Рина Лесникова – Дождь до конца осени (СИ) (страница 33)

– Если вы не нуждаетесь в моей помощи, я предпочла бы остаться.

Иер Меридит шутливо козырнул двумя пальцами, легонько щёлкнул по носу хорька и вышел.

Остался ещё фиер эд'Витчет, но артефакта у него точно нет. А что есть? Есть попытка убийства двух детективов и магический контракт, который Лесса, а значит, и агентство не может не исполнить. И что это даёт, помимо прочего? А то, что заказчика всегда можно отыскать. Отыскать и расспросить. Откуда Руанель попал к нему, каким образом исчез и, вообще, зачем эд'Витчет закрыл детективов в подземелье?!

***

Размышления прервал звонок в дверь. Вот и клиенты. Артефакт артефактом, но и обычным людям, да и не людям тоже, нужна их помощь. Для того Лесса и осталась здесь.

На пороге стояла девушка. Плащ из не слишком дорогой материи, но с претензией на оригинальность фасона, почти скрывал её фигуру. Если бы не покрасневшие глаза и слегка припухший от недавних слёз нос, посетительницу можно было бы счесть красавицей, и это не иллюзия, какая бы женщина в здравом уме сотворила себе подобную видимость?

– Здравствуйте, – несколько растерянно поздоровалась она.

Лесса уже привыкла, что посетители удивляются, что в детективном агентстве их встречает женщина, а не суровый детектив.

– Добрый день, проходите, – ободряюще улыбнулась она и отошла в сторону, приглашая гостью внутрь.

– Мне бы детектива… – девушка всё же зашла и неуверенно огляделась. – Я… у меня проблемы.

У всех свои проблемы, отметила про себя Лесса, у кого-то чужой артефакт украли, у кого-то кот в загул ушёл.

– Проходите, плащ можете оставить здесь, – Лесса указала на вешалку в углу прошла на место, устроилась и, оставив философские мысли при себе и указав на табличку с её именем для наглядности, представилась, чтобы у посетительницы развеялись сомнения: – Младший детектив дин Корэйта. Я постараюсь вам помочь, иерина…

– Иерина ТрушИ, Мазида Труши, – сообщила своё имя гостья и сняла плащ.

Под плащом прятались весьма аппетитные формы: внушительная грудь, волнующе вздымающаяся под лёгкой блузой, тонкая талия, крутые бёдра, не нуждающиеся в лишних накладках и фижмах. И всё это своё, не иллюзорное! На взгляд Лессы несколько чересчур, но здесь уж ничего не поделаешь, чем оделили боги, с тем и приходится жить. Маловероятно, что иерина Труши недовольна своей внешностью.

– Итак, иерина Труши, я вас слушаю.

– Меня обвиняют в краже! – заявила клиентка и, видимо, вспомнив обстоятельства неприятного обвинения, всхлипнула.

– Можно узнать подробнее?

– Я служу… служила горничной в доме фиера эд'Дуакиса. Я убирала в комнатах на этажах. И вот, хозяйка обвинила меня в краже семейных драгоценностей. Сказала, что оставила их на комоде, а потом они исчезли! А я их не брала!

Какой вывод можно сделать, анализируя сказанное? Не брала, это верно. Но что-то эта иерина, мягко сказать, не договаривает.

– Это не всё, иерина Труши, так? – Лесса поставила перед гостьей стакан с водой. Та благодарно выпила.

– Хозяйка кричала, что это сделала я, велела обыскать мои вещи. Драгоценности там нашли. А я их не брала! – опять всхлипнула она. – Мне их подбросили! Забрали все, даже мои серёжки. А мне их подарили!

– Кто подарил? – тут же осведомилась Лесса.

Иерина Труши замялась. А не так уж и безвинна эта девица, даже если и не совершала того, в чём её обвиняют.

– Хозяева иногда дарят слугам подарки, – издалека начала она. – Ко дню Алаи и Алая, или на день рождения, или ещё к каким праздникам. И мне подарили эти серьги.

– То есть, подарки вам дарили не к одному празднику, а к нескольким? – уточнила Лесса.

– Ну да, – нехотя призналась иерина Труши. – Но если мне подарили, значит, я могу распоряжаться ими по своему усмотрению, ведь так?

Кто бы возражал, если подарок тебе нисколько не дорог, можешь выбросить его, передарить или продать. Похоже, сувенирчики к праздникам этой иерине дарили не из самых дешёвых. А уж как она ими распоряжалась, это её дело.

– И кто вам их дарил?

Судя по тому, как заёрзала на диванчике гостья, вопрос опять был из неудобных. Собралась с мыслями и начала отвечать:

– Я же сказала: хозяева дарили.

– Хозяйка или хозяин?

– Сам фиер эд'Дуакис, – насупившись, признала иерина Труши.

– И что, всем слугам фиер эд'Дукакис дарил на праздники столь дорогие подарки?

– Откуда ж мне знать.

Понятно, вручение подарков проходило в приватной обстановке, Лессе вот тоже не особо хочется выяснять подробности этого процесса, ей нужно будет доказать, что клиентка не крала семейных реликвий, а там уж пусть каждый отчитывается перед своей совестью.

