Rina K – На краю игры (страница 10)
— Ууу, и как на это отреагировала тётушка Алиса? — я много рассказывала Лизе о своих проблемах в доме, о своей маме и в целом, о своём детстве. Ещё тогда она посоветовала поговорить с мамой, рассказать о том, что я чувствую.
— Она просто скинула трубку. Не удивлюсь, если она закинет меня в чёрный список до тех пор, пока я не заведу себе двадцать кошек и не стану вдовой. И то, — я стала разбирать пакет с продуктами, — она разблокирует меня исключительно для того, что бы сказать: «Я же говорила».
Лиза устало села на кровать, перед этим взяв яблоко со стола. Сегодня у неё были первые пары с новым преподавателем, и во время них она мне писала, что он старый, сморщенный дед, который требует от неё нереального.
— То есть ты ей так и не сказала, что ты встречаешься с Витей?
— Это её бы убило мгновенно. И посыпались бы вопросы о моей интимной жизни. Такими темпами мы бы дошли до того состояния, что я стала бы распутной девицей. Да и тем более, пока наши отношения не настолько официальные, чтобы о них громко говорить. — Я пожала плечами и последовала примеру Лизы, взяв яблоко. Я села около своего письменного стола, на котором всё так же царил беспорядок.
— Ты уверена, что Витя тот самый? Меня немного настораживают твои рассказы о нём. — я ей рассказывала о его приступах ревности и немного о требовательности в сексе.
— Лиз, ты же знаешь, что это мои первые отношения. Скорее всего, я просто преувеличиваю.
— Я стала разбирать листки, которые были разбросаны по всему моему столу.
— Я волнуюсь за тебя, Вики. Я не хочу, чтобы он тебя как-то обидел.
В её голосе было слышно искреннее волнение. Но Витя же хороший, о чём переживать? Он постоянно мне пишет, даже во время своих тренировок. Уточняет, чем я занималась и как себя чувствую. Я ощущаю его заботу и его внимание. А про вспышки ревности, возможно, это просто злой прошлый опыт. Покрайней мере, он мне так говорил.
— Не переживай обо мне, всё хорошо. — И снова на моём лице появилась фальшивая улыбка.
Лиза фоном что-то мне рассказывала про своего нового преподавателя. Особо я не вслушивалась, просто убирала стол и наводила на нём хоть небольшой порядок. Но вдруг я наткнулась на лист, сложенный вдвое. «
Я раскрыла его и стала читать. Там и вправду был план, что нужно купить. Пишет он, конечно, как курица под прицелом: не аккуратно, где-то грязно зачёркнуто. Но стоило мне спуститься чуть ниже, и у меня чуть не отпала челюсть.
Вместо того, чтобы продолжить свой список, он стал описывать меня и вставлять свои подколы!
Пока я всё это читала, я невольно улыбалась. Каким бы дьяволом он ни был, мне нравился его формат общения. Он сочетал в себе и издёвку, и игривость. Он наблюдал за мной, подмечал различные моменты. Неужели его язык настолько чесался, что он решил выговориться так? ««Катись к черту, Соколов» — я знаю, о чем ты думаешь, и да. Я не мог оставить тебя без моей частички. Улыбайся почаще и не трави других парней своим поведением :) Только я могу его вытерпеть , Кармелита».
— Вики? Ты меня слушаешь? — Лиза подошла сзади меня, и из-за неожиданности я быстро сложила листок. — Что читаешь? Любовные записки от Вити?
— Типа того, — неуверенно ответила я. Если бы я сказала правду, я бы получила осуждающий взгляд и монолог в духе: «Ты называешь его дьяволом и стихийным бедствием, но сейчас сидишь и улыбаешься тому, что он написал?»
— Не хочешь вечером прогуляться? Я устала от клубов, а дома сидеть не хочется. — Лиза выпятила нижнюю губу и попыталась сделать милое личико.
— Я не против. — без капли раздумий я ответила и стала собираться на прогулку. Лист с колкими фразами Соколова я положила под подушку. Пусть некоторое время побудет там.
Вечер опустился на город мягко, словно накрыл его бархатным покрывалом. Улицы зажглись огнями — жёлтыми фонарями, разноцветными вывесками, бликами в витринах. Я и Лиза неспешно шли по тротуару, шурша опавшими листьями. Воздух был прохладным, с лёгкой примесью запаха дождя и кофе, который доносился из ближайшей кофейни.
