Рин Серидзава – Monsta.com. Повышение без возврата (страница 129)
От сдерживаемого гнева лицо девушки стало почти хищным. Но ее жест… это был просто жест. Ничего больше. Не попытка напасть или повлиять на него.
– Нет, господин директор, тут ты ошибаешься! – в голосе Микел слышались надтреснутые ноты, хоть она и пыталась их маскировать. – Я ухожу из Бюро! Оформите вы это как отставку, или нет – мне плевать!
Что ж, такие заявления были более чем ожидаемы.
Драйден медленно пересек комнату, подошел к столу, на котором лежала катана, отодвинул стул и движением руки пригласил ее сесть на противоположной стороне.
– Прошу, давай поговорим.
Неожиданно она просто опустила плечи и поплелась к другому стулу. Это было совсем не похоже ни на предыдущую Дженнифер, ни на нынешнюю. Однако усесться девушка предпочла, закинув ноги на столешницу и снова скрестив руки на груди.
Драйден не сдержал короткой мрачной улыбки и, опустившись на стул напротив нее, сцепил руки в замок у подбородка.
– Сейчас, ты имеешь полное право на гнев, – говорил он вкрадчиво и спокойно, смотря прямо ей в глаза, – но я был на твоем месте и могу сказать, что долгая и непроходящая ненависть ко всему миру и к себе – это путь в бездну. Останься в Бюро и останься с нами. Не повторяй моих ошибок. Они едва не стоили мне рассудка.
Дженнифер испепеляла его бледно-красными, похожими на кварц, мерцающими глазами. А потом почти выплюнула:
– Даже, мать его, не начинай! Просто не смей мне это говорить!
– Хорошо.
С минуту они молча изучали друг друга.
– Ты понимаешь, кем именно стала? – наконец произнес Драйден.
– Да, – она отрывисто кивнула после небольшой заминки. – Поняла, когда вышла на солнце и выяснила, что оно меня не сжигает. Лишь царапает по коже. Снаружи и изнутри.
Осознание того, зачем именно вампир мог выйти под солнце, неприятно кольнуло Ван Райана. Что бы она ни говорила и как бы ни говорила, как бы ни держалась – все это крик боли. Непрекращающийся.
Он смежил веки и решил, что должен сказать то, что хотел.
– Тебя обратила сила источника. Теперь ты – Царица Немертвых. Возможно, одна из самых сильных, что когда-либо существовали.
На минуту в разговоре повисла тягучая пауза. Пока ее не вспорола кинжалом лишь одна фраза.
– Хватит этой патетическое херни!
Микел резко убрала ноги со стола и села прямо, вцепившись пальцами в углы стола. Ее глаза горели уже по-настоящему. Но Драйден сохранил полное спокойствие. Он действительно ее понимал. И понимал, что жалость может ранить больнее, чем кажется. Вскрыть и заставить кровоточить все полученные раны, обнажить травмы.
– Тебе как никогда нужны поддержка, реабилитация и время, – мягко продолжил он, стараясь удержаться от прямых наставлений. – Бюро может это обеспечить. Тебе не нужно уходить…
Вцепившиеся в стол пальцы задрожали. Казалось, даже сам стол закачался. Микел плотно сжала челюсти. На долю секунды его охватило ощущение, что на самом деле она готова расплакаться. Но вдруг девушка поправила плащ, снова сложила руки на груди и вздернула подбородок. Взгляд ее глаз стал ядовитым.
– Почему вы до сих пор ничего не предприняли?! – она говорила хлестко, но в голосе появился треск обледеневшей стали. То ли сожаление, то ли презрение.
– Это не так. Мы делаем все, что в наших силах, но Бюро правоохранительная организация, не регулярная армия. К тому же никто из нас не может просто так пойти и убить человека, – Драйден опустил руки перед собой на стол и повел головой из стороны в сторону. – Международное и межмировое право так не работают. Наши действия должны быть осторожными и прозрачными. Иначе мы сами выроем себе могилу.
Микел вдруг усмехнулась и выгнула бровь.
– Значит, ты не собираешься убивать их собственными руками?
Ван Райан продолжал пристально смотреть девушке в глаза, но не произнес ни слова. Любой ответ может дискредитировать все, что он строил здесь в рамках своей организации долгие годы. Поставить под удар тысячи людей и нелюдей, работающий на него по всей стране. Но хуже того, любой ответ будет для нее недостаточным.
На губах Дженнифер появилась странная ухмылка.
– Тогда к херам, – процедила она, а потом резко на одной ноте повысила голос. – Все! И право, и Бюро!
В висках запульсировало. Он стиснул зубы, почти до напряжения в скулах, но смолчал. Сейчас это не имеет никакого смысла. Боль просто выжигает нутро этой девушки, еще недавно бывшей человеком.
А Дженнифер продолжала, кажется, уже сама в не в силах остановиться.
