Рина Лесникова – Волшебные кисти Делгара (страница 12)

Только пройдя за сопровождающим к двери, за которой, судя по всему, и ждал их хозяин дома, вспомнила, что так и не поинтересовалась у лемора Далина, как же того звать.

Дворецкий почтительно постучал в дверь.

- Войди, Эдгар, - даже не увидев того, кто сказал эти слова, можно было понять, что хозяин голоса привык повелевать.

- К вам с визитом леморита Найтири Эланести и лемор Далин Скерцо.

Двустворчатые двери распахнулись, давая возможность гостям пройти в комнату.

- Леморита Найтири Эланести и лемор Далин Скерцо, - ещё раз, но уже торжественно, как на самом высоком приёме объявил дворецкий.

Захотелось добавить: «С котом Теодором», ибо Теодор, важно задрав хвост, вышагивал рядом. Интересно, это только Найтири показалось, что кот здесь более уместен, чем она с дядюшкой Далином?

Хозяин кабинета сидел за массивным столом тёмного дерева. Его пытливые глаза внимательно изучали девушку.

- Леморита Эланести, - приветствуя гостью, он чуть склонил голову.

Не пожелал встать или не может? Скорее, последнее. Да, даже отсюда видны колёса на кресле, в котором он сидел.

- Леморита Найтири, - поправила его Найтири. Не хотелось лишний раз слышать ненавистную фамилию.

- Меня можете звать лем Тэмбидж.

Ого! Сам герцог Тэмбидж. Найтири особо не интересовалась жизнью высшего света, но лемора Эланести с подругами частенько перемывали кости его небожителям. Что-то было такое, связанное с фамилией Тэмбиджей. Какой-то скандал с его сыном. То ли тот уехал куда-то к дикарям, то ли опорочил королевскую дочь и его тайно казнили, когда отказался жениться, а может, сбежал с прачкой. Как правило, слухи, ходившие о высших семействах королевства, так быстро обрастали самыми невероятными подробностями, что верить им не стоило. Пожалуй, уместно будет просто улыбнуться и предоставить слово хозяину дома. В конце концов, пригласил же он её зачем-то.

Пока же можно оглядеться. Привлекла Найтири не дорогая мебель, не корешки, надо полагать очень редких и очень умных книг, размещённых в нескольких массивных шкафах, и точно не роскошный ковёр и не камин на полстены. Взгляд прикипел к картинам. Три картины. Три пейзажа. Две были знакомыми. Её Грот и Озеро. Третья. На третьей было изображено то же самое озеро, даже то же самое место! Но… другое.

Забыв и про то, где находится, и про своего спутника вместе с хозяином кабинета, Найтири подошла к незнакомой картине. На полотне Найтири была весна, здесь же царствовало позднее лето или совсем ранняя осень. Некоторые деревья намного моложе, некоторых и вовсе нет, на их месте возвышаются другие, а вот тот великан на картине Найтири – просто поваленный ствол. Почти всё другое. Но место определённо то же! Лес и озеро могли измениться, но не горы вдали. Если только снега на этих меньше. Так оно и понятно, лето его не пощадило. И, самое главное, этой картине никак не меньше пары сотен лет, а то и больше. Той самой пары сотен, на которые был старше изображённый неизвестным предшественником лес.

Нет, самое главное не это. Главный сюрприз, просто ошеломляющий, поджидал в правом нижнем углу. Там, где должна стоять подпись художника. Небольшая четырёхпалая синяя лапа.

И чтобы это всё значило? Найтири хотят обвинить в плагиате?!

Медленно развернулась и, по-прежнему не говоря ни слова, стала смотреть на хозяина кабинета. Неоднократно проверенная тактика – первому предоставить говорить оппоненту. Пусть сначала он выдаст свои обвинения или что он там имеет к ней.

- Полагаю, нам есть о чём поговорить, леморита? – достаточно галантно поинтересовался лем Тэмбидж. – Вы присаживайтесь, присаживайтесь! – и он указал ей на одно из кресел у камина.

Только сейчас Найтири заметила, что лемора Далина в комнате нет.

- А где лемор Далин? – перебивать старших невежливо, но куда мог исчезнуть её сопровождающий?

- Он ушёл, - мягко, словно боялся спугнуть, ответил герцог. – Вы так увлеклись картиной, что не заметили, как лемор с вами попрощался.

А ведь и правда, было что-то такое. Кажется, Найтири даже ответила тогда. Или просто кивнула.

- Я не сделаю вам ничего плохого, - заверил хозяин кабинета. – Я… хочу попросить у вас помощи.

То, как он это сказал, показало, насколько этот человек не привык просить кого-то о помощи. Даже в своём положении.

Не похож он на того, кто ест молоденьких девушек на ужин. Найтири прошла к креслу и села в него, показательно сложив руки на коленях. Само внимание. Долго рукам на коленях пролежать не дали, почти сразу же там по-хозяйски разместился Теодор. Вот и хорошо. Когда поглаживаешь кота, руки заняты, и пальчики почти не подрагивают. Да, может, девушек хозяин и не ест, но что-то странное в нём есть. Нужно поскорее выслушать его и уходить. Хочет сделать заказ? Пейзаж – пожалуйста. Портреты она не пишет.

- Я вас слушаю, - как можно доброжелательнее отозвалась Найтири.

- Сок, чай или, может, какао? – вспомнил о правилах гостеприимства хозяин.

Не дожидаясь ответа, он коснулся колокольчика. Почти сразу же в кабинет вошла горничная с серебряным подносом в руках, на котором, судя по всему, было всё ранее озвученное. Поставив поднос на столик перед гостьей, горничная удалилась.

Чего-нибудь попить очень хотелось. Оставалось надеяться, что в самый неподходящий момент Теодор не взбрыкнёт и не выбьет чашку из рук, мог он и такое учудить, очень уж своенравный котяра.

Найтири налила себе чай и отпила. А вкусный чай подают у герцогов! Как неудобно получилось, не предложила хозяину. Но это не её вина, чашка была одна. Теперь уже и предлагать не стоит, а стоит, как ни в чём не бывало, ждать, пока он не сообщит, зачем же её пригласил.

- Вы уже заметили сходство этих двух картин, - озвучил лем Тэмбидж очевидное.

Отрицать было бессмысленно, и Найтири кивнула, предлагая продолжать. Герцог продолжил.

- Вот эта – вашей кисти, - Найтири и на это утверждение кивнула, - а эта, - мужчина указал на более старую картину, - кисти Салвидора.

- Самого Салвидора?! – Найтири подскочила. Пусть её сочтут невежливой деревенщиной, но она должна до последнего мазка рассмотреть работу великого мастера!

Про самого знаменитого и самого загадочного художника-пейзажиста достоверных фактов было известно катастрофически мало. Жил почти три столетия назад. Писал картины. До наших дней дошли всего несколько, и стоили они баснословно дорого. Да что дорого, можно смело утверждать, они были бесценны! И всё. Остальное было из сферы предположений и домыслов. Никто с уверенностью не мог сказать, ни когда и где он родился, ни, опять же, когда и где умер. Появился. Написал несколько картин и исчез. Может быть такое? А вот было. Ах, ну да, почитатели его таланта и просто исследователи так и не смогли с уверенностью обозначить ни одного места из тех, что он писал. Предложений и предположений было много, но ни одного достоверного.

Чашка с чаем отставлена в сторону, Теодор размещён на кресле. Найтири, получив молчаливое одобрение хозяина, подошла к картине Салвидора. Да до этой святыни даже дотронуться боязно! Сколько она любовалась шедевром, сказать не смогла бы и сама. Оторвалась не потому что насмотрелась, а потому что стало казаться, что ещё немного, и лес с озером оживут, затянут её к себе.

- Поужинаем? – поймав её взгляд, предложил лем Тэмбидж, про которого, честно сказать, забыла напрочь.

Хотела ответить, что совсем недавно пообедала, но возмущённая трель желудка выдала, что это неправда. А правдой было то, что за окном уже темнело. И кажется, позвали Найтири совсем не за тем, чтобы похвастать бесценным шедевром. Но по каким-то причинам герцог никак не насмелится озвучить цель своего приглашения.

- С удовольствием! Только если вы предложите ужин и для Теодора.

Кот приподнял голову и мурлыкнул, подтверждая, что да, Теодор это он, и да, его тоже нужно кормить.

- Теодор, составишь нам компанию? – серьёзно поинтересовались у кота.

Как и предполагали, отказа не последовало, и они втроём отправились в столовую. Найтири и кот своими ногами, лем Тэмбидж – на самоходной коляске.

Что сказать о герцогском ужине? Определённо он был вкусным. Некоторые ингредиенты блюд даже можно узнать. Пожалуй, сейчас был как раз один из немногих моментов, когда лемора Эланести с её нудными нравоучениями вспомнилась с благодарностью. Найтири не спутала ни одной вилки или бокала. Да, у неё не было того изящества и непринуждённости, что у хозяина дома, но проблем за столом не возникло. Хотя, вот оно истинно аристократическое воспитание, даже если и спутала бы приборы или, не дай боже, уронила на стол кусок, его светлость «не заметил» бы.

К каждой перемене блюд – своё вино. Лёгкое, ненавязчивое, как будто знали, что гостья пробует его впервые. Не конкретно это, наверняка элитное и дорогущее, а вообще алкоголь.

- Вернёмся в кабинет, - предложил герцог по окончании трапезы.

Можно и в кабинет, Найтири была не против полюбоваться картиной Мастера ещё. Только вот не стоит надеяться, что позвали её только для этого.

***

Зайдя в кабинет, обнаружила, что все три картины сняты со своих мест и стоят в ряд на специальном столе так, чтобы их можно было обозревать с кресла, что стоит подле камина.

Устроившись в этом самом кресле, Найтири остановила взгляд на хозяине кабинета. Сколько можно тянуть, за окном уже совсем стемнело, а ей ещё гостиницу искать, где сегодня можно переночевать.