Рина Райт – Дочь от босса (страница 6)

Мне повезло с сестрой. У нас с Лизой вообще очень тёплые сестринские отношения. Я как старшая всегда старалась её оберегать, помогать – делом и словом. Повзрослев, моя сестрёнка отвечает мне взаимностью.

– Лиза скоро придёт, открой ей, а я пока переоденусь, – предупреждаю сына, перед тем как прикрыть дверь.

Пашка кивает, а когда я дверь спальни закрываю, слышу, как он отдаёт распоряжения Арсению по поводу разбросанных игрушек по всей гостиной:

– Если не приберёшься до маминого прихода, то не будешь играть со мной в плейстейшн, а будешь играть в куклы с Марусей.

Усмехаюсь. Нашёл, чем пугать, мелкий спекулянт.

Звук домофона подстёгивает меня поторапливаться. Если это сестра, то уже через четверть часа за мной заедет Соколовский. Скидываю домашние тунику и шорты, заменив их на брючный тёмно-синий костюм и шёлковую голубую рубашку.

– Тук-тук-тук, – заглядывает в дверной проём Лиза. – Готова? – после вопроса пробегается цепким взглядом с головы до ног, а затем её брови скептически взлетают вверх. – Не поняла, ты что, не на свидание? Что за офисный стайл?

Качаю головой. Я ей по телефону в мельчайших подробностях пересказала наш диалог с Русланом Евгеньевичем, чётко обозначив нашу встречу не свиданием. А она всё равно за своё.

– Это дружеская поддержка, – иду к сестре, чтобы приобнять и поцеловать её в щёку.

Лиза принимает объятие, но, когда отстраняется, по ней видно, что она не верит ни единому моему слову. Вот же ж, неверующая Фома.

– Ну и когда же вы успели так подружиться? Когда он, как полный мудак, откатил тебя из-под колёс своего танка? Или сразу после принесённых извинений? Ох, не верится что-то…

– Лиза. – Давлю старшинским авторитетом, чтобы не развивала тему дальше.

Я и сама не поняла, как слова вырвались из моего рта. Я не думала о нас как о друзьях. Коллегах – безусловно. Приятелях – возможно. Любовниках… самую капелюшечку.

Я не из тех, кто после развода будет годами оплакивать свой статус брошенки с принципом. В моём случае – с огромным прицепом на три вагончика. Мне скоро тридцать. У меня нет времени на самобичевание, и я не планирую замыкаться на прошлом, развивая ту самую депрессию, о которой вчера так мило рассуждал мой сын.

Но и хватать первого попавшегося мужика, чтобы просто "был", – не мой случай. У меня есть трое прелестных сыновей, и кого попало я в семью не приведу. Но если представится случай и всё будет взаимно, серьёзно и с перспективой на будущее, то почему нет?

В том, что мой босс разглядел во мне привлекательную женщину, у меня сомнений нет. Его глаза всё сказали за него. Его мимика, жесты, тембр голоса. Всё это выдало его. Мужское влечение во плоти. Но есть ли что-то ещё помимо телесного желания? Если честно, сомневаюсь.

У меня не складывается картинка. Я не могу даже представить его дома, сидящим на диване перед телевизором, не то чтобы играющим с детьми.

Но вот что интересно, если он действительно наводил справки обо мне, знает ли он о моём разводе? Возможно, он ограничился лишь профессиональными достижениями? И если он не знает про развод, то насколько далеко он готов зайти? Будет ли мой “супруг” для него помехой или барьером?

– Лена, – зеркалит меня тоном сестра, и мы начинаем хохотать одновременно.

– Ладно, ладно, – успокоившись, но всё ещё держась за живот, произносит Лиза. – Я поняла. Ты девочка у меня уже взрослая. Скоро четвёртый десяток разменяешь, – на что получает от меня шлепок ладонью по плечу. – Ай! На правду не обижаются. И вообще, сама всё знаешь. Свидание, не свидание. Но он красавчик, – подмигивает.

Ошеломлённо хлопаю ресницами и, переводя дыхание, спрашиваю:

– Где ты его видела?

– У подъезда, – просто произносит сестра и хмыкает, когда я подрываюсь к окну, чтобы проверить её слова.

И действительно вижу его. Соколовский Руслан Евгеньевич собственной персоной подпирает своей великолепной пятой точкой переднюю пассажирскую дверь своей ослепительно чистой машины. Из мойки, что ли, только? У нас так-то сейчас весна мокрая и грязная. А он педант, оказывается.

На нём тёмные брюки, то же пальто, а в руках он держит огромный букет красных роз. Но вот зачем?

– И после этого ты говоришь, что это не свидание? – подойдя ко мне и встав рядом, задаётся риторическим вопросом сестра.

Глава 7

– Руслан Евгеньевич, цветы прекрасны, но это лишнее, – вместо приветствия озвучиваю свои истинные мысли по поводу алых роз.

