Рина Беж – После развода ты - моя! (страница 14)
Добираюсь до последних сообщений.
Усмехаюсь.
Командировка в выходные?
Бред чистой воды. И дураку ясно, что наш зампрокурора по телкам гуляет. Даже особо с отмазками не заморачивается.
А что? Высокий чин без шлюхи – как фуражка без кокарды. Вот Стасик и старается соответствовать.
– Зачем он ее туда отправил? – задаю главный вопрос и тянусь к бокалу.
Делаю глоток и смотрю на Петра.
– Что-то передать на словах? – подкидывает он вариант.
Отрицательно веду головой.
- Вряд ли. Не похожи отношения Золотовых на обычные семейные.
Ни «привет!», ни «доброе утро!», ни «пока!», ни «скучаю» или «люблю».
Доверия ноль. Значит, на словах Стасик послание через жену передавать не стал бы.
Тогда остаются два варианта.
– Или Надя – сама по себе посылка, – озвучиваю мысли вслух. – Или что-то у нее должно было быть с собой. Конверт, папка с документами, диск, флешка.
– Вещи Золотовой остались в нашем багажнике, – отчитывается Петр. – Надежда Александровна про них ни разу не спросила, а я забыл напомнить.
– Удачно забыл, – комментирую. – Неси всё сюда.
– Есть.
Осокин исчезает за дверью, а я откидываюсь на спинку кресла и возвращаю на экран досье Надюши. Перещелкиваю на ее фотографию и внимательно изучаю овал лица, глаза, губы.
Манкая зараза!
Даже через экран меня цепляет, разгоняя по венам кровь, насыщенную дофамином и окситоцином.
– Вот, нашел. В сумке была.
Петр ставит на кресло коробку с вещами, а мне отдельно протягивает флешку.
Забираю.
– Надеюсь, трояна на ней нет, – усмехаюсь, вставляя накопитель в разъем.
– Герман Арсеньевич, может сначала…
– Вот ур-р-роды!!! – перебиваю лейтенанта, с силой лупя руками по кожаных подлокотникам и подаваясь ближе к экрану.
– Всё-таки вирус? – дергается Осокин, но я отрицательно качаю головой.
На флешке только один файл.
Называется: «Дарю на сутки».
Внутри всего две строчки.
Первая:
И вторая: