Рин Дилин – Спасибо за мечту (страница 8)

Каффер странно посмотрел на неё и нехотя произнёс:

– Надежда есть, леди Мари. Но там… всё сложно. И решать может только он. Именно об этом я и буду говорить с графом Бодо.

– Вы хотите предложить ему лечение, хотя не знаете, от чего случилась болезнь?! – истерично хохотнула она, чувствуя накатывающие на глаза слёзы. – Вы идиот, Каффер?! Даже я знаю, что лекарства, помогающие при одной болезни, могут ухудшить состояние при другой!

– Отчего же не знаю? Знаю, – оскорблённо поджал губы лекарь. – Эта болезнь пришла на Юг вместе с тучами с Севера, ровно из Пустоши. Это знак, леди Бодо, что времени больше не осталось, и старое проклятье уже нависло над всеми нами…

Слёзы хлынули из глаз Маши от понимания того, что она разговаривает сейчас не с учёным мужем, а религиозным фанатиком. Сумасшедшим, верящим в разные бредни!

– Какое проклятье, Каффер, вы в своём уме?! – закричала она. – Болезни порождают агрессивные микробы и вирусы, а не насылают боги! Остановитесь! Не смейте забивать графу голову подобной ерундой!..

Лекарь резко шагнул к ней и надавил на какую-то точку на её шее. У Маши мир в глазах помутнел и очень захотелось спать.

– У вас истерический припадок, леди Бодо, – сухо отчеканил он, – когда вы очнётесь, вам станет легче.

Маша отчаянно сопротивлялась, но сознание гасло. На шум из покоев близнецов выглянула Берга.

– Уложите леди Мари, а когда она очнётся, дайте успокаивающий травяной сбор, она перенервничала, – и поручил её служанке как раз в тот самый момент, когда Маша лишилась чувств.

Первым делом, когда Маша пришла в себя и увидела рядом Бергу, поинтересовалась у неё:

– Как мальчики?

– Хуже, – всхлипнула она, протягивая дрожащими руками чашку с настоем. – Господин Каффер, чтобы приостановить развитие болезни, погрузил их в сон. Поэтому… они спят и им не больно… – и разразилась слезами.

Ощутив, что к горлу подкатил горький ком, Маша силком проглотила его, запив терпким настоем: рыдать будет потом! Сейчас, пока мальчики ещё дышат, есть надежда… не может не быть! Не справился Каффер? Что ж, отлично! Он – не единственный лекарь в стране. Они с отцом отправят в столицу и призовут… да хоть целый полк! Умыкнут личного целителя короля – не важно! Но Джард и Верд будут жить!

Она только-только успела взять себя в руки и прекратить горестно вздыхать на грани всхлипов, как в дверь тихонько заскреблись, и заглянула служанка. Увидев Машу, девушка старательно бесшумно проскользнула в комнату, словно боялась побеспокоить спящих близнецов и с поклоном тихо доложила:

– Леди Бодо, Его сиятельство желает вас видеть.

Маша лёгким взмахом руки отпустила её, отставила в сторону чашку, встала и подошла к кровати с мальчиками. Они спали и лица их были безмятежны, как у ангелочков. Еле уловимо, чтобы не потревожить, Маша коснулась их кончиками пальцев, поправив непослушные прядки, и усмехнулась: отец хочет её видеть?

Прекрасно! Ей есть, что с ним обсудить. И неважно, что там успел наплести ему Каффер, она не позволит тратить драгоценное время на шарлатанов!

Наказав Берге следить за тем, чтобы мальчики не перегревались и вовремя менять охлаждающий компресс, она решительно направилась в кабинет графа.

Тот встретил её с таким каменным от напряжения лицом, что девушка внутренне подобралась, готовясь переубеждать его. Ей казалось, что речь сразу пойдёт о её резкости с лекарем, недостойном поведении с тем, от кого зависела её жизнь. Но Маше на это было глубоко плевать: одно дело – жизненно необходимое зелье, и совсем другое – какие-то предрассудки о проклятиях.

Однако граф её удивил.

– Мария… Маша… – собрался с силами и выпалил на одном дыхании: – Послушай, дочь, я знаю, что не вправе просить тебя о подобном! Но при сложившихся обстоятельствах у меня просто нет выбора!

Она уселась в кресло напротив и молча внимала, дав мужчине волю объясниться так, как ему было удобнее.

– Это не твой грех, милая, – продолжал граф, – но всё сводится к тому, что отвечать за него придётся именно тебе… Прости! Я был в курсе того, что в столице Мари нанесла оскорбление князю Севера: после этого отношения с нашими землями охладились. Но я не предпринял шагов к примирению, надеясь, что когда братья женятся, обида забудется и мир восстановится сам собой… О если б знал я, что будет так, то сразу бы засыпал Север дарами и письмами с извинениями!

