдруг чья-то рука схватила её за локоть.
Маргарита взвизгнула и резко дёрнулась, но уже через мгновение оказалась втянутой в узкую, слабо освещённую комнату. Дверь за ними мягко захлопнулась.
Она подняла глаза – и чуть не выдохнула от злости и облегчения одновременно.
Михаил.
Он стоял совсем близко, запах его одеколона щекотал ноздри. Лицо хмурое, взгляд прищуренный.
– Опять вы. – выдохнула она. – Это вы всё устроили?! Этот банкет, эти песни… Вы специально меня сюда затащили?
Михаил поднял брови.
– Я? Нет. Меня пригласили так же, как и тебя. Но раз уж я тут – решил воспользоваться случаем.
Она вскинула подбородок.
– Хорошо. А кто эта женщина рядом с вами? Такая красивая… – Голос её чуть дрогнул, несмотря на все старания говорить ровно. – Раз так, надеюсь, между нами всё кончено? Вы прекратите преследовать меня
Михаил медленно усмехнулся.
– Женщина? – Он чуть наклонился к ней. – Это Нина. Моя секретарша.
Маргарита нахмурилась, сжимая в пальцах ткань платья.
– Она сидела к вам ближе, чем к столу…
Михаил чуть приблизился, его глаза сверкнули в полумраке.
– Ты… ревнуешь?
Маргарита резко отступила на шаг.
– Ничего я не ревную!
– Лжёшь. – Он ухмыльнулся, глаза потемнели. – Не бойся. Нина предана мне, но… не в том смысле, о котором ты думаешь.
Маргарита прикусила губу, пытаясь справиться с бешено стучащим сердцем.
– Мне всё равно. Просто… держись от меня подальше.
Михаил подался вперёд и, не дотрагиваясь, навис над ней своим присутствием.
– Не могу.
Она замерла, чувствуя, как напряжение между ними натягивается, как струна.
Михаил тихо сказал:
– Ты слишком дорогая, чтобы я мог отпустить.
Маргарита вдруг поняла, что дрожит. Но не только от страха.
– Вы… опасны.
– Так и ты, Марго, – прошептал он, – для меня – самая большая опасность.
Михаил не отводил взгляда. Его рука всё ещё лежала на двери, заграждая выход.
– Не могу держаться от тебя подальше, Марго.
– Я… я не хочу этого… – прошептала она, но голос предательски дрогнул.
Он медленно сделал шаг вперёд. Маргарита, не находя куда отступить, уткнулась спиной в стену.
Михаил опустил глаза на её губы.
– Врёшь. Ты хочешь этого так же, как и я.
Она приоткрыла рот, чтобы возразить, но в следующую секунду он схватил её за талию, прижимая к себе с такой силой, что у неё перехватило дыхание.
Его губы впились в её губы жадно, властно, будто он пытался украсть у неё и дыхание, и голос, и все протесты разом.
Она вцепилась в его плечи, сначала пытаясь оттолкнуть. Но в тот миг, когда его губы опустились к её шее, а потом к ложбинке ключицы, её пальцы сами сжались в ткань его пиджака.
– Михаил… – выдохнула она хрипло, запрокидывая голову, когда он коснулся поцелуем её кожи под ухом.
Он прошептал, чуть касаясь губами её шеи:
– Ты сводишь меня с ума.
Она на миг зажмурила глаза, позволив себе утонуть в этом ощущении. Но внезапно пришла в себя, резко оттолкнула его ладонями в грудь.
– Нет! Я не могу так! Отпусти меня!
Она бросилась к двери, но Михаил перехватил её за запястье, в одно движение развернул к себе. Его взгляд пылал.
– Ты не уйдёшь одна. Я отвезу тебя сам.
– Зачем?! – сорвалось у неё, голос сорвался на крик. – Ты всё только портишь…
– Может быть. Но я не дам тебе уйти одна этой ночью. Ты со мной.
На секунду их взгляды схлестнулись в почти физическом столкновении.
Потом он чуть смягчился, ослабил хватку на её запястье.
– Пожалуйста, Марго. Дай мне хоть это. Дай тебя отвезти.
Она дрожала от злости, страха и чего-то ещё, о чём страшно было подумать.
Но кивнула.
– Ладно. Только не трогай меня.
Михаил тихо усмехнулся.
– Не обещаю.
И, всё ещё держа её за руку, открыл дверь.