– То есть, хозяин дарил вам драгоценности, а его жене это не понравилось, и она решила пресечь подобную традицию?

– Выгнать она меня захотела, сушёная грымза!

Что тут ещё добавить, почти всё ясно.

– Иерина Труши, я берусь выяснить, как драгоценности фиеры эд'Дуакис попали к вам. Но вы должны понимать, что вряд ли вас восстановят на работе.

– Пусть хотя бы рекомендацию честную напишет, – решительно шмыгнула носом клиентка.

– Думаю, этого мы сможем добиться! – заверила её Лесса и поднялась, чтобы отправиться к месту расследования.

Поначалу фиера эд'Дуакис вообще не хотела принимать непонятного детектива. Но переданная с дворецким записка изменила решение хозяйки дома. Лессу провели в гостиную, Мазида Труши осталась за пределами дома. Всего полчаса ожидания, и в комнату вошла сухопарая ещё не старая женщина. Прямая спина, плотно сжатые губы – не улыбаться же нежеланным гостям – высокомерный взгляд, сколько таких среди аристократии? Впрочем, не стоит обращать внимание, Лесса не на дружеские посиделки с чаем пришла.

– Я готова вас слушать.

Подобным голосом хорошо летний зной разгонять. Ну да ничего, приходилось и не с такими надменными особами общаться в своё время.

– Младший детектив дин Корэйта, детективное агентство Шнурок, – чинно представилась Лесса, поднимаясь навстречу вошедшей. – К нам обратилась за помощью девушка. Иерина Мазида Труши. Она просила разобраться и опровергнуть обвинение, которое против неё выдвинули. Стоит признать, обвинение весьма серьёзное.

Дама кивнула, давая понять, что услышала информацию и приняла её к сведению, но никак не прокомментировала ни название агентства, ни цель визита. Ладно, имеет право молчать.

Лесса продолжила:

– Мазиду Труши обвинили в краже драгоценностей. Если дать этому делу законный ход, девушка может оказаться за решёткой.

Фиера эд'Дуакис слегка искривила губы, что можно было расценить как: «Туда воровке и дорога!» Ладно, разовьём мысль для непонятливых.

– Но это случится только в том случае, если следственные действия, а потом и суд докажут факт воровства. Если же нет… сотворившего подлог не осудят, но репутация будет испорчена. Скажите, я могу провести следственные действия по интересующему вопросу?

– Что хочет эта распутная девка? – резко осведомилась хозяйка дома.

Как быстро удалось убедить её. Весьма разумная фиера.

– Всего лишь снять с неё обвинение и выдать рекомендации, в которых не было бы необоснованных отзывов.

– Необоснованных, говорите? – в глазах фиеры эд'Дуакис зажегся нехороший огонёк. – Хорошо. Ждите! – величественно кивнула она и быстро вышла из комнаты.

Прошло совсем немного времени, как в комнату вошёл дворецкий. Он передал Лессе сложенный вдвое листок. Проверить, что написала? Если лист не вложен в конверт и не запечатан, значит, можно. Не стоит доверять людям, единожды уже решившимся на подлог.

Хм, а эта фиера эд'Дуакис не лишена извращённого чувства юмора. Письмо было написано на древнем лаитском языке, который простому люду был без надобности, но обязательно изучался в высшей школе, так как именно на нём писалось большинство научных, магических и теологических трактатов. Правда, для написания рекомендаций слугам его почти не использовали.

«Подательница сего письма весьма трудолюбива, аккуратна и чистоплотна. В воровстве не замечена. Единственный недостаток: весьма охоча до чужих мужей». Далее следовала личная печать фиеры эд'Дуакис и длинная вычурная подпись.

Ну что ж, как и обещала, ни одного необоснованного обвинения. Лесса отдала бумагу нетерпеливо переминающейся у ворот Мазиде Труши, честно получила расчёт и отправилась в агентство.

Неприятное дело. С душком. Каждая из женщин считала себя правой. И ни одна, ни другая не вызывали ни капли симпатии. Что ж, и так бывает. Справедливость восстановлена? А есть ли в данном случае справедливость? Наверное, есть. И у каждой своя. А ведь о подобном их тоже предупреждали. Детектив должен всего лишь определить правду, от него совсем не требуется давать оценку действиям клиентов. Ничего, когда-нибудь и она научится не принимать близко к сердцу каждое расследуемое дело.

Глава 14

Настроение после выполнения заказа никак не хотело подниматься. Сколько не убеждай себя, что все вроде бы правы, и каждый получил то, что заслужил, конкретно Лесса – гонорар, но на душе всё равно было нехорошо. А ведь никто не умер. Ещё и дождь усердно вносил свою долю в разыгравшуюся тоску.

Отправиться в родительский дом прямо сейчас? Но папа на работе, мамы тоже может не оказаться дома. Да и не сама ли она решила, что негоже покидать рабочее место без служебной надобности? Скорее бы закончился этот день.

В приёмной её встретил хорёк, раньше появлявшийся в помещениях конторы только в крайних случаях.