Рина Райт – Развод в 45. Любовь не по плану (страница 11)

– Пётр тебе изменил?

Я киваю.

– Ты его поймала с поличным? – её взгляд остаётся спокойным, но я замечаю, как её пальцы чуть напрягаются на столе.

– Пока нет, – признаюсь я. – Но есть все основания полагать, что его "суррогатная мать" – на самом деле любовница.

Кира приподнимает бровь.

– Какая ещё суррогатная мать?

– Беременная такая, Кир, – ирония так и хлещет из меня.

– Так, стоп. Мне нужно что-то покрепче воды, – Кира встаёт и отходит к кофемашине. – Чай? Кофе?

– Капучино, если можно, – говорю я, наблюдая, как она управляется с кофемашиной.

– Конечно, секундочку, – отвечает она, занимаясь кофе.

Пока Кира занята, я открываю телефон, захожу в "облако" и нахожу нужный документ.

– Я сейчас отправлю тебе наш брачный контракт. Думаю, тебе стоит его посмотреть, – говорю я, отправляя файл на её почту.

– Отлично, – откликается Кира, возвращаясь с двумя чашками капучино и маленькими запечатанными ломтиками шоколада на блюдце. Один кофе она ставит передо мной, а второй – возле своего ноутбука, прежде чем занять место напротив.

– Контракт уже у меня, – говорит она, открывая файл. Её пальцы быстро бегают по клавишам, взгляд сосредоточен.

В кабинете воцаряется тишина, нарушаемая лишь лёгкими щелчками клавиш. Я делаю глоток кофе, наблюдая за тем, как Кира углубляется в чтение. Её брови слегка поднимаются, она что-то шепчет себе под нос, а затем её лицо озаряет лёгкая усмешка.

И только сейчас она позволяет себе сделать большой глоток кофе.

– Ну, – произносит она, наконец отрывая взгляд от экрана. – Контракт хороший, с таким можно работать. Видно, что над ним потрудились профессионалы.

– Это я тоже заметила, – отвечаю я, чуть усмехнувшись.

Кира продолжает изучать документ, её взгляд становится внимательным, почти цепким.

– А вот и пункт про измену… – говорит она, остановившись. – Он может стать ключевым.

– Только если удастся доказать, что она не суррогатная мать, а любовница, – сухо отвечаю я, глядя на Киру.

Она закрывает ноутбук, складывает руки на столе и внимательно смотрит на меня.

– Даш, расскажи всё подробнее. Что ты знаешь об этой женщине?

Я выдыхаю и начинаю:

– Её зовут Яна. Она молодая, уверенная в себе, слишком вызывающая, чтобы быть просто суррогатной матерью. Живёт в нашей городской квартире, носит мой халат, – я не могу удержаться от усмешки. – И, судя по её разговорам, она уверена, что скоро станет законной женой.

Кира приподнимает бровь, слушая мои слова.

– А что говорит Пётр?

– Всё отрицает, – отвечаю я с ноткой раздражения. – Утверждает, что Яна – суррогатная мать, что ребёнок – наш, и что он хотел сделать мне подарок.

– Ты ему веришь? – спрашивает Кира, слегка наклоняясь вперёд.

– Нет, – твёрдо говорю я. – После всего, что я видела, нет.

Она кивает, поджав губы, и на несколько секунд замолкает, видимо, обдумывая услышанное.

– Даш, нам нужно всё это доказать, – говорит она наконец. – Пункт об измене в контракте можно использовать только с доказательной базой.

– Как мы её получим? – спрашиваю я, чувствуя, как внутри поднимается напряжение.

Кира слегка хмурится, будто рассматривает варианты.

– Нанимаем частного детектива, – уверенно говорит она. – Если Яна действительно его любовница, детектив это подтвердит: их встречи, переписки, совместные покупки. Всё это можно использовать в суде.

Я обдумываю её слова, делая медленный глоток кофе.

– А если детектив ничего не найдёт?

– Тогда переходим к плану "Б", – отвечает она с лёгкой улыбкой. – Раздел имущества. По контракту ты защищена, но я постараюсь найти способы, чтобы ты получила максимум.