Мне всегда нравилась такая осенняя погода. В меру прохладно и отличная атмосфера для прочтения какого-нибудь романа. Если бы только я была в библиотеке... Первая книга, которая приходит мне на ум: «Унесённые ветром». Драма. Обожаю!
— Знаешь, всё думаю про Соколова. Точнее… — я сразу запнулась и поспешила исправиться. — В прошлый раз ты так резко о нём отозвалась… А ведь он лучший друг твоего брата. Почему такая неприязнь?
Лиза замедлила шаг. Её тень, вытянутая фонарным светом, дрогнула на асфальте. Она помолчала, подбирая слова, потом громко выдохнула и усмехнулась.
— Чего это ты решила загорать о самом дьяволе? Вдруг он появится за поворотом от твоего упоминания.
— Я хотя бы говорю причину, почему я его ненавижу. Давай колись, он что, разбил твоё сердце? — с небольшой иронией произнесла я. В глубине души мне хотелось, чтобы она отрицательно ответила. Не хочу знать, что у них был недороман.
— Боже упаси! Не говори таких гадких вещей! Он для меня как второй брат, а инцестом увлекаться мне не хочется. — она скривила лицо и дрогнула плечами. — Всё гораздо проще, чем ты думаешь. Я просто ревную своего брата к нему.
— Чего? — С моих губ слетел небольшой смешок. Жаль, что мне не понять это чувство, когда ревнуешь брата к его друзьям. Звучит крайне странно.
— Ну, мой брат после знакомства с ним стал чаще пропадать. Перестал меня звать на вечеринки, в гости к его друзьям. Мы с ним просто начали отдаляться. Это было сложно принять мне, ведь мы всегда были вместе. Поэтому я и испытываю неприязнь к нему.
— А какие слухи о нём ходят? — я вновь вернулась к трибунам стадиона. Вернее, к воспоминаниям оттуда.
— Почему мы говорим про Соколова? — девушка остановилась и пронзительно на меня смотрела. — Не забывай, что у тебя есть Витя. А этого придурка ты называешь исчадием ада.
Сама не понимаю, почему мне захотелось узнать что-то о нём подробнее. Может, потому что для меня он открылся исключительно с одной стороны в виде плохого парня с дерзкими фразами? Мне хотелось узнать, какая же вторая сторона его медали? Вдруг он спит с плюшевым медведем и напевает песни Рианны в душе?
Глава 7
~Артём~
Кармелита стала выходить на улицу все чаще. Теперь я могу спокойно заметить её возле парка, где она будет гулять с Лизой, или возле книжного магазина, который находился на другом конце города. Она стала свободнее, стала счастливее. Я видел, как на её лице сияла улыбка, слышал, как она смеётся. У неё прекрасный смех. Он был чем-то похож на крик чаек.
Мне было всё равно, что она теперь не сидит в своём замке. Но какое-то чувство в груди никак не даёт покоя. Какое-то напряжение и волнение за неё. Когда она сидела в своей комнате, такого не происходило. И я уже ловлю себя на мысли, что схожу с ума. Не мне ей говорить, что нужно делать, а чего нельзя. Но я бы сел в тюрьму за ограничение свободы… Мы бы просто сидели в её комнате и перекидывались фразами, которые меня так веселят и забавляют. Мне
хочется вернуть прежний азарт в своих глазах, видеть, как она психует и планирует меня убить.
Я не удивлюсь, если она уже гуглила, как убить дьявола.
— Соколов, хватит витать в облаках. — Снова этот нудный голос. — Выходи к доске и делай предзащиту.
Когда я только окончил школу, мне было всё равно, какой университет выбирать. Для меня было главное — оставаться в городской команде по баскетболу. Поэтому я выбирал наобум. И мне выпала архитектура. Иронично, правда? Так что, когда я осуждал дизайнера по имени Химера, я имел представление о чём говорю. Я бы не хвастался тем, что я хорошо учусь, потому что это не так. Время от времени я нахожусь на грани отчисления из-за своих прогулов. Баскетбол для меня был куда важнее, чем высшее образование. В случае неудачи во всех пунктах, пойду работать в стриптиз-клуб. Почему бы и нет? Я вяло поднялся со стула, попутно застёгивая манжету рубашки. Доска словно насмехалась надо мной — чистая, беспощадная, ждущая моих жалких попыток изобразить хоть что‑нибудь вразумительное.
— Ну, Соколов, не томи, — пробурчал преподаватель, постукивая указкой по столу. — Тему то хоть помнишь?
— Конечно, — бросил я, подходя к доске и беря маркер. — «Трансформация городского пространства: от индустриальной эпохи к постмодерну».