Маша раздражённо кашлянула и нахмурилась, показывая отцу, что сейчас впадать в самобичевание – не лучшее время. Он осёкся, нервно встрепал себе волосы и шумно вздохнул, словно переводя дух и беря себя в руки. Голос его зазвучал гораздо спокойнее после этого:

– Есть все основания полагать, что болезнь, которая поразила мальчиков, вспыхнула сначала на Севере, но они сумели её побороть. Скорее всего, дело в Пустоши: там произрастает множество ценных лекарственных трав, аналогов которым нет больше ни в одном уголке мира…

От этого известия Маша даже поддалась вперёд, не желая упустить ни слова.

– Одно из таких растений, леди Мария, входит в ваше зелье, – встрял в разговор Каффер, и только тут девушка увидела, что лекарь тоже присутствует в кабинете. Но расположился в углу на диванчике так, что войдя и сосредоточившись сразу на графе, она его не заметила.

– Из-за того, что отношения с Севером напряжены, – покивал граф, – мы не можем обратиться к поставщикам напрямую. А после того, что натворила Мари, боюсь, князья проигнорируют письмо…

– Но то, что у них были вспышки этого заболевания, с которыми они успешно справились – факт, я списывался с коллегами и они подтвердили. Даже прислали название растения и рецепт зелья, – поддакнул Каффер.

– Вот с этого и нужно было начинать! А то «проклятье, проклятье»! – гневно зыркнула на него Маша и повернулась к отцу: – Как быстро я смогу отправиться во владения князей? Слуги смогут подготовить экипаж и дары, чтобы я отправилась немедля?

– Дочь… я… – оторопел от такой прыти граф.

– Ах, отец! Оставьте реверансы и сожаления на потом! – раздражённо отмахнулась от него она. – Да, я осознаю, что после того, что натворила Мари, встретят меня там без особого тепла, но что-то же нужно делать?! Я принесу извинения лично, как и полагается в подобных ситуациях: они же не знают, что сестры больше нет, а вместо неё другая. Да, за проступок Мари придётся отдуваться мне, но я готова на всё, чтобы с детьми всё было хорошо! А если для гордости князей так важно, то выйду замуж за того, кто был оскорблён Мари, чтобы исправить этот грех. Мне всё равно! Я не позволю мальчикам умереть!

Граф загадочно переглянулся с Каффером и вымолвил ей:

– Я горжусь тобой! Сможешь отправиться немедленно? Судя по уплотняющимся тучам, скоро начнётся дождь и дороги развезёт: мне не хотелось бы, чтобы карета засела в грязи где-нибудь далеко от жилья, и тебе пришлось бы ждать помощи под ливнем. Велю запрячь самую быструю и выносливую четвёрку лошадей! Они домчат тебя до места всего за два-три дня…

Мария величественным кивком обозначила своё согласие и поднялась. Ей тоже нужно было тщательно подготовиться: блистательно выглядящей девушке, роняющей росинки слёз с трепещущих ресниц скорее окажут помощь, чем всклокоченной после долгого путешествия кое-как наряженной мямле.

Кони неслись, радуя Марию своей скоростью. И всё же ей было немного досадно от того, что наличие магии не позволяло наколдовать лошадям крылья: так бы они добрались намного быстрее.

Корсет нещадно сжимал бока, Маша уже и забыла, какая непрактичная она, столичная мода. Но ей хотелось, чтобы князь вспомнил о своих чувствах, едва бы она сошла с подножки кареты. Вот именно для этого она и повелела достать из глубин шкафа столичные наряды: утянутая до безобразия талия, глубокое декольте – мысли мужчины должны были с первого взгляда стечь ниже пояса, чтобы на любую просьбу он смог только проблеять невразумительное «да».

Коварно? Возможно. Но у мальчиков не было времени на то, пока Маша изыщет в себе способности дипломата и урегулирует конфликт, который вообще-то не она заварила. А используя привлекательный вид, можно было одержать сокрушительную победу, не начиная битвы. Как говорится, – раз! – и сразу наповал.

Мария не исключала такой вероятности, что ей придётся ответить согласием на повторное предложение руки и сердце князя, именно поэтому она и обмолвилась о таком отцу, заранее его подготавливая к этому варианту развития событий. С другой стороны, рано или поздно наступил бы момент, когда её поставили перед фактом: замужество, как заключение союза между землями.

Так почему бы и нет? Так почему бы не согласиться на брак с тем, кто показался ей столь мудрым в свои годы? Не сразу, но она наверняка влюбится в него: высокий интеллект всегда был для неё непреодолимо притягателен. Жаль, на Земле она так и не встретила никого, кто обладал такой чертой, сплошные зазубренные маски-фразы, а тут…

«Спасибо за мечту… Спасибо…»

Да уж, всего три слова, а ей кажется, что она уже того… влюбилась… В мужчину, что произнёс их. В то время как другой влепил бы Мари пощёчину. Да, верно, уже влюбилась. Пусть и ни разу ещё не увидев, но она уже испытывала к князю тёплые чувства.

Ливень настиг их как раз тогда, когда кучер поворачивал к воротам постоялого двора. Обрушился плотной стеной так, как будто разверзлись хляби небесные и норовили смыть с лица земли всех грешников.