Рина Лаврена – Чёрная берёза (страница 3)
– Пахнет смертью.
– У меня тут… – Кирилл махнул рукой в сторону банки.
Василиса подошла, заглянула. Не моргнула.
– Алёшкин.
– Что?
– Язык-то. Алёшкин. Мужик, что вчера на болоте помер.
Кирилл почувствовал, как холодеет спина.
– Как ты…
– Знаю, – она достала из корзины пучок полыни, начала вязать его в пучок. – Он третьим был.
– Третьим?
– Кого она забрала. После Пети-алкоголика и Марфы Семёновны.
Кирилл вскочил:
– Какая Марфа? Старуха с рынка?
Василиса подняла на него глаза. Глубокие, тёмные, как болотные омуты.
– Её вчера нашли. В колодце. С выколотыми глазами.
Она кивнула на куклу без головы, валяющуюся на столе.
– Глазки-то угольки были из её кота. Чёрного.
Кириллу стало дурно.
– Кто…
Василиса вдруг схватила его за руку. Ладонь у неё была шершавой, горячей.
– Аграфена. Она пришла за всеми, кто был у Чёрной берёзы.
За окном закаркала ворона.
– Почему я? – прошептал Кирилл.– И за тобой, Орлов, тоже.
Василиса наклонилась так близко, что он почувствовал запах гнилых яблок от её дыхания.
– Потому что твой дед не стал хранителем. Он сбежал. А болото помнит обманутых.
Перед закатом Кирилл пошёл к колодцу.
Труп старухи уже увезли, но на срубе остались тёмные пятна. Василиса сказала, что Марфа кричала перед смертью:
– «Она в воде! Она в воде!»
Кирилл заглянул в колодец.
Тёмная гладь отражала его лицо.
А потом…
Лицо под водой улыбнулось.
И это было не его отражение.
Кирилл отпрянул от колодца так резко, что ударился спиной о скрипучий сруб. Сердце колотилось так сильно, что он слышал его стук в висках.
– Это невозможно…
Он снова осторожно заглянул вниз. Теперь вода отражала только его бледное лицо и кусок вечернего неба.
– Галлюцинация. От усталости.
Но когда он отошел, из глубины донесся тихий плеск – будто кто-то провел ладонью по воде.
Василиса ждала его у края деревни, кутаясь в тулуп. В руках она держала сверток из грубой ткани.
– Ну что, городской, поверил?
– Я не…
– Видел её? – травница пристально смотрела на него.
Кирилл молча кивнул.
– Тогда слушай. – Она развернула ткань. Внутри лежали засушенные травы, кора черной березы и ржавый нож. – Это не просто убийства. Это обряд.
– Какой обряд?
– Она собирает части. Глаза, язык… – Василиса обвела рукой вокруг лица. – Чтобы восстановить то, что у нее отняли.
Ветер внезапно усилился, донеся с болота запах гниющих водорослей.
– Сегодня ночью она придет снова.
– Ко мне?
– Ко всем, кто из рода тех, кто был у березы. – Василиса сунула ему в руку сверток. – Положи это под порог. И не открывай дверь, что бы ты ни слышал.
Кирилл сжал сверток. Трава внутри странно пахла – как будто смесью полыни и… крови.
– А что будет, если я открою?
Василиса уже отходила, но на его вопрос обернулась. В сумерках ее глаза казались совсем черными.
– Тогда ты увидишь, как выглядит настоящий ужас.
Ночь опустилась на Дубравку, как черная пелена. Кирилл сделал все, как сказала Василиса: положил сверток под порог, зажег все свечи, какие нашел в доме (оказалось, Лиза хранила целый ящик церковных), и сел у окна с ножом в руках.
Первые часы прошли в напряженном ожидании. Потом он начал дремать…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.