Рина Гиппиус – Чужая здесь, не своя там (страница 115)

Его супругу кивнула и вернулась на то же место. Словно она для себя что-то решила и скорее всего, что-то уже однозначно безрадостное.

— Значит вы мне не поможете?

— Увы, я не в силах. Дипломатические отношения между нашими странами только-только стали налаживаться. И все же открытого доступа туда пока так и нет. А организовать вызов для тебя, — сказал он с особой интонацией, — не получится никак. Мне жаль.

Я скривила губы в горькой улыбке.

Эдель Фордис вышла вместе со мной. Она вновь взяла меня за руки, словно в этом прикосновении передавая мне свое сочувствие, поддержку и надежду.

— Я обязательно все разузнаю. Это муж думает, что раз я не вмешиваюсь в его дела, то ничего и не знаю. — Она покачала головой. — По возможности я тут же тебя оповещу. Я уверена, что у Хилма и в мыслях не было тебя обмануть, так что не теряй надежды. А если есть решение, то уж подходы мы к нему найдем. Вот увидишь.

Сил сдерживать слезы у меня больше не было.

Когда я вернулась домой, то первым делом написала Диль поздравление.

Ленсвен подтвердил — мне не дадут разрешение на посещение Венорфата.

— У тебя там нет родственников, которые могли бы выслать приглашение, — пояснил он.

Мы сидели в милой гостиной уютного дома Гаустофов и ели мой черничный пирог. Как я и обещала.

— Да и учитывая все связанное с твоей личностью… — продолжил Ленни, — не в ближайшие пару лет точно.

— Неужели совсем никак? — уныло спросила я.

— Я способов точно не знаю. А зачем тебе туда?

— Надо.

Друг хмыкнул и возобновлять расспросы не стал.

Мысли мои, понятное дело, постоянно были заняты именно этим. Как попасть в Венорфат? Как?

Я стала рассеянной, в то же время раздраженной, грубой. При Данфере срываться я не могла, все же держалась, а вот при мастере, как ни странно, пару раз сорвалась.

Спасал меня Стейнир, но все равно при нем я также вела себя сдержанно, стараясь не выдать того напряжения, что не отпускало меня. Прогулки, походы в кафе, на выставку. И разговоры. Обо всем, но чаще всего не о том, что нужно. Меня терзали мысли, что обязательно надо открыться Стейниру. Если не про проблему со здоровьем, так про происхождение точно. Но об этом я молчала. Не сейчас, потом, когда точно разберусь с остальным.

Я берегла каждую минуту проведенную с ним, наслаждалась, на это время все же забывая о невзгодах. Словно пыталась наверстать все то, чего была лишена ранее.

Он больше не пытался даже поцеловать меня, как будто также сдерживал себя и чуть отступил. С одной стороны я радовалась, так как боялась и не знала, что же мне делать, если он вдруг усилит напор, с другой — огорчалась. Почему ничего не делает? Странное, двоякое чувство, вносящее еще большую сумятицу в мою душу.

И все же каждый раз при прощании он целовал мне руку, не более. И легкое, почти невесомое, еле ощутимое прикосновение его с виду жестких губ к моей ладони вызывало у меня значительно больше эмоций, чем когда-то самые страстные поцелуи Рона.

Стоило только Стейниру покинуть меня, как глухое отчаяние накатывало, порой все же прорываясь.

— Кто испортил настроение благородной эдель? — поинтересовался мастер. — Вроде бы с личной жизнью, хвала всем богам, у вас наладилось. Наконец-то перестала издеваться над Тейном. Ну почти перестала.

— Не ваше дело, — буркнула я, делая вид, что полностью погружена работой. И даже не заметила, что вновь сбилась в обращении.

— Если ты и дальше будешь пытаться закрепить следилку на этой бедной пуговице, то она рассыпется на сотни кусочков. Можешь и без глаза остаться, тем более про очки ты опять забыла.

Я со вздохом отложила заготовку в виде пуговицы и тоскливо посмотрела на забытые мною защитные очки. Это точно не дело.

— Не понравился концерт? В любимом кафе отсырел чай? Современная живопись тебя не впечатляет? — ехидно вопрошал Джетмир.

— Откуда ты знаешь? — Я замерла. Неужели Стейнир обо всем ему рассказывал?

Мастер понял причины моего недовольства.

— Из него ни словечка не вытащить. Более того, он забросил наши дружеские посиделки. — Он укоризненно покачал головой. — Поэтому только слухи, ничего больше.

— У нас все хорошо.

— Ну и замечательно. — Он вдруг посерьезнел и отбросил шутливый тон. — Расстроена-то чем? Родители?

Вот тут я действительно испугалась. У меня, конечно, были предположения, что мастеру что-то известно из моей биографии, но, думаю, значительно больше, чем мне представлялось.

— Что вы знаете об этом?

— Ну-ну, успокойся. — Он отвернулся и потянулся за графином с водой. — Достаточно я знаю, но можешь не переживать — во вред тебе использовать эти знания не буду.

— Наместник? — прохрипела я, принимая из его рук стакан.

Мастер покачал головой, и все же говорить откуда именно — не стал.

Мне вдруг стало смешно: из моей личности делали не то, чтобы тайну, просто за всеми этим недомолвками умело скрывали истину. Мне довольно часто не нужно было даже утруждать себя ложью — люди склонны и сами додумывать то, что им удобно. Я лишь поддерживала такое мнение. Самым сложным было не запутаться в том, кто и что предполагал.

А тут выясняется, что для некоторых тайн-то и нет.

— Интересное, а есть что-нибудь такое, чего ты не знаешь? — невесело усмехнулась я. Почему-то чувствовала себя, словно пьяная. Горько-хмельное настроение вдруг накатило, и язык развязался. — О, а я знаю такую вещь!

На всякий случай принюхалась к воде в стакане. Ничем не пахла. Но вот стакан был странным. Заклинание оказалось умело спрятано, но зная небрежную манеру мастера, торчащий хвостик плетения все же нашла.

— И что же это? — Джемтир наблюдал за мной с любопытством.

На вопрос отвечать не стала — предмет в руках интересовал больше.

— Часто гостей потчуешь из этой посуды? — Я нахмурилась, разгадав формулу.

— Гостей я обычно уважаю и даю им шанс самим со мной разговаривать честно.

— А сейчас подлый шаг, — поморщилась я.

— По другому ты бы не стала говорить. Но не переживай, заклинание подталкивает, а не заставляет.

— Ну так вот. Ты наверняка не знаешь, как можно попасть в Венорфат.

— Приглашение.

— Это же очевидно. Без него как?

Он пожал плечами.

— Никогда не задумывался, но думаю, можно было бы что-то придумать.

— Даже для меня?

Джетмир склонил голову набок, словно впервые разглядывая меня.

— М-да, тут будет сложнее, но не невозможно.

Он произнес что-то вроде: «Есть у меня один должник», но я не была уверена, что послышалось мне верно.

От удивления я не знала, что и ответить, а мастер уже не обращал на меня внимание, погрузившись в свои мысли. Вынырнул он из них резко, прищурил глаза и вкрадчиво спросил:

— А тебе зачем туда надо? Неужто к морским ведьмам собралась?

— Наверно все же нет такого…

— Какого? — сварливо переспросил Джемтир.

— Чего ты не знаешь.

Я закрыла лицо руками, уже не сдерживая нервного смеха.

— Теперь я понимаю…

— Что понимаешь? — Я отсмеялась и смогла немного успокоиться.