Рина Харос – Проклятие Персефоны (страница 42)

Роджер покачал головой, будто пытался скинуть наваждение, и, приподняв ладонь, оборвал мою речь:

– Родная, я – Охотник, не спасатель загубленных душ. Я умею только убивать.

– Я знаю, но если позволишь, я договорю. – Раздраженно повышая голос, продолжила, несильно вцепившись когтями в его ладонь: – Тебе нужно заключить сделку с Персефоной.

Раздался громкий смех, граничащий с безумством и страхом.

– Да ты с ума сошла! Что творится у тебя в голове? Похоже, я тебя крепко приложил о стену.

Сжав зубы и кулаки, чтобы не выплеснуть эмоции, я продолжила, будто не услышала едкого комментария:

– Заключи с ней сделку. Предложи ей помочь найти девушку в обмен на то, что убил одну из сирен.

– Но я же не… – Не успел Роджер произнести и слова, как я приложила палец к его губам, заставив замолчать.

– Персефона слишком слаба и готова пойти на любые уступки, лишь бы найти Королеву, которая продолжит ее дело и объединит оба мира под страхом своей власти. Ты сразу почувствуешь ту, что сможет принять в себе обе сущности, и тогда… – немного помолчав, чтобы собраться с мыслями, я произнесла: – Вместе вы сможете убить Персефону.

Все это казалось кошмаром, от которого мне не удавалось избавиться. Эмилия, сидевшая рядом со мной в опасной близости, говорила такие вещи, от которых становилось дурно, и тошнота мгновенно подкатывала к горлу. Чтобы скрыть эмоции, я пытался шутить и отпускать колкости, но это не помогало.

Уничтожить чудовище, которое ходило по земле в поисках крови и убивало ради развлечений, не составляло особого труда, но истребить древнюю Богиню, пусть и совсем ослабевшую, никак не входило в мои планы.

Голова наполнилась гулом, который становился все громче и громче, в висках появилась нестерпимая пульсирующая боль. Казалось, сирена не замечала моего замешательства, поскольку говорила эмоционально, не останавливаясь:

– Персефона станет отголоском, эхом, способным лишь звучать, но не противостоять. Девушка, которая будет избрана Королевой, получит корону, переданную от нее. Ты должен будешь сделать все, чтобы не упустить ее, войти к сирене в доверие, запугать, влюбить – да что угодно! Когда мы снова встретимся, ты сердцем поймешь, какой выбор тебе предстоит сделать.

– Если она будет столь же красива, как ты, родная, боюсь, выбор будет слишком сложным. – Улыбка сползла с моего лица, я готов был задать главный вопрос: – Зачем тебе это нужно?

Эмилия долго молчала, отвернувшись и устремив взгляд куда-то вдаль, будто прокручивая в памяти многочисленные воспоминания.

– Я устала жить под гнетом, – дала сирена самый простой и понятный ответ. – Как и мои сестры.

А затем вымученно улыбнулась и, похлопав меня по плечу, глубоко вздохнула.

– Тебе стоит покинуть город сегодня же. Когда Лумьер узнает, что ты ослушался его приказа, пошлет своих головорезов, от которых не удастся скрыться. Рид будет в безопасности. Верь мне, они не вспомнят про него, я позабочусь об этом. Ты должен запомнить, Роджер, что твое место теперь в море: только там ты будешь в безопасности и сможешь выполнить вторую часть нашей сделки. Я сама сдамся Лумьеру, стану его последним трофеем, о котором он никогда не забудет. – Обнажив зубы, сирена улыбнулась так, что по телу побежали мурашки. – Единственное, что тебе нужно сделать, – бежать из города.

– Куда?

– Корабль, который будет стоять в порту, твой. Ты сразу его узнаешь… На нем моя кровь, команда заколдована пением, и, пока моя душа жива, они будут прислуживать тебе, возрождаясь из мертвых раз за разом. Назови его «Эмрод» в честь нас, чтобы ты всегда помнил про наш уговор.

Я лишь покачал головой, выказывая недоверие к словам сирены, которая, казалось, продумала все до мелочей. Теперь точно знал, что наша встреча в доме миссис Брейк была неизбежна. Это не я охотился на нее. Это морская дева выслеживала меня, умело играя на человеческих чувствах.

– Сирены не умирают до тех пор, пока мужчина не выкажет равнодушие к их песням. Тогда и тело, и душа находят покой, – продолжила сирена. – Королева, которую изберет Персефона, не будет знать мои истинные намерения, пока я не позволю этого. Сирены очень умело скрывают информацию и манипулируют чужими чувствами.

– Даже если я найду ту самую, что станет Королевой, где будешь все это время ты? Как я…

– Там, где буду в относительной безопасности, чтобы набраться сил и терпения. Ты найдешь меня по зову крови, доверься…

– Постой. А как же Персефона? Она же Богиня, которая вряд ли боится каких-то там… как ты назвала? Зубочисток…

Я заметил хитрую улыбку на лице сирены: она оказалась умнее, чем я предполагал. Эмилия нагнулась и достала из складок платья небольшой кинжал со странной переливающейся рукоятью.

