Рина Осинкина – Почти идеальная семья (страница 16)
Круто.
Надежда перевела дух. А как она должна была реагировать, если глава фирмы повел себя не по протоколу?
Обратились к тебе с просьбой взять на работу, так и принимай, не выпендривайся. Или сразу отказал бы Ивану, когда тот тебе позвонил. А вместо этого ты надменную морду скорчил и слова цедишь. Хотя, может, этот Филипп так кайфует, наслаждаясь властью над мелкими людишками. Тогда это беда. Такой начальник всем вампирам вампир, да еще и извращенец моральный.
Конечно, Надя очень жалела, что пришлось оставить хорошо обжитый «Микротрон», где она была не просто так, а руководила патентным отделом. И девчонок, подруг, ей будет не хватать. Уже не хватает. Но так они решили с Иваном, и решение было правильным.
Негоже мужу с женой на одной фирме работать, особенно если муж этой фирмы владелец. Примутся по углам шушукаться, что и оклад у нее теперь удвоился, и что на работе она палец о палец не ударяет, и что при этом все косяки ей безнаказанно сходят с рук. К тому же начнут коллеги подозревать, что постукивает она на всех вечерком перед телевизором.
Да и вообще… Изведутся они с Иваном на пустом месте и друг друга изведут, поскольку будут с подозрительной ревностью оценивать каждый чужой взгляд и каждую брошенную фразу.
Ириночка Зверева, Наташка Сидякина… Берзин Петрас… Да мало ли кто.
А бросить работу окончательно, чтобы между сеансами омолаживающих процедур и походами по бутикам и кофейням строить домработницу, Наде совершенно не хотелось. Хотя Иван ей предлагал. Хотя, говорят, это круто. Но именно Надежду это не привлекало.
Надежду привлекало другое. Трудоголиком в обычном смысле слова она не была, но кипение жизни и рабочий накал ее манили, словно наркотик.
Никто не смог бы дать Надежде ее пятьдесят, которые обрушились на Лапину этим летом. Надежда выглядела моложе, она чувствовала себя моложе, и присущее молодости честолюбивое желание побеждать и блистать в ней не угасло и угасать не собиралось.
Надежда была энергична, умна, изобретательна и к тому же была природным психологом, и к тому же хорошо знала жизнь.
Не подличая, она непременно добивалась нужного результата, пожиная затем плоды успеха, симпатии, уважения или зависти, похожей на ненависть, но даже черные чувства тех, кто ей не друг, она складывала в копилку, как знак достигнутого триумфа.
И куда она со всем этим? К домработнице на кухню?! Ну уж, извините.
Ее будущий муж в этих тонкостях не разбирался, тем более что она сама Ивана в них не посвящала, справедливо опасаясь, что он может все неправильно истолковать, решив, что ей просто нужны собственные деньги, чтобы сохранить независимость.
Возможно, он отчасти был бы и прав, но только отчасти.
Не заостряя на этом аспекте внимания, Надежда в качестве мотивации своего нездорового стремления к ежедневному подъему в шесть тридцать с последующим торчанием на фирме по девять часов предъявила ему другое объяснение, более легкое для мужского понимания. Она заявила, что не желает раньше срока осознавать себя пенсионеркой, а это непременно произойдет, если он заставит ее сидеть дома.
С некоторым сопротивлением он ее довод решил уважить. Ну, что ж… Раз хочет его будущая жена ходить в присутствие, то пусть себе ходит. Однако как-то ей помочь все-таки нужно. Система возрастной фильтрации не пропустит на достойную должность человека с улицы.
Тут очень кстати Ивану позвонил Фил Мещеренко по прозвищу Ящер, с которым жизнь свела Лапина еще в институте, а потом в годы перестройки они что-то вместе мутили. Фил был Лапину чем-то обязан. Впрочем, Лапин тоже был чем-то обязан Филу.
Мещеренко был явно не в духе и звонил, чтобы вылить на кого-то свое раздражение, хотя по отношению к Лапину Ивану, некогда откликавшемуся на прозвище Кувалда, это было неправильно. Не в том смысле, что неблагородно, а в смысле, что опасно.
Ваня Кувалда мог такого авангардизма не понять и мощным апперкотом послать Филино раздражение в обратку. Однако посылать ничего не стал, поскольку моментально вычленил из Филькиного нытья кое-что для себя полезное. Получалось, что Ящер раздражался не просто так, а по поводу задницы, творящейся у него на фирме.
Мещеренко по жизни никому не доверял, тем более дальше прихожей никого не впускал в свой бизнес. Там он привык тотально контролировать и все единолично решать вплоть до цвета туалетной бумаги в офисном сортире.
