Рин Серидзава – Monsta.com. Повышение без возврата (страница 134)

Неудачница переступила с ноги на ногу, стоя за высокой стойкой на стенде их сети книжных магазинов. К ней подошли двое мужчин. Судя по бейджам – представители издательств. Неудачница натянула на лицо отработанную уже не первый день улыбку. Правда, от нее начинало болеть лицо и дергаться глаз.

Тут же из глубин зоны со стендом вынырнула Лера в шелковом цветастом платье и черном пиджаке сверху. Вот уж чья улыбка могла быть одновременно очаровательной и хищной. Еще не акула PR, но явно хотела бы ей стать. Она тепло встретила гостей, проводила их к креслам для интервью и светилась от чувства собственной важности.

Впрочем, Неудачница заметила, что круги под глазами коллеги сегодня не мог скрыть никакой, даже самый брендовый тональный крем.

Они все устали, очень устали. Но осталось уже совсем немного. Завтра последний день выставки. И он уже не будет похож на такую ярмарку тщеславия, как сегодняшний и вчерашний, когда выступала основная масса спикеров и писателей.

Мимо их стенда продефилировал крупный мужчина в мешковатом сером костюме. Окруженный толпой из журналистов и сотрудников выставки, он пружинистой походкой вышагивал вперед. Только когда Неудачница услышала, как этот дядечка что-то говорит о «героине» и «ее выборе», она поняла, что тот высокопарно сыплет рассуждениями о книге. О своем собственном романе.

Она наконец узнала в этом усатом человеке с седовато-темными вихрами, облепившими вспотевшее широкое лицо, известного писателя и журналиста.

Вообще, она думала, что писатели как-то по-другому себя ведут. Не так самодовольно, что ли. Сейчас эта мысль даже почти повеселила ее.

«Все мы – люди, а люди бывают разными. Но почему тогда Кристанна… Та Кристанна, с которой я общаюсь, кажется мне чем-то абсолютно другим? Она как будто знает обо мне что-то такое, чего не знаю я…»

Приятельница почти всегда появляется в сети, когда нужна больше всего. Когда ее история реально может повлиять на настроение. Придать силы и создать хоть какую-то картину ближайших дней. Посреди вала работы и проблем. Но теперь она не понимала, что ждет героев истории, которую пишет ее знакомая из Интернета. Героев, которых она теперь ощущала как нечто родное.

Внезапный кашель Леры отвлек Неудачницу от этих мыслей. Коллега спешно извинилась перед своими собеседниками в максимально учтивой форме, но потом закашлялась вновь. Почему-то это звук сейчас практически скреб изнутри.

Недолго думая, Неудачница резко нырнула под свою стойку, надорвала пластиковую упаковку и вытащила небольшую бутылочку воды без газа. Она довольно громко предупреждающе извинилась и вошла в зону для интервью. Под удивленным взглядом Леры поставила бутылку на низкий журнальный столик, похожий на те, что ставят в студиях на утренних телешоу.

Старшая коллега воззрилась на девушку с непониманием, но уже через миг в ее глазах появилась благодарность. Она виновато улыбнулась собеседникам из издательств, снова кашлянула и принялась откручивать крышку у бутылки.

Неудачница тоже растянула губы в очередной улыбке, но вдруг поняла, что в заднем кармане ее джинсов вибрирует телефон. Причем, вибрирует настолько отчаянно, что, кажется, это заметили все, кто находился на стенде.

Лера посмотрела на нее требовательно и вопросительно. Мобильник не замолкал. Но внезапно женщина смягчилась и кивнула. Тогда Неудачница спешно покинула стенд, по дороге снимая с себя бейдж. Почему-то ей казалась, что жесткая лента висит тяжелым грузом на шее.

Она обогнала несколько групп людей. Телефон продолжал звонить теперь уже в ее руке. Звонила Тайга. Неудачница хотела снять трубку уже на улице, на том злополучном крыльце, где она видела руины замка Маркуса. Вернее, ту их часть, что находилась на поверхности. Ей хотелось поговорить с подругой уже там и остаться неузнанной без бейджа. Но, похоже, у нее нет столько времени.

Хоть вокруг и были сотни людей, девушка нажала на зеленую трубку на сенсорном экране и поднесла телефон к уху.

– Да? – запыхавшись, выпалила она, продолжая спешить на крыльцо. – Ты в порядке? Что-то случилось?

Ответом ей была тишина и какие-то далекие разговоры на заднем плане, отражающиеся от стен. Потом раздался тяжелый вздох, так похожий на хрип. И только тогда Тайга заговорила.

– Ты… на работе?

– Угу, на выставке.

– Значит, – с придыханием она сделала паузу, – ты не сможешь ко мне приехать?