– Наведалась в лавку месье Лумьера, пока хозяина не было дома. Похоже, этот коллекционер действительно знает толк в артефактах. Или ему повезло. Как и мне. Я долго выслеживала кинжал: его перевозили с одного континента на другой, передавали из рук в руки, пока он не оказался здесь, в небольшом городишке, в лапах обезумевшего старика.

Эмилия аккуратно держала оружие двумя пальцами – за плоскость острого клинка и конец рукояти – и прокручивала его перед глазами, любуясь переплетением золота и серебра.

– Кинжалом Возмездия можно убить любое чудовище, уничтожив его воспоминания навечно. Душа останется жива, она переродится, но все начнется с чистого листа, будто не было прожитых лет.

Эмилия встала и, выйдя в коридор, положила оружие в один из потайных карманов пальто.

– Ты сам отдашь его той, что сможешь отыскать. – Девушка вернулась в комнату. – У нас есть вечер, чтобы ты успел скрыться. Когда ты поймешь, почувствуешь, что я жива, найди меня и отдай то, что по праву мое.

Я коротко кивнул и, встав с кровати, подал руку Эмилии. Она крепко обхватила мою ладонь прохладными пальцами. Ведомый нахлынувшим странным порывом, обхватил талию сирены и крепко сжал. Прижав девушку к себе, впился в губы голодным поцелуем. Эмилия задрожала и испугалась от такой резкости. Ее губы, горячие и слегка потрескавшиеся от холода и мороза, открылись навстречу моему языку. Внезапно рот наполнился кровью, которую я от неожиданности проглотил.

Эмилия слегка надавила руками мне на грудь и отстранилась, вытирая тыльной стороной ладони губы, на которых еще блестели алые капли. Удивленно выгнув бровь, внимательно посмотрел на сирену, на что она, засмеявшись, незамедлительно ответила:

– Моя кровь поможет тебе найти меня, Охотник. Считай, это мой подарок, разумеется, не от чистого сердца. И да, ее можно было получить другим способом – попросить.

– Не каждый день мне выпадает шанс притронуться, а тем более поцеловать сирену, родная. Считай, это было нашим негласным соглашением.

Спустя пару минут Эмилия начала поспешно собираться.

– Кровь поможет тебе сохранить внешность без изменений: года не смогут подпортить твое личико. Так что будь добр, во время нашей следующей встречи выгляди хоть немного симпатичнее, а то тошно смотреть.

Сирена удовлетворенно кивнула и направилась к выходу.

– Куда-то спешишь, родная?

Девушка обернулась. Хищная ухмылка не предвещала ничего хорошего.

– Эмпуса.

– Что-что?

– Эмпуса, – повторила сирена, будто это название могло что-то для меня значить. – У Лумьера оказалась неожиданно обширная коллекция трофеев и, похоже, не ты один поставляешь ему кхм… товар. Эмпуса – обитательница подземного мира, которая умеет скрывать истинное обличье. Пока ее лицо пылает, она может пользоваться даром.

– И?..

– …И тот, кто примерит на себя кожу с лица Эмпусы, так чудесно сохранившуюся в формалине, сможет перенять ее способности на время, которое у меня уже истекает.

Я стоял, совершенно ошарашенный, чувствуя, как к горлу стремительно подступает тошнота, а руки начинают трястись.

– Ведь ты же не думал, Охотник, что это, – Эмилия пробежала кончиками пальцев по своему телу, – мое истинное обличье.

Наконец осознав все сказанное и вспомнив порывистый поцелуй в комнате, я начал жадно хватать ртом воздух и рванулся вперед, чтобы схватить сирену за руку, но не успел: лишь золотистые волосы мелькнули в дверном проеме. Громкий хлопок указывал на то, что она покинула дом.

Когда боль в руке прошла и спала тошнота, я накинул пальто поверх рваной рубашки и заглянул в комнату Рида. Младший брат мирно спал и стал уже более похож на человека. Подняв нож, лезвие которого хранило запекшуюся кровь морской девы, спрятал его в складках одежды. Улыбнувшись, напоследок оглядел комнату, положил ладонь на лоб брата, словно благословляя, и порывисто шагнул в сторону выхода. Прикоснуться к кинжалу Возмездия я так и не решился.

Мне не суждено было вернуться сюда. Я был уверен, что брат не останется один – весь город знал о нашей беде, и каждый житель с радостью поддержит мальчишку. Я не мог больше подвергать его опасности.

Только не во второй раз.

– Эмилия, – прошептал, будто пробуя имя на вкус.

Нашей встречи мне пришлось ждать двадцать лет. Долгих двадцать лет, из которых ни дня не проходило без воспоминаний о знакомстве.

Глава 23

Обретая власть, не забывай, кто был предан тебе.

Крепкие шершавые руки поддерживали меня, не позволяя рухнуть на пол. Слегка отодвинувшись, я взглянула на Роджера, который с опаской и волнением смотрел на меня, стараясь не делать лишних движений, чтобы не причинить вред.