Фил не собирался менять свои привычки и после того, как сделался хозяином крупного агентства, будучи твердо уверенным, что все охватит и всюду успеет, однако успевать перестал, причем настолько, что допустил несколько серьезных косяков, решая вопросы о туалетной бумаге. До Ящера наконец дошло, что еще немного и фирма начнет терять прибыль. Если только он не найдет заместителя.
Но имея патологическую недоверчивость вкупе с завышенными требованиями, найти человека, на которого он смог хотя бы отчасти положиться, оказалось не просто трудно, шанс данного события приравнивался к нулю.
Надо отдать Ящеру должное – он пытался. В результате чего турнул череду вполне квалифицированных топов, не снеся их присутствия на своей территории больше недели.
– Ну, полные, полные придурки! Вань, скажи, неужто вокруг одни только уроды и придурки?! Или мне одному так не везет? – стонал Фил Ящер, заливая Ивану в ухо поток мрачной безысходности.
Ваня невозмутимо выдержал напор нытья и на эмоции не повелся, но пообещал поспрошать кого нужно. И поспрошал Надежду.
В неординарных талантах Киреевой Надежды он имел возможность убедиться лично, ведь именно она два года назад спасла его детище «Микротрон» от гигантских убытков, предотвратив кражу инновационного проекта, и именно она совсем недавно распутала клубок преступлений, с которым полиция не смогла разобраться, пойдя по ложному следу[1].
Иван Лапин был убежден, что Надя управится с проблемами Фила легко и непринужденно, как это делала всегда, Ивану не будет стыдно за будущую жену. Да и отвратительный характер Ящера Надежду не напугает, а уж тем более не смутит.
– Ты как, хочешь там поработать? – спросил ее Иван.
Надя подумала и решилась.
А почему нет? Попробовать можно, тем более по протекции.
По протекции – это значит, что отношение к тебе будет доброжелательное, а на первых порах это важно. А то что тема незнакомая, так это даже интереснее еще.
А теперь от нее требуют компетентность в рекламных делах. Да откуда?! И ей пришлось на ходу импровизировать, чтобы лицо не потерять. Этого она не любила – терять лицо. Затем и выдала тираду про испытательный срок. А потом нагло добавила:
– Однако, если я правильно поняла Ивана Викторовича, речь идет не о том, чтобы пристроить меня на почетную должность. Речь идет о том, чтобы
– Моя дорогая мадам… – с нескрываемой иронией отреагировал Фил Мещеренко. – По-вашему, я должен поверить, что вы и есть тот самый гений бизнес-процессов? Талантливый администратор и изобретательный стратег? А с какого ляду я должен в это поверить?!
Действительно, ящер.
И тогда Надежда улыбнулась легко и белозубо, и сверкнула серыми аквамаринами глаз, и весело произнесла:
– Филипп Эдуардович, а вы проверьте!
Конечно, все у нее получилось. У Киреевой были мозги, которыми она умела пользоваться, и опыт, в общечеловеческом значении этого слова. Разве она могла проиграть?
Первым делом, чтобы осмотреться и разобраться, она поближе познакомилась с департаментом продаж, персонал которого занимался тяжким обзвоном фирм с целью пополнить ряды желающих воспользоваться услугами «Радуги причуд».
Девки там собрались скандальные и борзые, но ведь у интеллигентных тихонь не получится впаривать рекламные услуги на расстоянии, особенно если твой телефонный визави упорно не хочет въезжать, зачем ему эта услуга требуется вообще.
Надежда, даже не зная рекламной специфики, смогла понять, что единственный этот департамент и приносит Филу Ящеру деньги, тогда как все прочие службы исправно их тратят. Следовательно, в первую очередь необходимо разобраться, нет ли каких-либо резервов, чтобы денег он приносил еще больше. И под резервами она не имела в виду фитили по итогам недели.
Киреева поговорила с горластыми продажницами. За кофейком с сигареткой девчонки ей охотно рассказали, какие отмазки чаще всего бывают озвучены, кроме уныло-стандартного «нет средств».
Девчонки, которых было числом пять, рассмотрев в Киреевой нечто родственное, выложили ей не только информацию по запросу, но и собственные претензии, но и мысли, после чего Надежда предложила Мещеренко кое-что поменять в пакете услуг, расценках, бонусах и прочем.
Результат последовал быстро, и Киреева снискала уважительную признательность от рекламщиц, что само по себе уже редкость.
Мещеренко пожал плечами.
Потом она принялась за местный арт, а именно художников-дизайнеров, призванных заниматься созданием креатива: оформлением буклетов, сайтов, уличных рекламных щитов и тому подобной красоты.
Надежде бы и в голову не пришло их трясти, но сисадмин ей проболтался, что богема чаще сидит без дела, шаря по соцсетям, чем творит. Не потому что саботажит, а в силу малой загруженности и в связи с этим наличия свободного времени.
Поручила одной из девчонок-продажниц искать заказы на графический дизайн, чтобы загрузить творческую часть фирмы под завязку.