Рина Каримова – После измены. Он тебя любит (страница 65)

Будущего у нас нет. А про мои чувства даже сам Эмир не узнает.

Езжу к нему в больницу. Привожу Кирюшу. Мы с Ксюшей много времени проводим в клинике. Однако, когда Таиров начинает идти на поправку, восстанавливаться уже в полной мере, я перестаю его навещать.

Сначала просто сокращаю количество визитов. Время пребывания. После вообще отстраняюсь.

Так будет лучше.

А мои эмоции…

Найду способ с ними примириться, справиться. Настраиваю себя на то, что вскоре Эмир выздоровеет, выпишется из клиники, и вероятно, уедет отсюда. Слишком долго в этом городе задержался. Бизнес требует внимания. Ведь конкуренты не дремлют.

Ну а моя жизнь вернется в привычное русло.

В конце концов, когда любишь, не обязательно быть вместе. Главное — знать, что человек жив, у него все хорошо.

Любить не значит простить измену. И даже если простишь, не значит, что снова начнешь отношения. Какими бы мои чувства не были, мне нравится, как я жила после развода. Свободно. Спокойно. Без постоянного контроля.

Наверное, только тогда осознала, как сильно Эмир меня подавлял одним своим присутствием рядом. Причем я сама это не осознавала. Да и он, наверное, не понимал, не замечал за собой.

Нет, теперешнюю свободу высоко ценю.

Пусть идет так, как должно быть.

Тревожит то, что по расследованию пока никаких результатов. Тихо. Очень. Даже как-то подозрительно. Невольно волнуюсь за бывшего.

А вдруг заказчик повторит покушение?

Все-таки цели он не достиг. Значит, может продолжить. Пока точно своего не добьется.

Охрану Эмира так и не снимают. Полиция дежурит в больнице. Будто и они ждут новой попытки.

Тревожно все это.

Сам Таиров и слышать ничего не хочет. Уверен, что второй раз никто не рискнет подобное организовать.

— Это крыса какая-то, — замечает он. — Открыто напасть не рискнет. Только исподтишка кусать может.

С одной стороны ему виднее. Но с другой — лично я в этом совсем не уверена. Лучше бы виновного скорее вычислили.

Однако это непростая задача.

Стараюсь сосредоточиться на своей жизни. На работе. Теперь я больше не шеф-повар в ресторане. Чаще снимаю разные рецепты для блога. Раньше не каждый день выкладывала короткие ролики. Теперь загружаю утром и вечером. А однажды меня будто озаряет.

Зачем же шоу на телевидении, когда могу сделать все сама? Прямо здесь. В своем блоге.

Не нужна мне никакая команда. Никакие дорогостоящие съемки. Достаточно включить прямой эфир, запустить трансляцию. И все. Готово.

Можно хоть каждый день вот так «снимать». В любое время.

Конечно, впервые мне показывать себя как-то не по себе. Не привыкла к такому формату. Чувствую себя неловко.

Однако потом в голове словно щелкает.

Так я же не себя показываю. Ну что я? Модель какая-нибудь? Актриса? Вовсе нет. Переживать мне совсем не о чем. Я рецепты показываю. Готовку. Свое любимое хобби, которое стало моей отдушиной.

Благодаря этому увлечению я когда-то сумела пережить предательство любимого, нашла работу, справилась.

Ну так пусть мой блог, мои эфиры дадут кому-то толчок, вдохновение, заряд хоть что-то в своей жизни поменять.

Эти мысли помогают успокоиться, сосредоточиться.

Так и выхожу в прямой эфир.

На статистику не смотрю. Просто готовлю. Иногда отвлекаюсь на всплывающие в окошке чата вопросы. Отвечаю зрителям. Дальше продолжаю.

И только под конец, уже когда сохраняю запись, вижу, что меня смотрело две тысячи человек.

Подписчиков у меня намного больше, но про эфир заранее не предупреждала. Да и далеко не все эти эфиры смотрят.

Меня поражает эта цифра. Кажется, это очень много людей. На кухне у меня всего несколько помощников было. Посетителей в ресторане тоже куда меньше. От осознания того, что совсем недавно за мной столько людей наблюдало становится и радостно, и боязно. Непривычно это. Очень непривычно.

Наверное, кто-то вроде Крестовского надо мной бы только посмеялся. Для телевидения это не рейтинг. Там совсем другие расчеты.

Но я обычная женщина, которая ведет кулинарный блог. Не какая-нибудь звезда экрана. Поэтому кажется, что это уже огромное достижение. И да, это очень много! Людей много. Всего!

Разве могу я предположить, что в следующий раз зрителей будет больше? И еще больше. И еще.

Проходит всего неделя, а меня смотрит пять тысяч человек. Подписчики блога растут словно на дрожжах.

Конечно, это все отвлекает, но моя тревога за Эмира никуда не девается.

Заказчик его убийства еще на свободе. Как же тут успокоиться?

71

Эмир

Веры нет. Один день она ко мне не приходит. Второй. Третий. Тут уже любому терпению придет конец, потому спрашиваю у Ксюши прямо:

— Где мама?

Дочь словно теряется.

Повисает тишина.

И по взгляду Ксюши заметно, что она лихорадочно пытается подобрать хоть какой-то ответ. Наконец, выдает:

— У нее работа, — нервно дергает плечами. — Занята.

Понятно.

Дочка не хочет меня расстраивать. Со мной здесь все носятся так, будто я не мужик, а хрустальная ваза. Как бы чего не вышло.

После этого треклятого ранения все наперекосяк пошло.

Хотя нет. Не вполне так. Сперва нормально было. Даже очень. Вера ко мне каждый день приезжала.

Помню, как очнулся в реанимации. Она рядом. Бледная, взволнованная. И такая родная, что внутри сразу защемило.

Я еще подумал тогда — как удачно сложилось.

Если не брать во внимание то, что чуть не подох.

Но вообще…

При каких еще обстоятельствах такое было бы возможно?

Если бы меня не подстрелили, если бы я не оказался на больничной койке в тяжелом состоянии, разве стала бы Вера каждый день ко мне приезжать? Без повода.

Сомневаюсь.

Так что при подобном раскладе я бы и сам готов себе в ногу выстрелить. Если это помогло бы Веру приблизить.

Если бы какая-то гнида меня киллеру не заказала, то мне бы самому стоило нечто такое устроить.

Я же кайфовал, пока она ко мне приезжала. Каждый день. Сына привозила, сама рядом задерживалась.

Мы будто снова стали одной семьей.