– Я больше ничего не должна этой организации и никому из вас! Я привела Эндрю, хоть и не хотела этого изначально! Но… – она вдруг замерла на полуслове, будто очутилась сейчас в ином месте, и заговорила совсем по-другому, – причинить ему вред я оказалась не способна. Даже теперь! Как не в силах была и дать ему уйти…
Ее плечи дрогнули. Микел резко и судорожно вздохнула, словно не веря тому, что сказала. Так или иначе, она все еще испытывала к Эндрю чувства.
Снова повисло молчание. Пока Драйден не решил нарушить его.
– Я даю тебе слово, – произнес он так, чтобы не могло остаться никаких сомнений, – что здесь его жизни и здоровью ничего не угрожает. Но, да, его ждет наказание.
Какое-то время она просто не реагировала, точно не слышала, а потом нехотя кивнула. Взгляд начал медленно затухать. Ее не могла обрадовать эта новость, но девушка просто приняла сказанное. Без протеста, без сопротивления. Наблюдательная комната как будто увеличилась в объеме, а им обоим стало легче дышать. Ощущение надлома и давления медленно, но рассеивалось.
– Гребаные Боги! – Дженнифер вдруг раздраженно запустила пальцы в спутанные пряди у лица и закинула волосы назад. – Ну и дерьмо!
Драйден не выдержал и впервые позволил себе короткую искреннюю усмешку. Что, конечно же, заметила Микел. Она глянула на него исподлобья. Какой знакомый взгляд. Директор Бюро помнил, что может смотреть точно так же.
– Вот знаешь, – теперь с холодной насмешкой заговорила она, – сейчас подумала, а почему ты вообще верил ему? Почему позволял оставаться в Бюро, да ещё и на должности помощника? Не замечал, что он готовит предательство? Как ты вообще дожил до своих лет в таком случае?
Последнее прозвучало максимально издевательски. Драйден лишь улыбнулся шире. И практически ощутил привкус горечи во рту.
– Желание верить людям не равно неумению в них разбираться.
На лице девушки появилась тень непонимания.
– Переставая видеть в людях лучшее, обрубая себе возможность верить в них, – терпеливо продолжил Драйден, – ты начинаешь медленно отдаляться и строить удобную картину мира. Обычно человеческая жизнь достаточно коротка, и мы не видим, куда это может завести. Или видим не часто.
Взгляд Дженнифер все еще был настороженным.
– Я часть общества, выстроенного людьми. Перестав в них верить, я не стал бы ни Защитником, ни сотрудником Комитета, и тем более, не возглавил бы Бюро. С годами я мог превратиться в кого-то подобного… – Драйден осекся, он не хотел сейчас вспоминать о
– И это твой ответ? – резко спросила Микел.
Драйден лишь чуть повел плечом и ответил прежним тоном.
– Есть вещи, которые мне не хотелось бы придавать огласке.
– И все же? Я думаю, что имею право знать!
Он вздохнул. Похоже, придется сказать.
– Эндрю жил сомнениями.
Вышло как-то совсем тихо, но его собеседница застыла, будто время в помещении остановилось.
– В себе. В своей жизни. В людях. Так было всегда. Он носил защищающий от моих способностей амулет, но это читалось в его поведении. Эндрю не собирался принимать предложение Вульфа. И изменил свое решение одним днем. Или даже одной минутой. А потом до последнего сомневался и в этом своем выборе. Пока не увидел там, под Голодной скалой Кристину… Пока она не поняла, что он сделал.
Драйден посчитал, что этого достаточно. Говорить больше ему не хотелось. Молчала и девушка, сидящая напротив. Больше она не казалась ему ни угрожающей, ни гордой, ни даже сломанной. Будто слилась с темнотой.
– Куда ты пойдешь теперь? – начал он, когда почувствовал, как тянется и замедляется бег времени под давлением тишины.
У Микел вырвался тихий нервный смешок, и она дернула плечом.
– Какая тебе разница? У тебя прямо под носом есть что-то куда более важное, – она мотнула головой в сторону панорамного окна. – Ты в курсе, что прямо светишься изнутри от ее крови? Хотя и не так ярко, как в той злодремучей пещере!
Теперь улыбку стоило сдержать. Это может показаться неуместным и вновь заставит ее закрыться. Сейчас Дженнифер словно ожила, и он был рад этому. Даже в таких обстоятельствах.
– Возможно. И все-таки я хотел бы услышать ответ. Так куда?
Девушка опустила голову и стала изучать собственные пальцы, которые уже давно и сильно вцепились в предплечья.
– Куда глаза глядят. Может, и до Токио доберусь. Проведаю дом Рюи…
– Дом выставят на продажу.
Дженнифер встрепенулась всем телом и с неподдельным ужасом уставилась на него.
– Но я обо всем позабочусь и передам его Ханне и Курту.
Впервые за всю их встречу на лице Микел появилось что-то похожее на теплоту и благодарность. И она впервые им не сопротивлялась. Однако не долго. Темные, нетронутые белизной брови сошлись на переносице.