Рин Скай – Договор на тройню. Вернуть семью (страница 26)

Наглые глаза исчезают в окошке. Слышно, как дверь бьется об косяк. Неужели уперся?

Глава 45

МАРАТ

Мозг отказывает совершенно! Меня глючит на ней! Мне словно бы снова восемнадцать лет, и снова голова пустая – припустая, ведь кровь отлила от нее в совершенно другое место! И никак не желает подниматься по венам и позвоночному столбу обратно!

Зачем в баню эту поперся? За этим самым. Ну и увидел…

А теперь не знаю, как успокоиться!

Ворочаюсь с бока на бок в темноте, а в глазах она… голая, в облаках пара. Влажная. Капельки воды чертят узоры срываясь с талии, вниз, обнимая бедра. И тонкий шрамик от операции кесарева-сечения поблескивает на ее впалом животе.

У-у-у!!! Как же меня кроет по дикому от этого всего! Я хочу ее! До ужаса хочу! Но это неправильно. Не хорошо это.

Черт!

Надо успокоиться. Но как? Когда крышу рвет! С трудом сдерживаю себя, чтобы не пойти снова к ней, выбить дверь с петель окончательно, и …

И что ты ей сделаешь, Марат?! Силой возьмешь?! Чтобы никогда в жизни не подпустила тебя больше к себе? А добровольно не даст! Слишком хитрая и коварная!

Нечто подобное по накалу страсти я испытывал шесть лет назад, когда она подмешала возбудитель мне в кофе. Неужели и сегодня?!

Нет, Марат, не идиотничай! Еду готовила ее мать. А Галина Алексеевна не будет заниматься подобной ерундой. Да и Арина наоборот убегает от меня, а не напрыгивает, чтобы соблазнить. Я сам попер в баню, глазеть на нее голую. И теперь сам не пойму, что делать со своим возбуждением!

Встаю с продавленного старого дивана, внизу живота все колом стоит. Ну, приплыли! Надо отвлечься! Спортом тут особо не позанимаешься, а вот лопаты есть… Надо огород до конца перекопать! И женщинам помощь, и мне облегчение!

***

АРИНА

- Ариш, не спишь? – шепотом спрашивает мамуля, склонившись надо мной.

- Нет, мамуль.

Ага, уснешь тут, когда мужики всякие в бане подглядывают! Господи, какой стыд! И хоть Марат видел меня голенькой шесть лет назад, да еще и деток мне заделал, все равно сейчас мне неимоверно стыдно.

Да, подсматривал он, а стыдно мне!

Дебилизм полный!

- Ариш, иди глянь, чем это наш гость на дворе занимается!

В недоумении накидываю на ночнушку теплую кофту, надеваю тапки и иду к окну.

Ночь ясная сегодня. Яркие звезды подмигивают мне, переливаясь. Луна полная, и огромная, освещает наш участок не хуже прожектора. И в этом самом лунном свете, орудует лопатой мощный мужской торс! Марат раздет по пояс. Его мощное бронзовое тело, залитое лунным светом, бугрится мышцами. От кожи идет пар! Надо же, как раздухарился! И копает, будто он – машина, а не живой человек.

- М-да… не понять мне этих миллиардеров. – качает головой мамуля. – И чего это он на ночь глядя решил лопатой помахать?

- Хрен его знает… - я тоже в полном недоумении.

- Поди, Ариш, успокой его. Скажи, завтра его бригада перекопает, пусть не мучается.

- Да он грязный весь… - задумчиво произношу я.

- Ну так банька до конца не остыла, поди покажи ему там все!

Ага, в баньке он уже освоился прекрасно до этого. Так что там я ему не нужна.

- Ариш, три часа утра, уже светать скоро начнет, иди угомони миллиардера своего! Завтра ведь, бедолага, в свою Москву не подымится – проспит.

Вздыхаю. Кутаюсь в кофту покрепче. Выхожу в прохладную, даже холодную ночь. Брр!

Иду к копателю. Ох, как раздухарился! Аж капли пота стекают по позвоночнику, впитываясь в офисные брюки. Совсем с ума посходил – в брюках картошку копать… а чего галстук тогда не повязал и пиджак не напялил?!

