Рина Харос – Проклятие Персефоны (страница 19)
– Ты нашел ее для меня?
От того смеха, что лился рекой буквально несколько минут назад, не осталось и следа: хриплый, надломленный голос, напоминавший эхо в пещере, заставил слегка поежиться, хотя вечер выдался достаточно теплым.
– Да. Но есть одна загвоздка, – когти сильнее впились в мою ладонь, – не уверен, что она придет. Я сделал все, что ты велела, но сомневаюсь, что девушка проглотила наживку.
– Она – мой последний шанс.
Персефона судорожно дернулась. От ее величия не осталось и следа: даже это юное тело, которое она забрала у земной девушки, могло в один миг превратиться в кристаллики морской соли.
– Что она тебе дала взамен на жизнь? Свою кровь? Или, может, свое тело? – Тихий смех, наполненный ненавистью, звенел в голове. – Каждый раз я задаю себе лишь два вопроса: почему я не могу тебя убить и зачем ты помогаешь мне?
Внезапно острая боль ворвалась в тело разъяренным зверем, отчего я вскрикнул и упал на колени, стараясь унять тошноту. Почувствовав на затылке маленькую ладонь, хотел было ее скинуть и сказать, чтобы Персефона убиралась прочь к морскому дьяволу, но не смог: мышцы парализовало, и я завалился боком на траву.
Несколько минут, проведенные в таком состоянии, показались адом: голова была готова вот-вот лопнуть, я не чувствовал ни рук, ни ног, внутренности горели огнем, и любой глоток воздуха только усиливал эту боль. Прекратилась пытка так же внезапно, как и началась, и, прежде чем провалиться в темную бездну, я услышал:
– Я даю тебе один вечер. Помни, Роджер, у нас договор: если убить я тебя не могу, то взамен возьму твою плоть, пусть и временно. – В словах читалась прямая угроза, но, когда я вскинул голову, рядом никого не было.
Никого.
Почувствовав жжение в груди, опустил взгляд и заметил, что в районе сердца на коже у меня появилась татуировка. Метка Персефоны. Она представляла собой соединенные солнце и луну, обрамленные каплями воды. Звезда, знаменующая начало дня, олицетворяла все живое и земное, пронзая золотыми лучами предвестницу ночи, которая, в свою очередь, обозначала таинственность и смерть, закрывая серебристым потоком света солнечную половину. В сиянии небесных тел вырисовывался лик девы, глаза которой заволокла алая пелена, а улыбка порождала страх. Сирена возвышалась над солнцем и луной, протягивая руки к свету и впитывая его в свое чудовищное естество.
Привстав, я обреченно вздохнул, поднял взгляд в небо и тихо произнес:
– Лучше бы ты меня тогда убила.
Атмосфера праздника буквально наполняла меня без остатка: одни танцевали около большого костра и пили ром прямо из бутылки, вторые уединились у озера, чтобы предаться любви, третьи одиноко сидели около дерева и ждали, когда на них обратят внимание и пригласят в шумную компанию.
Недолго думая, подошла к одной из девушек, которая уже изрядно выпила и еле стояла на ногах. Выхватив из ее рук бутылку с ромом, я сделала три жадных глотка. По телу разлилось тепло, и появилось чувство легкости.
Одиночество продлилось недолго: двое молодых людей подошли с предложением скрасить вечер, прильнув ко мне сзади и спереди. Я окинула обоих презрительным взглядом, они моментально стушевались и отошли к более доступным девушкам.
Отпив еще глоток, старалась не оглядываться по сторонам в поисках Роджера, но совладать с собой не могла: прислушивалась к каждому смешку или возгласу, чтобы понять, кому они принадлежат.
После нескольких неудачных попыток выследить Роджера я, раздраженно усмехнувшись, поставила бутылку рядом с деревом и побежала в сторону костра, где водили хоровод. Юноши начали радостно улюлюкать, девушки звонко рассмеялись, хватая за руки и затягивая в танец. Они были настроены дружелюбно, потому что не узнали меня. Совершенно забывшись и отдавшись моменту, я вдруг почувствовала, как чьи-то сильные руки вырвали меня из круга и потащили к пруду. На полдороге меня перекинули через плечо, и я забарабанила кулаками по спине похитителя, но в ответ услышала знакомый смех.
Я расслабилась и стала бить обидчика через раз, больше играя, чем желая причинить реальный вред. Маска слетела и затерялась в траве.
Спустя несколько мгновений меня аккуратно поставили на землю и прислонили спиной к старому дубу, устроившемуся около пруда. Разгоряченная от притворной борьбы, я хотела было ударить мужчину в грудь, но, подняв взгляд, лишь изумленно выгнула бровь:
– Неплохая попытка, Роджер. Но глупо с твоей стороны отрывать меня от веселья.
– Неплохая попытка меня приструнить, Сара.
Мужчина быстро сократил расстояние между нами и, опершись ладонями о ствол дерева по правую и левую сторону от моего лица, начал лениво рассматривать, подобно хищнику, который не хочет спугнуть добычу.