Я киваю, внутренне соглашаясь с её словами.

– Кира, я хочу, чтобы всё это закончилось как можно быстрее, – говорю я, замечая, как желание закрыть эту главу становится всё сильнее.

– Даш, это не будет просто, – мягко говорит она. – Но у тебя сильная позиция. Главное – сохранять спокойствие.

– А я спокойна, Кира. Я просто хочу забрать всё, что причитается мне. Но больше всего, я хочу просто поставить точку на этом браке.

Кира улыбается и поднимает чашку кофе.

– Вот это правильный настрой, – говорит она. – За тебя, Даша.

Я улыбаюсь и поднимаю свою чашку.

Глава 12

После того как мы с Кирой обсудили тему моего развода, мы решили поужинать в ресторанчике через дорогу от её офиса. За ужином мы договорились не касаться темы моего мужа и просто насладиться вкусной едой. К нам присоединился коллега Киры – Тимофей, который явно проявлял ей знаки внимания. Кира же делала вид, что ничего не замечает. Интересные всё-таки у юристов ролевые игры.

И вот спустя два часа, когда стрелки часов показывают почти девять вечера, я подъезжаю к дому. Слава мягко притормаживает у ворот.

– Дарья Константиновна, нужно будет заехать утром? – спрашивает он, разворачиваясь ко мне.

– Нет, Слава, утром я сама разберусь, – отвечаю я, собирая сумку. – Спасибо, можешь ехать.

– Хорошего вечера, – говорит он с лёгким кивком.

Я выхожу из машины, ключи звенят в руке. Дом выглядит тихо, безжизненно. Свет на первом этаже выключен, а подъездные огни бросают длинные тени на фасад.

Когда я открываю дверь, в прихожей меня встречает неожиданная картина. Три чемодана аккуратно выставлены вдоль стены. Они выглядят так идеально, словно кто-то хотел подчеркнуть их значимость в этом пространстве.

Я останавливаюсь на пороге, медленно осматривая их. Моя рука всё ещё сжимает ключи, а внутри нарастает странное ощущение. Это напоминание. О нём. О том, как он всё ещё пытается держаться за эту иллюзию семьи, которую мы когда-то строили.

Даже сейчас он не внял моим словам. Потому как ещё можно объяснить его вещи в этом доме.

Проходя мимо чемоданов, я стараюсь не смотреть в их сторону, но тянущая тяжесть в груди не даёт полностью отвлечься.

Я снимаю обувь и скидываю шубу, после чего поднимаюсь наверх. В спальне темно, только лунный свет, пробивающийся сквозь полупрозрачные шторы, мягко освещает комнату. Кладу сумку на кресло и на несколько секунд замираю. Такое ощущение, что комната стала ещё холоднее и отчуждённой. А ведь я не ночевала здесь всего лишь одну ночь.

Тяжело сглотнув, я раздеваюсь до нижнего белья и направляюсь в ванную. Перед тем как войти в душевую, я всматриваюсь в своё отражение в зеркале, будто пытаясь понять: когда я стала такой? Слишком спокойной. Я не помню, когда в последний раз кричала или закатывала истерику. До тридцати я вспыхивала, как спичка. Возможно, это годы меня умерили. Или, скорее всего, обстоятельства жизни. Потерю ребёнка разве истерикой вернёшь?

А расположение мужа?

С точки зрения генетики, мне повезло. Моё тело всё такое же подтянутое, как и десять лет назад. Благодаря правильной косметике и косметологам моё лицо не выдаёт прямого ответа на возраст. Мужчины обращают на меня внимание, и Демидов тому явное подтверждение.

Но почему тогда Пётр перестал замечать меня?

Или всё-таки я перестала видеть в нём мужчину?

Но когда?

Не найдя ответа в своём отражении, я избавляюсь от белья и захожу в душевую кабину. Настраиваю воду чуть теплее, чем просто горячая.

Вода мягко обволакивает тело, прогоняя остатки холодного воздуха, который словно тянется за мной из спальни.