Рина Лотис – Бывший. Чужая невеста (страница 26)

Андрей резко выпрямляется, обходит кровать с другой стороны, а потом вдруг ложится на нее.

— Теперь я в кровати. Вы счастливы?

— Если ты не будешь следовать рекомендациям врача — у тебя разойдутся швы. Арина, я могу надеяться только на ваше здравомыслие. Потому что у этого молодого человека точно не все в порядке с головой.

— Швы? — тихо переспрашиваю и вновь смотрю на Андрея, но теперь более внимательно.

— Именно. А если ты, Громов, и дальше будешь запугивать моих сотрудников, я переведу тебя в отделение на другом конце города. Подальше от этой девушки.

— Виноват. Был неправ. Исправлюсь, — Андрей растягивает губы в широкой улыбке.

Врач качает головой, очевидно совершенно не веря его словам.

— Вам, Арина, тоже нужен покой, — выразительный взгляд на Громова. — Ей надо отдыхать.

— Будет исполнено. Вот прямо сейчас этим и займемся.

Трошин качает головой и наконец выходит из палаты, а я перевожу взгляд на Андрей.

Он лежит на кровати, даже выглядит расслабленным, но я по глазам вижу, что это напускное.

— Ты ранен, — голос дрожит, и я не могу совладать с тревогой, которая словно волны накатывает. — Тот выстрел… Он попал в тебя?

— Ерунда. Просто царапина.

— Андрей…

— Я в порядке.

Мы молчим и просто смотрим друг другу в глаза.

Мне так много хочется ему сказать. Хочется о многом поговорить, но я не решаюсь.

Не могу долго играть в эти гляделки.

Отвожу взгляд.

И в этот момент чувствую его руку на своем запястье.

— Почему ты не рассказала? — его голос звучит хрипло, от былого веселья не осталось ни следа. — Ты должна была попросить помощи.

— У кого? — горькая усмешка появляется против воли. — У отца? Так ему дела нет до всего, что творилось в моей жизни. Все это было ради мамы. Вначале отец помогал оплачивать ее лечение, но потом он решил, что ему нет выгоды от этого. И он отдал меня Воронову. Я не хотела. Не хотела всего этого, но мама… Ей нужно было лечение, постоянный присмотр. Я не справлялась одна, — слезы текут по щекам, но я быстро их смахиваю. — Я не справилась.

— Ты могла сказать мне.

— Правда? — нервный смешок срывается с губ.

Хочется вскочить с кровати и начать мерить комнату шагами.

— Как я могла просить у тебя помощи? Я знаю, что ты меня ненавидишь. Твои чувства понятны. Я не дождалась тебя из армии…

Не могу усидеть на месте. Встаю, хочу отойти подальше, но дурацкая капельница мешает.

— Арина, ляг в кровать, — злой рык, заставляет вздрогнуть.

Замираю.

А Андрей рывком встает с кровати, подходит ко мне, а потом подхватывает на руки и осторожно кладет на кровать.

Он не отстраняется. Нависает надо мной словно скала.

— Я не хочу тебе врать, и говорить, что мне было все равно. Нет. Мне было больно. Безумно больно. И я виноват, что во всем не разобрался. Мне надо было тебя найти.

— Андрей..

— Нет. Выслушай меня. Я хочу, чтобы здесь и сейчас мы все выяснили и больше никогда не возвращались к этому разговору.

Несколько секунд смотрю ему в глаза, а потом киваю.

Он слабо улыбается, едва заметно, всего лишь краешком губ, но даже от такой его улыбки у меня жар растекается по телу и дыхание перехватывает.

Он поднимает руку и мягко проводит кончиками пальцев по моей щеке.

— Я так и не смог тебя забыть, — качает головой, горько усмехается. — Все это время я пытался забыть, но у меня так и не получилось. А когда увидел тебя в своем клубе, подумал, что у меня в конец кукуха слетела. Ты была с ним и… не была похожа на саму себя.

Громов зажмуривается, коротко мотает головой.

— Такая холодная, отстраненная. Это так бесило…

— Андрей, пожалуйста.

— Выслушай, — он наклоняется и мягко целует меня в губы. — Я облажался. По-крупному. И врят ли смогу простить себя.

— Ты ни в чем не виноват.

— Я знаю тебя много лет. И не догадался, что с тобой что-то не так. Я должен был сразу понять…

— Мы не виделись слишком долго.

Каждое его слово попадает в самое сердце.

Он тоже не смог меня забыть.

— Да, — шумно выдыхает. — Но теперь все будет иначе. Теперь я тебя не отпущу. Хочешь ты или нет, но ты моя. И если понадобится, я тебя привяжу к себе, пока ты не поймешь, что больше у тебя не получится уйти.

Шокировано смотрю на Громова. От его слов у меня пропадает дар речи и дыхание перехватывает.

— Но… Свадьба… И Воронов, — я настолько шокирована его заявлением, что даже не могу внятно объяснить свои мысли.

Глава 28

Но Громов меня понимает.

— О Воронове можешь не беспокоиться. Его арестовали. Он больше не достанет тебя. Никогда.

— Но… Это…

Прикрываю рот ладошкой и крепко зажмуриваюсь.

По щекам текут слезы, и я стараюсь переварить в то, что только что услышала.

— Но тот человек, — бормочу сквозь всхлипы. — В коридоре. Он разве не его охранник?

— Кто? Петров? Нет. Это мой человек. И он здесь, чтобы охранять тебя, пока… Я был занят.

Прикусываю губу.

Прокручиваю в голове все, что только услышала.

— Воронов сядет в тюрьму? Это правда? Скажи мне.

Взгляд Андрея становится настороженным.

— Да. До суда его точно не выпустят. Я об этом позаботился. Ну а потом суд… Арина, ему грозит больше двадцати лет. Он не скоро выйдет на свободу.

— Двадцать лет? — хрипло выдыхаю.

— Может, и больше, — пожимает плечами.