Рина Лесникова – Нестабильная (СИ) (страница 53)

– Великолепно! – господин Бюрэи провёл почётных гостий в примерочную на втором этаже и призвал сразу трёх помощниц, которые сноровисто раздели Энери до нижней рубахи и принялись обмерять. – Такой великолепный материал. М-мм! Плечики, грудь, а талия! Это же мечта! Я уже вижу…

– Это не сейчас, Артэ, – решительно оборвала полёт разбушевавшейся фантазии княгиня. – Сними мерки и подумай над фасонами. Нам нужен весь гардероб! А пока несите, что есть из готового.

– Весь гардероб! – портной чуть не задохнулся от восторга. – Мадам Тагли заболеет от зависти!

Энери вздрогнула. Мадам Тагли в прошлом шила для неё платья. Как же хорошо, что княгиня решила воспользоваться услугами Бюрэи, а не королевской портнихи.

От портного удалось вырваться только через два часа. Платья, бельё, накидки и шляпки. Даже две пары туфелек появились, словно ниоткуда. Пару платьев подогнали прямо на месте, одно из них Энери тут же надела. Ещё одно – для поездки к родителям – прихватили с собой, остальные мастер обещал прислать уже завтра утром.

– А теперь пообедаем, и можно направляться во дворец! – безапелляционно заявила княгиня.

***

Обед прошёл напряжённо. Энери переживала о том, как же пройдёт встреча, Сарт, улавливая её эмоции, тоже начинал слегка нервничать. Да и вроде бы невинные воспоминания княгини о своей молодости и королевском дворе совсем не позволяли расслабиться.

Наконец пытка, называемая семейным обедом, закончилась, и женщины пошли переодеться в соответствующие визиту наряды. Энери очень торопилась. Ей так нужно было хотя бы ненадолго остаться наедине с Сартом и поговорить. Рэйда и Нэйда проказливо улыбнулись, выслушав просьбу госпожи, и в две руки быстро сменили ей платье. И, пока одна заканчивала со шнуровкой, вторая быстро привела в порядок короткие волосы. Пора бежать.

– Нервничаешь? – Сарт взял невесту за руку и поцеловал пальчики. – С самого утра я чувствую твою тревогу. Бабушка излишне опекает тебя? Ты не думай, она только старается казаться строгой, на самом деле очень добрая.

– Да, она тебя очень любит, это я уже поняла, – признала Энери. – Но я хотела поговорить о другом. О моих родителях. Ты… ты точно не откажешься от меня, когда узнаешь, кто они?

– Что? – Сарт сделал большие глаза. – Неужели они – преступники, скрывающиеся от королевского правосудия?!

– Тебе всё шуточки! – Энери ударила жениха веером по плечу.

– Кто здесь говорит о преступниках? – раздался от дверей старческих голос. – Только не говорите, что вы связались с асоциальными элементами. Энери, ты так быстро переоделась? Похвально, похвально. Ну что, долго я буду ждать, пока вы наобнимаетесь?

Сарт всё же успел запечатлеть успокаивающий поцелуй на губах невесты, затем ловко, видимо имел большой опыт, увернулся от бабушкиной трости и чинно предложил руку Энери.

К большому удивлению Энери, во дворе их ожидал совсем не тот экипаж, на котором они ездили утром. Сейчас им подали парадный выезд – сияющую позолотой карету с гербами князей Соэли на дверцах и парою разряженных лакеев на запятках.

Глава 22

Уже перед самой каретой вышла заминка – кучер ожидал, когда ему сообщат адрес, по которому направлялись княгиня и виконт с невестой. Комплекс королевского дворца имел пятиугольную форму и являлся городом в городе, занимая огромную площадь с его парками, службами и помещениями и взлётными площадками для драконов. Только парадных входов у него было три, с выходами на площади Согласия, короля Йорга и Благоденствия Этталии. Четвёртая его сторона выходила на площадь Ратуши, на которой, кроме собственно ратуши, располагались и многие другие государственные учреждения Этталии. Широкая и нарядная улица, берущая начало от этой площади, была занята роскошными особняками древнейшей этталийской знати и называлась улицей Ратуши. Пятая – самая короткая – сторона дворцового комплекса выходила на улицу, незамысловато называемую улицей Поставки.

Последняя улица отпадала сразу. Появление кареты с княжескими гербами среди телег с дровами или снедью могло быть воспринято неоднозначно. Первые три могли привлечь слишком много излишнего внимания. Оставался вариант попасть во дворец через ворота для государственных служащих.

– Улица Ратуши! – сообщила Энери груму. Она заметила, как дрогнула рука Сарта, помогающего ей подняться в экипаж.

– Родная, волнуешься, как пройдёт встреча с родителями? – спросил он, когда карета тронулась.

– Нет. То есть да. То есть… Сарт, ты не обидишься, когда узнаешь, кто мои родители? – шепнула Энери. От рук любимого, крепко сжимающих холодные ладони Энери, шло приятное тепло.

– Милочка, что вы, право? – вот же бабулька! Старая-старая, а шёпот на скамье напротив расслышала! – Если он обидится из-за такого пустяка, значит, и любовь ваша пустяшная!