Мужчина прищуривается и, закусив нижнюю губу, качает головой, словно я несмышлёныш какой и не понимаю элементарных вещей.

– Я сам решу, что лишнее, а что нет, – произносит безапелляционно. И ведь даже не поспоришь. Босс есть босс.

Смиренно принимаю букет и бормочу “спасибо” где-то среди бутонов, в которые зарываюсь носом, вдыхая восхитительный аромат свежих роз.

– Вот так бы сразу, Лена-полиглот, – опускает свою сильную мужскую лапищу на мою поясницу, подталкивая в сторону салона автомобиля, дверь которого он предусмотрительно уже успел галантно открыть для меня.

– Вы меня сейчас всегда так будете называть? – вскинув подбородок, спрашиваю, косясь на мужчину.

– Не нравится? – произносит с лукавой усмешкой на красивом лице. Его глаза по-лисьи блестят, ожидая моего ответа.

И пока я перебираю все возможные варианты, Соколовский забирает из моих рук букет и перекладывает его на заднее сиденье.

– Можно просто Елена, – произношу с еле уловимой ноткой кокетства, на что босс, хмыкнув, кивает.

– Тогда я для тебя просто Руслан. И давай уже на “ты”, – наклонившись в салон, зачем-то сам перекидывает мне через грудь ремень безопасности.

И пока я не слышу характерный щелчок, боюсь даже вздохнуть. Но даже это не мешает мне почувствовать весь спектр эмоций, которые вызывает в моём теле близость конкретно этого мужчины.

От аромата крепкого одеколона хочется тут же поморщиться, но несмотря на резкий запах древесины, кофе и сигарет, я не могу не отметить, что волоски на моих руках встали дыбом, а мурашки побежали не только по рукам, но и по спине.

Но как только он отстраняется, выходя за пределы моей зоны комфорта и забирая свой аромат с собой, мне хочется схватить его за ворот пальто и притянуть обратно.

Конечно, я ничего такого не делаю.

А ещё запрещаю себе думать, что уже поплыла от дорогущего парфюма. Ну или, скорее всего, от сексуального мужика, если быть честной с самой собой.

Сколько там у меня уже не было близости? Боюсь даже считать, потому что всё равно не вспомню, настолько это было давно. Неудивительно, что от одного красноречивого взгляда уже начинаю растекаться лужицей.

Хотя в своё оправдание могу сказать уверенно, что далеко не на всех мужчин так реагирую.

Вот как недавно сосед Пётр ко мне клинья свои подбивал: пакеты с продуктами помог донести от супермаркета до самых дверей, ещё петли в дверях предлагал смазать. От мужской силы грех отказываться, но и подавать зря надежды не хотелось.

Петру чуть за сорок. Он мужик что надо: одинокий, работящий, не пьющий. Золото, а не мужик.

Но вот только не ёкает у меня сердечко при виде соседа. А при биг-боссе аж чечётку отбивает, а ещё мечтает закружиться в вальсе, а завершить всё страстным танго. Танцевальный калейдоскоп какой-то.

Руслан тем временем обходит автомобиль и садится за руль, бросая на меня ещё один свой пронизывающий до мурашек взгляд.

– Не слышу согласия, Лен.

А? На что? Что я пропустила?

Мысли разбегаются в разные стороны, словно букашки, и сразу собрать их вместе и сообразить, о чём спрашивает Соколовский, не получается.

Но всё-таки мозги у меня ещё не совсем птичьи. Заставив усилием воли извилины шевелиться, вспоминаю, о чём он говорил.

– А как же субординация? – нахожу ответ, который, как мне кажется, может удержать нас от мгновенного падения.

– К чёрту, – смеясь, заводит автомобиль и плавно выворачивает руль.

А я немного подвисаю на его руках. И вообще, на том, как он управляет машиной.

Машина движется плавно, но уверенно. Поэтому мне ещё менее понятно, как такой спокойный водитель мог окатить меня из лужи? Может, действительно не видел?

Ну, приехали… обелить, так обелить по полной.

– Нам ещё работать…

Соколовский не даёт мне закончить фразу, перебивая:

– Не сегодня, Лен. Сегодня ты моя подруга. Не коллега-переводчик.

Ого, вот это поворот. А по телефону он по-другому говорил.

– Но по телефону вы говорили о другом, – решаю напомнить.

– Забудь! – бросает на меня быстрый взгляд, а потом снова возвращает его к дороге. – Я подумал и решил, что это как-то странно.

Решил он. Босса включает по делу и нет, а ещё просит не выкать. Как с ним сложно.

– Ладно, – бурчу и отворачиваюсь к окну, чтобы не видеть его самодовольную улыбочку, которую всё равно, волей-неволей, лицезрею в отражении автомобильного стекла.