Неудачница застыла на месте. Люди вокруг превратились в снующие мимо нее тени. Ей не нравилось, как это звучало. Не нравилось, как звучало все из услышанного.

– К тебе? Ты имела в виду, к вам домой?

– Нет, – тихо сказала Тайга, но в голове Неудачницы это зазвучало как набат. – Ко мне в больницу…

– В больницу? С тобой что-то…?

Девушке казалось, что ей вдруг стало душно и холодно в одно и то же время. На шее под блузкой выступил леденящий пот.

– Не совсем.

Это понравилось Неудачнице еще меньше. Она попыталась сглотнуть, но ничего не выходило. В горле появилась совершенно незнакомая пугающая сухость.

– Я приняла решение. Так будет лучше. Пока мы просто студенты без денег и живущие у его родителей, – она заговорила еще тише, будто даже пыталась прикрыть трубку рукой, чтобы ее не услышали. – У меня… у нас просто не было другого выхода. Я знаю, что поступила правильно…

Но Неудачница поняла, что больше не слышит ее. Дыхание встало комом в горле. Комом, который она отчаянно старалась вытолкнуть из себя, но он все еще оставался на месте. На нее начали обращать внимание люди. Глядели с опаской, или ей так казалось. Кто-то отважился остановиться рядом. Но предательская серая пелена уже начала застилать глаза. Становилась все плотнее. Она изо всех сил попыталась сделать еще один вздох. И у нее это получилось. Неудачница испытала какое-то странное чувство, похожее на ужасное облегчение. Однако было слишком поздно. Глаза закатились, и она полетела вниз. В темную бездну…

Самым первым к ней вернулось ощущение полной пустоты. Чужой пустоты. Потом пришла легкость. Легкость, от которой она буквально воспарила.

Девушка открыла глаза, хотя уже не была уверена, что это можно так назвать. Она не чувствовала ни век, ни лица, ни собственного тела. Просто висела внутри бесконечного пространства, окрашенного темными, синими и фиолетовым сгустками. Когда она пригляделась, то поняла, что видит бесчисленное множество белых сверкающих точек, раскинутых россыпью буквально везде. Как драгоценные камни. Или карта звездного неба. Только карта была живой.

В ней что-то двигалось и перемещалось. А еще девушка видела, как из того места, где должна быть ее грудь, протянулись тонкие едва видные поблескивающие нити. Они тянулись дальше, через пространство, к другим белым точкам. Одни лежали совсем рядом, другие запредельно далеко.

И все-таки она видела нечто большее. Перед ее отсутствующим взором сначала встал собственный призрачный образ. Тот момент, когда она сегодня утром укладывала волосы перед зеркалом. Покачнулась от усталости и недосыпа, отложила плойку и прихлебнула кофе из кружки, которая стояла рядом на тумбочке.

Потом она увидела чью-то огромную и совершенно незнакомую ванну, сконструированную так, что та походила скорее на небольшой длинный бассейн. В воде сидела Крис и обнимала собственные колени. И рядом с ней кто-то был.

Дальше была целая череда людей или тех, кто выглядел как люди. Они все чем-то напоминали ей себя саму или того, кого она знает. Там был парень в очках, с кудрявыми рыжими волосами, таращащийся в монитор с изображением звуковых дорожек. Перед ним стоял микрофон. Была девушка с веснушками и родинкой у губ. На ее шее висела фотокамера, а она сама ходила по просторной светлой студии с серым ковролином и что-то говорила девушке-модели, показавшейся чем-то похожей одновременно на Тайгу и на Джен из книги.

Сознание отпрянуло. Она испугалась, что переместилась куда-то совсем далеко.

«Назад!» – только и твердила она сама себе.

Но вернувшись, девушка снова ощутила себя в паутине блестящих нитей. Повернулась налево и увидела полупрозрачный образ Тайги, нанесенный прямо поверх карты звездного неба. Та сидела на допотопной больничной койке и со смесью страха и недоумения смотрела на телефон в своих руках.

Взгляд направо – там был высокий молодой мужчина в черных джинсах и рубашке с закатанными рукавами. У него были длинные темные волосы, забранные в хвост. Запястья закрывали напульсники из черной кожи. И было в нем что-то до боли знакомое и незнакомое одновременно. Например, сдержанная улыбка на тонких губах и светло-голубые глаза.

Сознание окончательно запаниковало.

Кто все эти люди? Почему они так похожи или на нее, на ее близких или на персонажей истории Кристанны? Часть из них даже ощущается так же. Что это все такое?

Вопросы зациклились, как на повторе. До сумасшествия и изнеможения. Пока не начали растворяться и пропадать, оставляя лишь один главный.

Кто ты, черт возьми, такая, Кристанна Джозефсон?

Конец третьего тома