Рин Дилин – Воробушек для дракона (страница 3)
Что ж, оставалось только уповать на волшебную силу артефакта и природную харизму.
Заранее надев кулон и спрятав его под одеждой, прихватив сумочку и газеты, я решительно направилась к воротам. Эдгар, чуть приотстав, последовал за мной.
– Приём документов поступающих завтра. Сегодня экзамены у пятикурсников, – монотонно бросил привратник, даже не глядя на меня. Он, сидя на табуреточке у сторожки, читал какую-то книгу.
Я сконцентрировалась и увеличила поток магии, исходящей из меня через кристалл тройкона в артефакте. И молча ожидала, когда появится хоть какой-нибудь эффект.
– Чего стоишь, глухая что ль? – пробухтел гном, оторвался от чтения и посмотрел на меня.
Мягко улыбнувшись, я озвучила цель визита:
– Нам нужно попасть к ректору Эдмонду Пруора.
– Вам назначено?
– Нет, но нам очень-очень надо, – проворковала, продолжая ослепительно улыбаться. – Такой милый гном, как вы, я думаю, обязательно поможет…
– Гхм, – смущённо кашлянул он, и его взгляд на меня потеплел.
Окрылённая, что «Младшая Сестрёнка» уже показывает вполне неплохой результат, я усилила давление и повторила:
– Вы милый.
Привратник порозовел, метнул взгляд на топчущегося рядом со мной невозмутимого Эдгара, затем опять на меня и обронил:
– Возможно, вы никогда не общались с гномами, юная дира… У нас не принято говорить мужчине, что он милый. Гномам всегда говорят «славный»… «Славный гном».
Я понимающе покачала головой, но не согласилась:
– А вы – милый.
Гном окончательно залился краской и конфузливо хохотнул над своим смущением:
– Что ж, не скажу, что меня это оскорбляет… даже наоборот… Кхм, пожалуй, я позволю так мне говорить… – но тут же исправился, строго зыркнув на Эдгара. – Но только вам, юная дира. Остальных за подобное я с удовольствием познакомлю со своим, не менее милым, топором!
Эдгар проигнорировал выпад, равнодушно оглядывая улицу. Я же, продолжая улыбаться, молча ожидала. Вновь повисла неловкая пауза. Наконец привратник вздохнул и сдался:
– Приятно было пообщаться с вами, уважаемые диры, но, к сожалению, мне требуется отойти по нужде. Вот же беда! Некого оставить вместо себя и вход на территорию останется совсем без присмотра… Ай-яй-яй, ай-яй-яй… – кряхтя, встал он с табуреточки и хитро посмотрел на меня.
В ответ я склонилась в благодарном книксене, показывая, что поняла его жирный намёк. Мы с Эдгаром отошли немного в сторону, ожидая, когда привратник оставит пост. И я не удержалась от самодовольного хмыканья: видел? Амулет работает!
– Эвалин, – скептично возразил отец. – Это ничего не доказывает. Трудно отказать красивой молоденькой девушке, которая столь прелестно одаривает комплиментами. Мне кажется, заслуги артефакта здесь не было вообще…
Это заставило меня недовольно поморщиться: в целом, я была почти единодушна с Эдгаром, гном мог уступить не из-за действия «Младшей Сестрёнки», а из-за личного расположения. Но даже если всё-таки артефакт оказал какое-то влияние, то меня совершенно не устраивала сила воздействия: мне что, каждого придётся окучивать вот таким образом?! На гнома ушло почти пять минут – слишком долго! А если понадобится «умилить» толпу? Предположим, агрессивно настроенных Инквизиторов? Да они меня десять раз сжечь на костре успеют.
Нет, «Сестрёнка» нуждается в модернизации, и Эдгар мне в этом поможет. Сейчас, только до Пруоры доберёмся…
Гном с показным безразличием удалился куда-то на территорию Академии, нарочно оставив калитку чуть-чуть приоткрытой. Мы с Эдгаром, с невозмутимым выражением лиц, чинно прошествовали через неё, как ни в чём не бывало: будто просто прогуливались мимо и ненароком не туда свернули.
– Куда идём? – поинтересовался отец, когда первая преграда осталась позади.
– Как договаривались, к ректору, папочка, – весело фыркнула я.
– Может быть, просто немного пройдёмся по территории и назад? – опасливо зыркнул он по сторонам.
– Ни в коем случае! – картинно возмутилась я. – Спор есть спор! Это дело моей чести! Где тут кабинет ректора? Там? Или там? – ткнула я пальчиком на разветвляющуюся тропинку.
Поняв, что моего упрямства не переломить, а наша вылазка в Гудзор всё равно закончится увлекательным шоу в кабинете старого «друга» или в участке стражей правопорядка, Эдгар сдался и, покорный жестокой Судьбе, повёл прямиком к главному административному зданию.
То ли дело было в моей магии удачи-неудачи, то ли в занятости преподавателей экзаменами у пятикурсников, но по дороге нас никто не пытался остановить. Изредка, уткнувшись носами в книги, торопливо пробегали студенты, но даже голов на наши с Эдгаром скромные персоны не поворачивали.