- Марат Асланович… - с трудом отрываю взгляд от его пятой точки, крепенькой, и обтянутой дорогой, грязной от земли, тканью.

Марат вздрагивает. Оборачивается ко мне, сжимая лопату.

Ох, какой… раскаченный весь! Замысловатый орнамент татуировок опоясывает его грудь и спину. Темная дорожка волос, спускается и убегает по кубикам пресса туда, под ремень брюк. Даже глаза закрываю, чтобы не смутиться окончательно.

- Марат Асланович, а что это вы тут делаете? – беру себя в руки.

- Картошку копаю! – буркает. Тоже смотрит на меня, и взгляд отводит.

Голой представляет, гад! Видел же голой!

- В три часа утра? – уточняю.

- А что такого? Я кому-то мешаю?

- Ага. Маме моей. Уснуть она из-за вас не может.

- Ну хорошо, не буду копать. – откидывает лопату.

- Капец, вы грязный! – улыбаюсь. – И брюкам вашим – кирдык! Как завтра в Москву поедите?

Марат оглядывает себя. Вздыхает.

- Идемте в баню. Помоетесь, а я вам брюки пока почищу. – сжаливаюсь я над парнем.

Глава 46

АРИНА

- Оставьте ваши вещи в предбаннике, и идите мойтесь, а я пока вам полотенце принесу. – бормочу я, сгорая от стыда.

Марату, будто бы тоже не по себе. Молча кивает, скрываясь за дверью парилки.

Сама иду в дом. Ищу полотенце как можно медленней – ведь боюсь по приходу наткнуться на голого мужчину.

Возвращаюсь в баню. За дверью слышен плеск воды, все парит вокруг. На скамье лежат его грязные брюки. Аккуратно вытаскиваю ремень из петель. Дорогой, кожаный. Невероятно стильный, как и положено большому боссу.

Рассматриваю его брюки. В душе ощущаю некий трепет. Все же эту деталь одежды он носит близко к своему телу. Очень близко. Ближе, только трусы. Но их он мне для стирки не оставил. Ну и хорошо, мне достаточно будет повозиться с его брюками. Беру тазик, наливаю прохладную воду. Мало ли, вдруг в горячей нельзя эту ткань стирать? Насыпаю порошок. Начинаю застирывать пятна от земли.

Плеск воды усиливается. Вздрагиваю. Марат там. За дверью. Голый. А я тут, жамкаю его брюки под водой. Отчаянно хочется подглядеть за ним в окошко, но я не до такой степени наглая, чтобы поступать так же, как и он. Да и моего росточка не хватит, заглянуть, даже в прыжке, если я подпрыгну.

Ладно, надо ускориться, а то сейчас…

Так оно и происходит. Мои опасения на счет голого Марата сбываются быстрее, чем я успеваю о них подумать!

Дверца отворяется, и в предбанник, в клубах пара, точно Аполлон, выходит Марат! Голый! В чем мать родила! Его огромное мужское достоинство, в приподнятом состоянии глядит прямо на… а вот тут уже я взвизгиваю и крепко зажмуриваю глаза. Щеки опаляет горячая кровь. Буквально сгораю от стыда, а внизу живота все закручивается в тугую спираль. Еще немного и я просто лопну от переполняющих меня чувств!

- Где полотенце? – рычит низким баритоном.

- На скамье – пищу я, зажмуриваясь так сильно, как ни на одном фильме-ужастике не зажмуривалась.

- Все, я в полотенце. – сообщает мужчина. – Можешь открывать глаза.

- Нет, уходите! – сжимаю я веки до белых зайчиков.

Не хватало еще его мощный торс, обернутый полотенцем лицезреть.

- Брюки мои зачем намочила? Разве они высохнут до завтра? – по голосу слышно, как Марат хмурится.

Ох, вот об этом я не подумала… черт, и одежды мужской у мамули в доме нет. Вообще! Никакой! А в мои джинсы Марат попросту не поместится! Не ехать же ему в офис завтра в полотенце!

Пока я все это лихорадочно обдумываю, мои руки, погруженные в холодную воду, накрывают огромные мужские ладони.