Рина Беж – Сделка с врагом. Ответ на измену (страница 88)

Он обвивает меня.

Опутывает.

Создает кокон, в который мечтает попасть каждая женщина.

Лишает независимости и в одностороннем порядке подписывает документ, по которому конфискует мою свободу по праву сильнейшего.

— И кстати, Ариш, зря ты решила, что я шучу про невесту, — произносит с едва уловимой улыбкой, потрогав языком клык во рту. — Впрочем, завтра всё сама увидишь и услышишь, когда поедем забирать паспорта и свидетельства.

65.

Уже хорошо изучив Руслана, по дороге в ЗАГС не задаю ни одного вопроса. Знаю: все равно не ответит, зато точно начнет подкалывать.

Оно мне надо? Проверять на себе сарказм по-Арбатовски?

Потому сижу, прислонившись к очень уютной гранитной груди, молчу, как партизан, и делаю вид, что жизнь прекрасна.

Да вот уж нет.

Впрочем, вид не делаю. Жизнь именно такова и есть.

Я жива, почти здорова и влюблена, как кошка.

Может, конечно, и люблю... но это слово пока видится мне чем-то очень сложным, ёмким и лаконичным. Что, будучи озвученным вслух, до конца расставит по местам все акценты.

А я- трусиха и пока побаиваюсь забегать вперед. Вдруг сглажу?

К тому же то, что между нами уже есть — и так фантастически огромно. Столько нежности, внимания, ласки и заботы я не получала ни от кого. И все это без просьб и напоминаний, лишь потому, что мой мужчина так решил сам.

Мой мужчина:

Боже, до чего звучит вкусно!

Руслан — мой мужчина.

Порой мне не верится, что я смогла перешагнуть через боль предательства и осталась собой. Той, кто по-прежнему умеет чувствовать, любить, быть открытой и целостной. Кто, преодолевая страхи, вновь учится доверять.

Добившись того, чего хотела — развода с мужем, я не сломалась и не ожесточилась, но стала сильнее. При этом умудрилась остаться с Романом в ровных приятельских отношениях, что в состоятельных семьях — факт чрезвычайно редкий.

Мало этого — я не подавала документы на раздел имущества — так Зотов сам выделил мне более чем щедрое содержание и из собственных средств проплатил все операции детишкам, график по которым мы с ним обговаривали до того, как начался весь кошмар.

Адвокат Романа оформил все бумаги официально. Я же, пусть и гордая, но не дура.

От щедрости бывшего супруга не отказалась. Всё приняла и подписала.

Естественно, через Самкова, который довольно потирая руки, в этот момент бубнил под нос: «Ну, слава богу... не только красивая, но и умная. Не стала показывать характер и выпендриваться»

Да, теперь я — дама и самостоятельная, и довольно состоятельная. Мне не обязательно продавать квартиру дяди, чтобы вернуть долги Руслану. И про Тверь и поиск работы ломать голову тоже не надо.

Что же касается коллекции ретро автомобилей — я не испытываю ни капли сожалений, что с ней мне предстоит расстаться. Несмотря на наши с Русланом близкие отношения, я не собираюсь нарушать сделку и до конца намерена выполнять ее условия. К тому же у меня нет ни капли сомнений, что в надежных руках Арбатова парк машин не только сохранится лучше, но и станет еще крупнее.

Еще одна радость, от которой на губах вспыхивает короткая едкая усмешка, — да-да, я кровожадная мстительница, а не ангел — брат и сестра Измайловы непременно оба понесут наказание. Теперь точно. Отвертеться от правосудия им не помогут ни связи в высоких кругах, ни взятки, ни угрозы и прочие методы.

И пусть их накажут не за то, что они совершили со мной и Ромкой, лишив нас ребенка и семьи, зато они тоже надолго потеряют самое важное для них. Власть, влияние, достаток и, конечно, свободу.

Но, главное, что эти злобные монстры больше никому не смогут навредить.

Только сегодня утром, когда мы с Русланом наведывались к Михаилу, мой адвокат пообещал, что срок, который получит Владислав за финансовые махинации и мошенничество с использованием организованной группы, будет где-то под десятку.