Таким же степенным шагом мы неторопливо добрались до помпезных лакированных дверей приёмной с золотой табличкой «Ректор Эдмонд Пруора».
– Дочка, думаю, мы достаточно повеселились, идём назад, – просипел Эдгар, потирая шею, будто воротничок рубашки стал ему невыносимо жать. – Обещаю, что помогу модернизировать твой артефакт…
– Ну, что за робость, папочка? – фыркнула я, берясь за дверную ручку. – Тебе ли, как изобретателю, не знать, что единственного испытуемого, гнома, недостаточно для статистики? Кто, как не ректор, может стать весомым испытанием для артефакта? – и дёрнула дверь, распахивая настежь.
На нас тут же уставилась секретарша, сидящая за столом напротив входа, и отступать было поздно. Я уверенно вплыла в кабинет, Эдгару ничего не оставалось, как проследовать за мной.
– Вам назначено? – неприветливо взглянула она на нас поверх очков.
– Мы записаны, – кивнула я, с любопытством её рассматривая: впервые мне приходилось видеть химер! Эти создания обладали несколько неприятным обликом – серая в седоватую сеточку, будто потрескавшаяся, кожа; жидкие волосы на голове, к тому же имели поразительную способность принимать облик представителя любой расы соответствующего пола.
А любопытные у моего «женишка» интимные фантазии…
– Что-то не припомню! – рыкнула секретарша, даже не подумав для видимости проверить журнал записи посетителей.
– А мы давно записывались, – развеселилась я. – Поищите хорошенько. Если у себя не найдёте, проверьте тут, – и сунула ей под нос один из свежих номеров Гудзорской газеты.
Там, на первой полосе, кричал крупный заголовок: «Невеста лорда Эдмонда Пруоры нашлась?!! Сенсация!»
А дальше шёл подобающий жёлтой прессе текст – сплошные выдумки и ни грамма правды. Да, не скрою, ваша скромная слуга приложила к этому нежную ручку. И что такого? У Пруоры был шанс решить сложившуюся ситуацию мирным путём, но он предпочёл счастливо позабыть обо мне на все эти годы. Всё ждал-ждал, когда моё имя на его именной метке просто исчезнет… И не дождался. Нет, вернее, очень даже дождался. Меня.
Лицо химеры вытянулось, дрогнуло и начало стремительно меняться. Не знаю, кого она решила мне продемонстрировать, но на всякий случай я врубила «Младшую Сестрёнку» на полную мощь и отступила от стола ближе к спасительной двери. Самым безопасным местом мне сейчас казался кабинет ректора.
– Так это ты?! – взвыло чудовище, оскаливая внушительные клыки. – Ты очень… очень симпатичная! Мне жаль, что ты сейчас умрёшь! – в её глазах блеснули неподдельные слёзы. Но тем не менее она начала подниматься из-за стола, разворачивая за спиной перепончатые кожистые крылья.
Ух ты ж! Жуть какая!
Вид сей «красавицы» даже папочку впечатлил, и он запалил боевые шары. Химера оглушительно зарычала и протянула к нам руки с удлиняющимися когтями. Её крылья упруго хлопнули, разметая в разные стороны стопки бумаг.
– Дочка, боюсь, твой артефакт нуждается в серьёзной доработке! – отец криком попытался перекрыть рёв взбешённой любовницы Пруоры. – Клянусь всеми богами, что сразу займусь им… если эти самые боги нас сейчас спасут!
Так, ну всё. Довольно с меня.
Я сдёрнула с левой руки перчатку, шагнула вперёд и выставила перед собой ладонь в защитном жесте. Не столько останавливая, сколько демонстрируя этой ревнивице именную печать.
– Стоп! Хватит! Не делайте резких движений, дира! В противном случае я могу нечаянно что-нибудь не то сказать!
Секретарша замерла, вперившись глазами в клеймо на запястье. И, на счастье, она оказалась весьма сообразительной особой: наши печати с лордом Пруора имели серьёзное различие. Если его носило вязь «невеста Эвалин Перри», то на моём красовалось «обещание лорду Эдмонду Пруора». А значит, моё слово сейчас было решающим, и секретарша быстро сложила в уме эти факты.
Страхолюдный вид стал стекать с неё, точно воск с горящей свечи, возвращая кажущийся теперь не такой уж и отталкивающий истинный вид. Дрогнувшей рукой она поправила выбившиеся из скрученного на затылке пучка волосы и сконфуженно пробормотала:
– Чаю, уважаемые диры?..
Папочка поражённо крякнул за моей спиной, но мы обе на него даже бровью не повели: наш бой ещё не окончен, просто перешёл в иную плоскость.
– У себя? – мотнула я головой на дверь, получив в ответ кивок, решительно взялась за ручку. – Не откажемся выпить по чашечке, – открыла дверь, пропуская внутрь отца, и бросила напоследок через плечо: – Вампир вам удался, весьма впечатляющий.
– Благодарю, – промямлила она, прежде чем я закрыла за собой дверь.
– Фима! – бледный ректор безрезультатно тыкал кнопки на селекторе. – Какого Забытого?! Я же просил в ближайшие несколько недель никого ко мне не пускать! Фима!