Рин Серидзава – Monsta.com. Повышение без возврата (страница 128)
Он украдкой поднял взгляд к камере в углу. За его спиной у выхода в коридор была еще одна. Новый скандал – последнее, что нужно Бюро.
Смежив веки, Ван Райан едва слышно выдохнул. Позже, все будет позже.
Он повернулся к выходу и покинул палату, чеканя шаг. Как только дверь открылась, на него хлынула небольшая группа людей. Драйден посторонился, и в палату зашли двое лекарей. Джеремии с ними не было. Да и после случившегося в конце общего заседания с главами отделов, его отсутствие было ожидаемо.
Тогда Розенфельд остался сидеть на месте, как изваяние, в его кабинете. Все разошлись, а глава лаборатории выудил из кармана халата тонкую флягу и приложился к ней.
За это стоило бы отстранить от работы на неделю, но слезы в глазах Джеремии заставили Драйдена повременить с решением. Розенфельд помотал головой, заставляя слезы уйти. Он привык фокусироваться на других вещах, привык к тому, что когда-то Колин Бэнкс был ему другом. Или он считал его таковым.
Тогда Драйден решил донести до него главное, что понял про Бэнкса.
Если бы не глава комитетской лаборатории, его самого могло здесь не быть. Вместо последний инъекции тот вколол ему пустышку. Не случись этого, силы, спящие под горой, не услышали бы зов сына Маркуса.
Джеремия смотрел прямо перед собой, икнул, снова поднял флягу и отпил.
Драйден недовольно свел брови. Лишь на миг, прежде чем придать лицу спокойное выражение. Доктор широко распахнул глаза и тут же скосил их на флягу. Он отнял емкость от лица, кашлянул, утер рот рукой и посмотрел на своего руководителя с укором.
– Господин директор, могу я попросить вас больше не влиять на восприятие моих рецепторов? Этот прекрасный коньяк стал на вкус как помои.
Теперь Драйден удивленно воззрился на главу лаборатории. Он даже не ощутил, что оказал на Розенфельда хоть малейшее воздействие.
– Доктор… – тихо выдохнул Драйден. – Простите. Я сожалею.
Но док внезапно рассеянно рассмеялся.
– Вы определенно стали сильнее. Даже цвет вашей кожи изменился. Стал более… человеческим. Значит, это эффект крови демона, отданной добровольно? Крови одного совершенно конкретного демона.
Ван Райан растянул губы в очень формальной улыбке. Он сам до конца не понимал, насколько изменилось его тело и разум после похищения. Но сегодня Драйден определенно чувствовал себя иначе. Совсем не так, как тогда, когда он едва заставил себя оторваться от Кристины. От крови, похожей на живой огонь. В тот миг полукровка чувствовал себя рожденным вновь.
– Это не продлится долго, хотя что-то, несомненно, останется, – словно прочитав его мысли, задумчиво начал доктор. – Состав крови человека меняется. Даже если он человек лишь наполовину. Я уже говорил вам и скажу вновь. Вы должны питаться, если хотите выстоять в начавшемся открытом противостоянии. И теперь я вижу: кровь этой девушки неизменно будет делать вас сильнее.
Улыбка пропала с лица Драйдена.
– Я подумаю над этим при случае.
Хотя вернее было сказать «Мы подумаем». Если с Кристиной все будет в порядке. Если она сможет принять потери…
Кто-то чуть задел его локтем, заставляя переключить внимание. Это была Афия Зенави, а Джеро стоял прямо напротив, заведя руки за спину. Пристально смотрел решительным взглядом. Хотел о чем-то доложить или ждал указаний.
Это не было работой старшего Зенави раньше, но его назначение первым заместителем главы Бюро стало одной из серьезных кадровых перестановок. У директора больше не было помощника. Только заместитель.
Мысли вернулись к Эндрю и ощущению первого укола в шею. Потом к осознанию гибели Рюи и щемящему чувству вины перед ним и Дженнифер. Оно было таким ярким и подкрепленным чистым гневом. Будто и не было всех этих лет жизни. Но на одном единственном вдохе Драйден затушил его. Заставил погаснуть.
Виновен по-настоящему только Вульф. Остальное – вопрос точки зрения. Не хватало еще сжечь себя этими эмоциями сейчас. Когда нужен холодный разум. Хотя бы относительно.
Драйден моргнул и опустил взгляд в папку, которую Афия Зенави держала перед ним раскрытой. Теперь эта женщина стала главой направления внешних связей.
Сводки его не обрадовали. Великая удача или предвестие новой бури?
Комитет до сих пор выступил только с одним заявлением – неизвестная террористическая группировка напала на председателя и его Защитника. Оба находятся в коме. Ни о месте нападения, ни о нападавших не было ни слова. Однако множество уполномоченных изданий обоих миров вышли сегодня утром с фотографиями Вульфа на обложке. Но не из больницы. Использовали в основном кадры, снятые на выступлениях, посвященных Токийскому инциденту. Почти на каждой у него было умиротворенное лицо, и лишь во взгляде читались превосходство.
«Почему они молчат?» – этот вопрос мучил Драйдена уже второй день.
Сейчас Комитет может выдвинуть обвинения, которым поверят. Возможно, большинством. Бюро, наоборот, увязнет в попытках доказать факт похищения, столкновений на территории Голодной скалы. И даже факт причинения ему физического вреда. А Рюи… Существование вампира в глазах большинства людей не стоило практически ничего.
Но жизни Юргена Вульфа и его Защитника действительно висели на волоске. Управление Марии предоставило визуальные и документальные свидетельства. Разумеется, те, которых не разместят в СМИ. Лекари из Комитета пытались сдержать обращение. И, кажется, у них получалось. Но как долго это будет продолжаться?
Доказательств в достаточном объеме просто не осталось. Его тело восстановилось и изменилось. Следов увечий нет, остатков сыворотки в крови – тоже. В течение часа после их спешной эвакуации прогремело несколько взрывов. Большая часть того, что Юрген Вульф прятал под скалой, там и похоронено.
Из его собственных обрывочных воспоминаний всплывали очертания исследовательского и строительного оборудования, никак не связанного с удержанием пленников. И были манускрипты, написанные вампирами сотни и тысячи лет назад.
Там что-то искали. Искали и пытались построить. В этой полностью закрытой зоне, где на многие километры до сих пор никто не селится. Там, где когда-то стоял замок Маркуса.
Возможно, пытались найти источник силы, питающей скалу, и подчинить его себе. Только теперь этот источник… сконцентрировался в человеческом теле.
Афия постучала пальцем по строкам в документе. Там говорилось, что ЦРУ запросило у Федерации разрешение на расследование обрушений в пещерах. Отделенный мир признавал, что на заповедной территории что-то произошло, и был готов предоставить следователей и строго регламентированные часы раскопок. Через две недели.
А еще Комитет созывал всех полномочных представителей на новые совещания из-за нападения на председателя и его Защитника.
Время. Все снова упиралось во время.
Драйден кивнул, давая понять Афии, что пока этого достаточно, и поднял взгляд на Джеро.
–
Еще один кивок. Ван Райан прекрасно понимал, о ком речь.
Джеро Зенави перевел взгляд на вторую дверь, рядом с палатой. Там скрывалась наблюдательная комната за темным стеклом. Оставалось только придать лицу благодарное выражение и чуть склонить голову.
– Разговор, который состоится сейчас, должен пройти наедине.
Оба Зенави впервые за долгое время на его глазах синхронно вскинули брови. Афия открыла рот от удивления, и это выглядело почти гротескно.
– Это приказ. Никому не приближаться и не входить.
Он не стал ждать ответов и без разъяснений зашел в комнату, где царил мрак, лишь немного разгоняемый пробивающимся через панорамное окно светом. Закрыл за собой дверь.
Тусклый холодный свет из соседней больничной палаты прорисовывал силуэт девушки, стоявшей в профиль. Со скрещенными на груди руками она остановилась у самого окна и смотрела. То ли на Кристину, то ли на собственное отражение, похожее из-за освещения на призрака возмездия. На месте глаз у зеркального двойника были лишь темные провалы. Или Дженнифер Микел и правда решила стать таким призраком?
Она пришла сюда, надев плащ, который когда-то принадлежал Рюи. Ставшие белыми волосы рассыпались по плечам, мелкие пряди запутались в вычурных деталях на раскрытом вороте. С собой она принесла только сломанную надвое катану, две части которой лежали на одном из столов для персонала.
Микел продолжала смотреть на стекло или через него, точно это было какой-то формой погружения в транс. От нее исходила неровная, еще не до конца осознаваемая сила, переплетавшаяся с болью. Любые колебания разума окружала непроницаемая стена. Ни самые высокие божественные сущности, ни сильнейшие демоны не смогли бы прочесть сердце и душу этой девушки сейчас.
Пока оставалось решительно неясным, когда она успела найти Ричардса и как доставила его сюда, но ей удалось.
Слова или привилегии ничего не изменят. Не вернут Рюи, не отменят предательство и не сделают ее человеком вновь. Но она получит любую помощь, какую Бюро и лично он, Драйден Ван Райан, смогут ей дать. Нужно лишь начать диалог.
– Дженнифер… – заговорил он, – я рад, что ты вернулась. Сейчас это главное…
Не отводя взгляда от окна, Микел выставила руку в его сторону. И только потом повернулась вслед в вихре белых волос. Драйден оставался неподвижен. Ничем не выразил недоверия, а в его груди постепенно поднималась едкая горечь. Видеть Дженнифер такой становилось физически больно.