А еще Измайлов однозначно лишится своего пакета акций в «Алмаз-Х», в фирме которую, преждевременно похоронив Зотова, вздумал считать своей безраздельно.

Руслан, ухмыльнувшись, между делом напомнил про Сергея Владимировича, и подтвердил, что все так и будет.

Что же касается Киры... судебно-психиатрическая экспертиза диагностировала у нее признаки душевного расстройства и поместила в клинику. Предродовая депрессия, ситуация с Романом, который от нее отказался, и заключение под стражу брата... конкретно подкосили бывшую любовницу Зотова. Единственная радость — с ее беременностью всё в порядке, и сын у моего уже бывшего мужа родится здоровым.

То, что это сын Ромки — уже гарантировано. Зотов-старший и тут отметился заставил Измайлову согласиться на ДНК-тест, который подтвердил отцовство.

Интересно другое — эта новость меня нисколько не взволновала. Вполне возможно, потому что потеряла актуальность. Я с первого дня, чувствовала, что в этом вопросе Кира не врет, и была права.

— Арина, ты же помнишь, что врач говорил тебе про руки?

Вопрос Руслана заставляет пару раз моргнуть и вынырнуть из размышлений.

— Беречь их надо, — озвучиваю вердикт медика, задирая голову и всматриваясь в лицо Арбатова. — А что?

— Не забудь об этом, когда вдруг решишь подраться или чем-нибудь в меня.

Запустить.

—А я решу?

Не скрывая подозрения, сверлю мужчину взглядом. Но вижу лишь самодовольную улыбку и слышу тишину.

Ну ясно — нагнать тумана и замолчать — Руслан в этом спец. Я же решаю на провокацию не поддаваться. Тоже замолкаю и вновь прислоняюсь к его плечу.

Спокойствие, так спокойствие. Тем более, что с Сатаной эту роскошь я точно могу себе позволить.

Через полчаса дороги и пять минут ожидания в коридоре, нас приглашают с Русланом в кабинет заведующей отдела ЗАГС.

И вот там, получая на руки не только свидетельство о расторжении брака с Зотовым, но и второе, о заключении брака с Арбатовым, понимаю, что к чему.

— То есть, мне теперь паспорт менять придется? — уточняю в полной тишине единственный волнующий момент.

Отметив, что в графе «После заключения брака присвоены фамилии... мужу —Арбатов, жене — Арбатова», вопрос действительно становится актуальным.

— Так что, Рус? — спокойно уточняю, поворачиваясь к... мужу.

Я не дергаюсь и не визжу, не кидаюсь на него с упреками и не прожигаю ненавидящим взглядом. Однако, тем самым, по ходу, лишь сильнее напрягаю.

— Ариш, уже не надо ничего менять, — он аккуратно поглаживает меня по коленке.

А в глазах так и мелькает вопрос: «Рванет? Не рванет?»

— Да. Вот, держите, всё готово, — следом поддакивает заведующая ЗАГСом и шустро протягивает... два паспорта.

Один мне.

Другой Руслану.

Гляжу на женщину, вижу, как она волнуется. И не могу понять: это ей нервозность от Сатаны воздушно-капельным путём передается?

—А я расписаться не могу... у меня лапки, — усмехаюсь, показывая женщине перебинтованные руки.

И вот тут ее отпускает.

Она понимает, почему я не забираю документ:

— Ничего страшного, — машет ладошкой и улыбается широко-широко, — дома черной гелевой ручкой распишетесь, когда можно будет.

Хмыкаю, киваю.

— Спасибо, — благодарю и, поглядывая на Арбатова, уточняю, — ну что, муж, пойдем?

— Пойдем, жена, — острит в ответ и головой качает.

Когда покидаем кабинет, спиной чувствую, что милая заведующая, не просто крестится, благословляя нас, а себя трижды осеняет, что избавилась. Бедная, наверное, теперь и валерьянку бутылями глотать станет.

— Арина, а ты мне ничего сказать не хочешь?