Я уперлась ладонями в грудь Роджера, почувствовав твердые напряженные мышцы, и старалась оттолкнуть молодого человека, но он ловко обхватил одной рукой мои тонкие запястья и завел руки за голову, лишив возможности двигаться. Другой рукой он нежно схватил волосы и потянул, заставив запрокинуть голову. Придвинувшись, Роджер медленно склонился к моим губам, не сводя с них голодного взгляда.
Первое прикосновение его губ, нежное, легкое, очень быстро переросло во властный, грубый поцелуй. Он поглощал каждый мой вдох, а его дыхание, горячее и шумное, обжигало кожу. Я тонула в сладкой истоме. Чуть прикусив мою нижнюю губу с тихим рыком, он углубил поцелуй, и наши языки сплелись, словно в танце под звуки разгоряченных стонов. Внизу живота все пылало огнем – я понимала нелепость происходящего, но ничего не могла с собой поделать.
– Не меня ли ты искала там, у костра? – прервав поцелуй, ехидно спросил Роджер.
Я с трудом сдержала разочарованный вздох, потому что все тело требовало его ласки, но вовремя взяла себя в руки и лишь посмотрела Роджеру в глаза.
– Смею тебя разочаровать – нет. Я искала выгодную партию, чтобы весело и без обязательств провести время. Не зря же я сюда пришла.
– Ты слишком испорчена, Сара. Таких, как ты, надо наказывать, чтобы воспоминания сохранились на всю жизнь.
«Накажи меня», – пронеслось тут же в голове.
Будто почувствовав мое возбуждение, Роджер прижал меня к стволу дерева, из-за чего перехватило дыхание, но желание владеть мужчиной только усилилось. Его руки ловко стянули с меня платье, ладони ласкали тело и, остановившись около груди, нежно провели по ней. Двумя пальцами обхватив мой сосок, мужчина легонько укусил шею. Я выгнула спину и громко застонала, запустив руки ему в волосы и притянув еще ближе.
Мне хотелось большего, прямо здесь и сейчас. Я нетерпеливо начала расстегивать его ремень и, наконец расправившись с одеждой и вновь откинувшись спиной к дереву, обвела мужское тело томным взглядом. Каждый мускул был напряжен, в районе сердца я увидела небольшую татуировку, которая отдаленно напоминала Персефону – богиню сирен.
Поймав мой взгляд, Роджер быстро, будто пытаясь отвлечь, сказал:
– Если хочешь, я сейчас же все прекращу. – Его руки замерли на моей талии и заметно дрожали, грудь тяжело поднималась и опускалась.
Все, что я могла сделать, это тихо произнести:
– Нет… не сейчас…
Роджер тут же подхватил меня, аккуратно положил на траву и лег сверху. Одной рукой я обхватила его шею, притягивая к себе, а второй до боли сжала волосы на затылке. Он глухо зарычал и, слегка покусывая, начал целовать шею. Я моментально потянулась к его губам, таким горячим и влажным, и он послушно наклонился. Робкий поцелуй, после чего мы начали кусать друг друга, языки боролись, как будто от этого зависела наша жизнь, дыхание перехватывало, но никто не хотел сдаваться. Роджер прижался ко мне всем телом и начал, дразня, водить бедрами между ног. Издав громкий стон, я почувствовала, что мужчина прикрыл мне рот ладонью и, склонившись над моим ухом, выдохнул:
– Тише, нас могут услышать.
Одной рукой держа запястья, второй он провел по изгибам тела, после чего немного приподнялся и посмотрел на меня. Я прижалась к нему сильнее, прильнув бедрами к торсу и обхватив его ногами, начала медленно водить тазом по кругу. Мужчина шумно втянул воздух, резким движением раздвинул мне ноги и вошел, начав ритмичные движения, не давая мне возможности привыкнуть. Выгнувшись, застонала так громко, что ему пришлось закрыть мне рот. Склонившись над грудью, мужчина больно укусил сосок, и от неожиданности я громко вскрикнула.
Роджер целовал меня требовательно, но чем грубее он был, тем сильнее мне хотелось оставаться в его власти. Движения, резкие и быстрые, заставляли меня громко застонать, не в силах сдерживаться. Внезапно ком внутри живота перерос в оргазм, и, крепко ухватившись за Роджера, я громко вскрикнула и обмякла. Спустя несколько мгновений мужчина лег рядом и, тяжело дыша, начал поглаживать грудь и низ живота ладонью, будто успокаивая.
Внезапно голову пронзила сильная боль. Я резко выпрямилась и схватилась за нее руками, но Роджер даже не пошевелил бровью. Он закинул руки за голову, скрестил ноги, не удосужившись одеться, и только после очередного болезненного крика, наконец, соизволил обратить на меня внимание.
Голос из сна снова раздался в голове:
Не в силах больше терпеть эти муки, я закричала и резко вскочила с травы. Голова немного закружилась, но голос пропал. Повернувшись к Роджеру, вскинула бровь и обхватила себя руками, пытаясь унять дрожь. Мужчина тем временем спешно собирал вещи, явно собираясь уходить, но, увидев мой рассерженный взгляд, слегка стушевался и холодно спросил: