Рина Гиппиус – Чужая здесь, не своя там (страница 65)

— Ну хорошо. Но присматривать мы за ним будем, — сдался, но не до конца, наместник.

— Без серьезных вмешательств, — гнула свою линию.

Самонадеянно, но если не попробую сейчас, потом будет бесполезно.

— Как получится.

В свой взгляд я вложила всю злость, раздражение и недоверие.

По-видимому, бывший опекун проникся. Поэтому он больше ничего не сказал. Он сидел с задумчивым видом — явно анализировал все, что услышал.

Мне же не хотелось думать обо всем этом, давать оценку чьим-то поступкам, в особенности отцовским. Подумаю об этом позже. А сейчас — я устала. Устала от бесконечного ожидания, когда все наладится, когда я смогу жить так, как хочется мне, без оглядки на чьё-то мнение, одобрение. Устала от невозможности пока что решить свои проблемы, в том числе и со здоровьем. Но что я могу? Для себя — практически ничего. Там ограничение, там невозможность. А вот для Данфера… Уж тут я постараюсь душу вытрясти из наместника, но устроить Данфера хорошо.

Я не спросила название города, в который мы прибыли, не узнала, что за гостиница, в которой решили расположиться, лишь попросила об одном:

— Поместите меня и Данфера в смежных комнатах, пожалуйста.

Препятствовать никто не стал.

Правда, мальчик так и не проснулся, поэтому нёс его один из сопровождающих.

— Эдел Вистар, вы говорили, что Данфер проснётся, когда мы прибудем в город. Он все ещё спит, — обратилась я к наместнику перед тем, как мы разошлись по номерам.

— Теперь он уже спит обычным сном, а не наведённым. Видимо, сильно он устал.

Если эдел Вистар сказал неправду, то на утро я поставлю на уши все окрестности, весь город.

Зря опасалась.

Еще до рассвета Данфер робко постучал в дверь моей комнаты. Несмотря на усталость, я спала чутко.

— Что такое? — хрипло спросонья спросила я.

— Можно я у тебя посижу?

— Не по себе?

— Угу.

Оно и немудрено. Проснулся в незнакомом месте, да еще и один. Как только понял, где я? Неужели и через стены видит?

Я похлопала по одеялу рядом с собой.

— Садись.

— Да я и тут, в кресле могу.

— Ну как хочешь, — не стала настаивать я.

Сначала неловкое молчание тяготило нас обоих. А потом, как боевой маг, опасающийся наступить в смертоносную ловушку, я медленно, шаг за шагом задавала вопросы, пытаясь разговорить мальчика. Он вначале неохотно отвечал.

— Прости, я не хотел тебя будить, но…

— Я понимаю.

И постепенно разговор потек все плавнее, оживленнее. Болтали обо все на свете. Никогда бы не подумала, что с десятилетним мальчишкой можно столь оживленно и стольких темах разговаривать.

С Эйриком я общалась нечасто. Да и большая часть наших разговоров сводилась к книгам — ведь это главное увлечение младшего сына наместника.

А вот с Данфером… о чем мы только не разговаривали. Хотя (вот парадокс!), тоже свернули на книги. Точнее — сказки. Мама нечасто баловала Данфера ими. А когда он и сам выучился читать, вроде как уже несолидно было ими увлекаться. Но, наверняка, хотелось. Я видела это в его черных глазах, которые даже в предрассветных сумерках горели интересом, хоть и скрываемом.

Меня же в детстве вдоволь накормили восхитительными сказками. Бабушка Нурра, мамина мама, низким, бархатным голосом раскрывала мне тайны зеденивских преданий. В них порой было сложно понять, где выдумка, а где реальность. Причудливо переплетались сказочное волшебство и, порой, неприглядная явь.

Про призрачного скакуна, который открывался только достойным. Где он щипал траву, там находился клад.

Про Ветер-Сотар, который налетал на поселения, не принося никакого вреда, кроме одного — похищал самую красивую девушку. Он уносил ее в свой воздушный замок и поселял в гарем, среди других красавиц. Считалось, что семья такой девушки благословлялась богами. Вот только не иссякал потом лучших воинов, которые безуспешно пытались отыскать обитель Ветра-Хулигана.

Про славного воина Бортена, которого никто не мог победить. А он влюбился в своенравную дочку главы рода Дейран — прекрасную Саору. В поединке за руку Саоры Бортен убил ее жениха, которого та любила. Отец девушки отдал ее победителю. А Саора на свадебном пиру отравила Бортена. Сама же Саора утопилась в реке. С тех пор ни один отец в Зедениве не имел права принуждать дочь к замужеству, ибо тогда новоиспеченный муж погибал еще до конца свадебного пира.

Разные сказки рассказывала бабушка…

Данфер слушал меня внимательно. А мне был приятен его неприкрытый, по-детски восторженный, как бы он не хорохорился, интерес.

Меня грело ее присутствие и то, что я хоть и так, но развлекала его, отвлекала, дарила частичку своего тепла, хотя и сама еще не отогрелась. Простое человеческое участие…

Мальчик выспался, поэтому он не просто слушал меня, а еще и задавал вопросы. Очень много вопросов. Увы, на многие я или не знала, или уже не помнила ответы. Не мало времени прошло. А в Адарии не было сборника зеденивских сказок и преданий. Да и вряд ли вообще он где-то есть. Так и передавались устно из поколения в поколение.

В середине рассказа о разбойнике Жаузе меня одолела зевота, глаза начали слипаться, я сбивалась, путалась, из-за чего Данфер меня переспрашивал. И дело было даже не в том, что я не выспалась. Клонило не в сон, накатывала не дремота, а какое-то странное состояние. Возникло ощущение, что силы как будто вытягиваются из меня. Медленно, но не прерываясь. Куда ниточкой тянулась сила, я поняла не сразу. А когда поняла, испугалась.

Срочно нужно в храм Оттара. Вот только как миновать охрану? В коридоре дежурило двое. А лишние свидетели мне ни к чему. Обмануть же наместника вряд ли удастся. Ну а даже если и сбегу, где искать жертву?

Что делать? Время идет. Можно, конечно, проверить насколько нужна эта жертва и нужна ли она вообще. Вдруг это всего лишь домыслы? Но проверять с каждой секундой хотелось все меньше. Слабость не проходила, а усиливалась. Неспешно, но неумолимо.

Прервав свой рассказ, я подошла к окну. Данферу стало любопытно, и он также, как и я, уткнулся носом в стекло. Я-то знала, что высматриваю. А он составлял мне компанию.

Второй этаж. Окна выглядывают в подобие сада у гостиницы. Как раз дерево у нашего окна. Значит спуститься смогу, наверно. И вроде никого поблизости не видно.

Я уговорила Данфера лечь в постель на мое место. Если кто-то заглянет, то видимость моего присутствия будет. А до комнаты мальчика нужно идти через мою. Не думаю, что понадобится проверять на месте ли еще и мальчик.

Только в ноги Данферу подложила подушку — все ж таки я покрупнее, а так достовернее.

Как два заговорщика. А я ребенка привлекла. Но как сейчас иначе? Я попросту не знала, да и не успевала придумать другое. Впрочем, Данфер и сам был не против. С воодушевлением подключился к моей авантюре. Только вот обманывать старших нехорошо. Чему я его учу?

Никогда не страдала боязнью высоты, а вот сейчас стало не по себе. Да и ветки выглядели ненадежными. Лишь бы выдержали.

Уцепилась за самую крепкую, правда, ободрала руку до локтя, даже рукав не спас. Впрочем, не самая страшная неприятность.

Уже стоя на земле, я стала озираться. Но куда идти дальше? Если бы наняла экипаж, думаю, довезли бы до нужного места. Вот только отплатить мне нечем.

А мое состояние ухудшалось.

Дальнейшее я плохо помнила. И как нашла крысу, идя мимо помойки. Откуда только силы нашлись оглушить ее, не говоря уже о том, чтобы поймать. И как спросила дорогу у одного из извозчиков, случайно встреченных мной. И как шла до храма. Как в тумане.

В себя я пришла только у жертвенного огня в храме Оттара. Я даже не была уверена, что не кинула крысу еще живой в огонь, убить-то ее нечем было…

Пламя горело неровными бордовыми всполохами.

Принял.

Я устало привалилась спиной к стене, прям тут же, недалеко от очага. Сидела на полу, поджав под себя ноги. В голове не прояснилось, а чуда не случилось — силы не вливались в меня.

А обратно идти как-то надо.

Неизвестный мне город, неизвестно где расположена гостиница. Я окончательно заблудилась.

Добрела до скамейки в сквере на берегу реки. Ноги уже отказывались меня держать.

Может не успела? Заберет ли меня тогда Оттар? Да хоть бы и призвал к себе. Может наконец-то и полегчает. Хорошо бы…

Я закрыла глаза, облокотилась на спинку, как будто растеклась.

Казалось, что туман шел не только от воды. Хотя я его не видела, а скорее чувствовала. Туман пушистыми хлопьями кружил не только снаружи, он наполнял меня изнутри. Я погружалась в белесое нечто, утекала капельками, распадалась на росу, растворялась, распылялась по ветру. Ветер прогнал туман. Осталась только хмурая серость, которая и поглотила меня. И ничего хорошего. Только непроглядная хмарь.

Резко открыла глаза, как будто снился кошмар, а в самый страшный момент я проснулась.

Клубы белого тумана, словно дым, зависли над водой. От нее ощутимо потянуло свежестью, пробирая до костей.

Я поежилась.