– Бабушка! – Сарт укоризненно посмотрел на старушку, а потом подхватил Энери, демонстративно усадил к себе на колени и, крепко обняв, шепнул на ушко: – Даже если сбежишь, я всё равно тебя найду. Если нужно будет за тебя бороться – буду бороться!

Потом он снял со своей руки перчатку и, расстегнув несколько пуговок на рукаве девушки, коснулся обнажённого запястья. Если прикрыть глаза и спрятать лицо на груди любимого, то можно считать, что осуждающего взгляда княгини как бы и нет. А пыхтит… ну мало ли почему она пыхтит? Одышка мучит! Всё же женщина уже в возрасте.

Карета остановилась. Кучер ждал дальнейших указаний.

– Туда, – указала Энери на ворота королевского дворца и почувствовала, как напрягся Сарт.

Почти приехали. Нужно слезать со столь удобных колен. Сарт молчит, а княгиня с интересом переводит взгляд с одного на другую. И тоже молчит. Ещё бы! Представления положено смотреть молча.

Ещё одна остановка. Уже перед воротами. Слышна перепалка грумов и охраны дворца. Неужели их не пропустят? Такой вариант Энери даже не рассматривала. Княгиня Соэли мученически вздохнула и, показательно кряхтя, стала выбираться из кареты.

– Что за шум вы здесь устроили?! – обратилась она к одному из стражников. – Немедленно пропустите мой экипаж! Я должна попасть во дворец!

– Для того чтобы попасть во дворец, нужно иметь допуск или приглашение, – из караульного помещения вышел ещё один страж, видимо, старший смены.

– И кто же выдаёт допуски?

– Начальник охраны барон Дайкрес, – сообщил стражник.

– И что вы стоите? Зовите его немедленно! – как же княгиня в этот момент стала похожа на сержанта Гритца!

Гвардеец не посмел ослушаться и резво припустил по дорожке. Ждать пришлось долго, не меньше двадцати минут. И к тому времени, когда раздался чёткий звук шагов двух человек, Энери готова была развернуть карету и попробовать попасть во дворец с какого-нибудь из парадных въездов. Уж на них-то стража должна была помнить свою принцессу.

– Архимагистр? – раздался снаружи знакомый голос барона Дайкреса. – Но почему с этого входа?

Начальник охраны заглянул в карету, и дальнейшие слова замерли на его губах.

– Вы?.. Ва… Чего замерли! Открывайте немедленно! – крикнул Дайкрес стражникам.

Карета тронулась. Молчание, царящее в ней, уже можно было резать кинжалом. Остановка. Нужно выходить. Только сейчас Энери вспомнила, что у неё на манжете расстёгнуто несколько пуговок. Пуговки никак не хотели слушаться. Ну и ладно! Достаточно, что кое-как застегнула крайнюю. Торжественно выплыла из экипажа княгиня. Только бы не запутаться в платье и не упасть на виду у всех. Как же хорошо, что Сарт почти поймал в объятия.

Начальник дворцовой охраны шепнул что-то одному из стоящих в дверях стражей, а сам пошёл с гостями. Энери плохо знала эту часть дворца. Ну да ладно, достаточно зайти в один из многочисленных кабинетов, расположенных здесь, и ждать.

– Я вам больше не нужен? – поинтересовался их сопровождающий, пропуская нежданных посетителей в небольшой зал.

– Нет, Дайкрес, благодарю, – ответила принцесса.

Отвесив положенный поклон, мужчина исчез. Нужно было что-то говорить. Но что? Кажется, даже в пещере с вивернами не было так страшно.

– Княгиня Соэли, что же вы стоите? Присаживайтесь! – вспомнив, что их спутница не так уж и молода, Энери на правах хозяйки указала на небольшой диванчик.

– Нет уж, благодарю! Потом опять подниматься, – старушка замерла, опершись двумя руками на неизменную трость. – Не в том я возрасте, чтобы скакать! Надеюсь, нас здесь не продержат до вечера?

Словно в опровержение её слов, за дверью раздались торопливые шаги. В комнату вошёл король. Судя по малой монаршей короне, он ушёл с какого-то мероприятия.

– Леонита! – и отец раскинул руки.

– Папа!

– Ли, девочка моя ты вернулась! Вернулась! – Дейриг крепко прижал дочь к себе.

– Да папа, да! А где мама?

– За ней послали, сейчас будет.

– Папа, как же я скучала! И по тебе, и по маме, и по Горингу.

– И мы, моя малышка.

За спиной раздался ненавязчивый кашель. Ох, как же можно было забыть об этикете.

– Папа, это княгиня Соэли, – принцесса подвела отца к пожилой женщине, отвесившей королю совсем не старческий реверанс. – А это, – они повернулись к неподвижно застывшему Сарту, – виконт Вентер, мой жених. Сарт, это мой папа, Дейриг Рогеннар, – и Сарт тоже согнулся в положенном поклоне.

– Полно вам, виконт, – король протянул руку для рукопожатия. – Приятно с вами, наконец-то, познакомиться лично.