Рина Лотис – Цена его слабости (страница 11)

Но Рома меня не слышит. Или только делает вид.

Мы подходим к железной двери, и парень кивает мужчине. Амбал окидывает меня настолько заинтересованным взглядом, что становится не по себе. Словно на голову вылили целое ведро вязкой, липкой жижи.

– Открывай, – рычит на него Рома.

Мужчина пошло ухмыляется, кивает головой и все-таки открывает дверь.

Мы входим в длинный коридор, и, когда за нами закрывается дверь, наступает давящая тишина. На миг мне кажется, что я и вовсе оглохла, но Рома дышит так часто и шумно, что это чувство быстро проходит.

– Отпусти меня, – повторила на этот раз шепотом, потому что кричать тут совершенно не хотелось.

Слишком жутким мне показалось это место.

Рома не отвечает. Он открывает одну из дверей и заталкивает меня в помещение, а потом раздается щелчки поворота ключа.

Смотрю на закрытую дверь и понимаю, что этот дикарь меня запер.

– Эй! Выпусти меня немедленно!

Прислушиваюсь, но дверь настолько прочная, что я даже не могу понять, ушел Рома или все еще стоит под дверью.

– Красивин! Зараза ты такая! Выпусти меня!

Кричу так громко, что в горле появляется неприятное першение. Стучу в дверь, пока рука не начинает болеть от соприкосновения с этой бронированной махиной.

– Неандерталец! – выкрикиваю, хотя понимаю, что Рома уже ушел.

Злость кипит, и я сжимаю кулаки, больно впиваясь ногтями в ладони.

Что на него вообще нашло? Короткое замыкание в голове произошло, и он решил, что это будет забавно, закрыть меня в этой комнате?

Выдыхаю, стараясь успокоиться.

Прислоняюсь спиной к двери и окидываю комнату взглядом. Это похоже на раздевалку. Старые шкафчики, скамейки и стол, заваленный всяким хламом.

Из любопытства решила подойти поближе.

Перекись водорода, зеленка, швейный набор, марли, жидкий бинт. Медикаментов столько, что можно проводить целую операцию. Взяла в руки флакон и прочитала название. Это оказалось очень сильное обезболивающее, которое продают только по рецепту. А тут оно валяется просто так. Бери – не хочу.

Положила лекарство на место и огляделась.

Серые стены и скудный, пошарпанный интерьер настроения не добавляли.

Села на лавочку и оперлась спиной о прохладную стену.

Не знаю, сколько я находилась в таком положении, но мышцы затекли, и начало клонить в сон.

Кажется, я все-таки задремала, потому что, когда раздался громкий щелчок, вздрогнула и широко распахнула глаза.

Дверь открылась, и на пороге появился Красивин собственной персоной.

Очень и очень злой Красивин.

Мой запал давно потух, и сейчас я чувствовала дрожь от его взгляда. И это была не та дрожь, когда счастье разливается в сердце.

Нет.

Это был дикий, первобытный страх перед сильным хищником.

Рома медленно шагнул в мою сторону, и мое бедное сердце на миг пропустило удар от того, каким злым был его взгляд

Глава 5

Рома

Бой – это всегда стратегия. Надо думать головой, а не просто махать руками и ногами, надеясь на удачу.

Найти слабое место противника и атаковать.

Последние два дня я не вылезал из спортзала. Учил новые приемы, отрабатывал старые. Небольшой перерыв, чтобы потом пойти в качалку. И так по кругу.

Сегодняшний бой пустяковый. Всего лишь показательное выступление для богачей, чтобы те, кто любит ставить большие деньги, могли присмотреться к бойцам, выбрать для себя фаворитов и потом срубить на нас бабло.

Но это не значит, что бой подставной.

Вовсе нет.

Мы выкладываемся максимально. Ведь даже на этом показательном концерте делают ставки, хоть и не такие большие, как будут позже.

– Говорят, у Мартынова повреждение ребер, – тихо проговорил Стас, когда мы только готовились к боям в раздевалке. – Вроде с байка упал.

– Откуда информация? – усмехнулся, наматывая эластичные бинты на руки.

Друг нахмурился и плечами пожал.

– Ходят слухи.

– Меньше верь всяким сплетням. Мартынов – гад еще тот. Он любую сплетню готов пустить, чтобы попытаться выиграть.

– Не беспокойся, Красивин. Тебя я сегодня уложу на лопатки, – послышался ехидный голос. Вспомнишь солнышко, вот и лучик.

– С ушибом ребер? Ну-ну.

Мартынов растянул губы в оскале и отвернулся. Слишком красноречивая улыбочка вышла.

Хлопнул друга по плечу и усмехнулся.

– Меньше верь сплетням.

С Антоном Мартыновым у нас давние терки. И не только на ринге. Хотя все началось именно с него.

Кто-то умный когда-то сказал, что гордыня до добра не доведет.

Вот и Мартынов не смог принять свое первое поражение и решил, что теперь я его враг номер один. И все бы ничего.... Мне и самому приятно набить рожу этому гаду, но ведь он еще и учится со мной в одном универе. И, конечно, он не придумал ничего лучше, чем цеплять меня еще и в учебном заведении.

– Слышь, Красивин, – подал голос Мартынов. – Говорят, тебя девка отшила. Теряешь хватку?

Упоминание Мышки из его поганого рта неприятно кольнуло, но я лишь зубами заскрипел и никак не выдал своих эмоций.

– Слышал, она симпатичная и учится с нами в универе. Красивин, может, тогда она мне постельку согреет?

Сжал кулаки, желая расквасить ему физиономию.

– Не ведись, – прошипел рядом Стас.

– Если он сунется к Давыдовой, будет потом свои зубы по асфальту собирать, – процедил я, глядя на друга твердым взглядом.

Отвернулся. Не желаю быть под прицелом взглядов, которые ждут моей реакции. Ведь всем интересно, «станцевала» фраза на моих нервах или нет.

– Уверен, она горячая штучка.

Это провокация.

Обычная подлая проверка со стороны соперника. Мартынов часто так делает. Хочет вывести из равновесия, чтобы было легче победить.

– Ты можешь попытаться затащить в постель кого угодно. – Поворачиваюсь к Мартынову, чтобы он мог увидеть мою усмешку. Чтобы понял, мне все равно на его слова. – Но вначале обратись к пластическому хирургу. Ты страшный, как моя жизнь. Вот бабы от тебя и шарахаются.

О да-а-а! Моя фраза достигает цели.