Рина Эм – Великий вождь Арис (страница 28)

Девушка заговорила снова:

— Нет, я скажу тебе, и правда иногда волшебница бывает жестока… Однажды к волшебнице пришла… впрочем не важно, как ее звали. Девушка плакала и просила помочь. Целый день не сходила с места! И наконец в сумерках увидела, что фея вышла на берег. Девушка обратилась к ней с почтением и попросила помочь вернуть возлюбленного. Он обещал стать ее мужем, а потом ушел к другой.

По тому, с каким трагизмом рассказывала об этом девушка, стало ясно, что говорит она о себе. Арису стало ее жаль, и немного смешно. Он уже знал, что ответила ей фея, однако ничего не сказал. Впрочем девушка тут же подтвердила его догадку:

— Она не успела все договорить, как фея ушла, даже не дослушала! Девушка долго ждала и иногда снова звала ее, но когда взошли звезды, с острова выбрался огромный медведь и прогнал ее!

Арис не выдержал и засмеялся. Девушка вскочила на ноги и убежала, вытирая слезы.

Мрачным Арис вернулся на постоялый двор. Антор в таверне играл в карты с дворовым слугой. Остальные кочевники тоже нашли себе занятие по душе: кто-то ушел в город, а один сидел в зале, в волосах у него был венок из цветов, а на коленях девушка.

Хмуро оглядев все это, Арис пошел наверх. Старик-в-длиной-кофте был у себя в комнате. Лежал, глядя подслеповатыми глазами в окно, на залитые солнцем крыши.

— Лежишь? — тихо и зло спросил Арис. — Мечтаешь?

— Нет, обдумываю кое-что, — ответил старик. Судя по всему ему было все равно, что Арис зол. Он даже не взглянул в его сторону.

— О чем же ты задумался⁈ — рявкнул Арис.

— О том, что умирать я буду долго и мучительно, — тихо ответил старик. — Колдун дал мне почти бесконечную жизнь. Какова же будет смерть? Если простой человек сгорает за три дня… то сколько лет я буду гореть перед смертью? Сотни? Или тысячи?

Ариса как холодом обдало. И правда, конец старика ждет печальный, но он был слишком зол, чтобы сейчас думать о чужих бедах. Он шагнул к старику, вытащил нож и спросил, пристально глядя ему в глаза:

— Хочешь, я убью тебя сейчас⁈ Твоя долгая — долгая жизнь оборвется!

И отшатнулся, когда старик прошептал:

— Я хочу!

— Только ничего не выйдет, — с горечью добавил он. — Я пытался, можешь мне поверить. Много раз…

Арис вдруг остыл. Он и сам не знал, отчего так разозлился. Старик уж точно был не виноват в том, что Арис забыл ради чего сюда приехал. Он сказал тише:

— Мне жаль, что с тобой так случилось. Но нам пора пойти к ведьме.

И помолчав немного добавил:

— Я забыл зачем приехал, а зол был на тебя. Не знаю почему. Нет, я знаю. Почему за эти дни ты ни разу не сказал мне об этом? Почему не напомнил?

— Я ждал, — ответил старик.

— Чего?

— Ждал, что ты выберешь. Я знаю, что происходит у тебя внутри. Ты первый раз оказался так далеко от дома. Здесь ты не вождь огромного племени, а всего лишь молодой парень. Ты можешь играть, быть беззаботным, улыбчивым. Гулять с девушками. Можешь ошибаться и ни за что не отвечать. Это огромный соблазн. И я ждал — что ты решишь.

— Ты думал, я забуду о долге⁈ — в этот раз Арис был в бешенстве. Он вскочил на ноги и ревел, как раненный бык. — Ты думал, я брошу своих людей⁈ Коттов⁈ Болотный народ⁈ Да за кого ты меня принимаешь, старик⁈

Старик молча смотрел в пол и ничего не ответил. Немного поостыв, Арис сказал:

— Ни один человек в мире не может поступить так подло, как ты думал!

И тогда старик сказал:

— И тут ты ошибся, о вождь.

Больше Арис ничего не стал говорить. А на другой день, с утра, он, старик и Антор оседлали коней и поехали к ведьме. Арис думал, что сейчас они минуют городские ворота и поедут к лесу, но старик, не доезжая выезда, свернул в боковую улицу и Арис не стал уточнять — зачем.

Антор выглядел немного пришибленным, будто его окунули в воду и вытащили. Он сказал:

— Знаешь, Арис, со мной что-то не то было. Как мы приехали сюда, я будто позабыл, кто я… целыми днями я просто жил, да веселился. Мне стыдно! Никогда еще я не забывал о долге.

Арис только вздохнул в ответ.

Вскоре улицы стали узкими, из сточных канав несло гнилью, а люди плотоядными взглядами рассматривали их одежду и коней. Арис, перехватив меч так, чтоб рукоятка оказалась под рукой, угрюмо оглядывал чумазых детей, про себя раздумывая, куда это их завел старик.

Вскоре они остановились перед хибаркой, почти вросшей в землю, старик спрыгнул и привязал коня к коновязи. Арис с сомнением огляделся по сторонам:

— Ты хочешь оставить коней тут?

— Не волнуйся, — усмехнулся старик. — У тех, кто приезжает к ведьме коней не воруют.

— А где лес и озеро? Это не то место, старик-в-длинной-кофте!

— Откуда возьмется лес посреди города? — удивился старик. — Лес бывает в лесу! Та, кого ты зовешь черной ведьмой тоже живет в лесу. Значит я привез вас к другой ведьме, которая живет в городе.

— Но зачем она нам? — спросил Антор.

— Хватит вопросов, — устало сказал старик. — Но вы уже знаете, что та, которая живет в лесу не хочет никого слушать. Может она выслушает другую ведьму.

Арис кивнул и спрыгнул на землю. Антор последовал за ним. Привязав коней они шагнули в темноту за дверью.

После белой улицы Арис какое-то время почти ничего не видел. Но постепенно зрение восстановилось и он разглядел обширный коридор, круто уходящий вниз. Старик-в-длинной-кофте пошел туда, а они — следом. Спуск стал круче, так, что им пришлось даже придерживаться руками за стены, выложенные влажным, сероватым камнем, кое где покрытым плесенью. И еще тут воняло. Так же, как в землянке старого вождя Изгама, или хуже. Арис чувствовал запах гнили, плесени, и еще чего-то мерзкого. Будто протухли яйца.

Чем ниже они спускались, тем сильнее становился запах. Он него щипало в носу и кружилась голова.

Они миновали широкую арку и оказались в просторной пещере с земляным полом. Тут почти не воняло, видимо запах вместе с дымом поднимался наверх по проходу, через который они вошли.

На закопченном потолке пещеры вздрагивали всполохи от огромного костра, горевшего в середине. Этого огня было мало, чтоб осветить все, а больше источников света не было, и Арису казалось, что там, куда не достает свет, шевелятся какие-то тени.

Старик пошел вперед, а Арис и Антор за ним, уворачиваясь от сырых нитей паутины, свисавших с потолка. Видимо поэтому, до самого последнего момента Арис не замечал, что у костра стоит женщина.

Она выглядела дряхлой. В неровном свете костра морщины на ее лице казались очень глубокими. Дряблый подбородок свисал на шею, и седые пряди вывалились на плечи.

Старуха, увидев их, подняла деревянный половник, которым мешала в котле, висящим над костром, и помахала:

— Привет, Кеттар! Ты ничуть не изменился! — и Арис понял, что этим именем она назвала старика-в-длинной-кофте.

Потом она обратилась к Арису:

— Когда я была ребенком, а было это почти сто лет назад, Кеттар был совсем таким же, как и сейчас! Правда, смешно? Может ты и сам великий маг, а Кеттар? — и она захохотала, заливисто и визгливо.

Потом резко оборвала смех и оглядела Ариса и Антора пристальным взглядом. Арису показалось, что чьи-то тонкие лапки коснулись его лица, поднялись по щекам и зашуршали в волосах. Чувство было мерзкое, и он содрогнулся, и попытался стряхнуть его руками.

Старуха снова засмеялась и покачала головой:

— Я уже не та, да, Кеттер, если не могу тихонечко заглянуть в голову такому вот желторотому юнцу?

— Тамара, мы пришли к тебе чтобы… — начал было старик-в-длинной- кофте, но она не дослушала:

— Эй, вы, юнцы! Возьмите ка котел с подставки и повесьте его над огнем!

Арис в замешательстве глянул на старика, слушаться ее, или нет? Старик кивнул, и Арис с Антром вдвоем, едва подняли котел. Казалось, он весил как два коня, хотя и был не таким уж огромным.

— Что, тяжелый? — ехидно спросила ведьма. — Это потому, что в нем горестные слезы.

— Старик, когда мы пойдем в лес? — сердито спросил Арис.

— Сейчас пойдем, о юный, наивный мальчик! — ведьма снова захохотала и повернулась к старику:

— Итак, чего ты хочешь, Кеттер? Говори и веди свои мальчишек в лес. Им тут плохо пахнет!

Кеттер вздохнул:

— Я уже говорил тебе несколько дней назад чего хочу.

Она оглядела Ариса и Антора:

— Который? Тот, высокий, или румяненький, вкусный, как спелое яблочко?