Рин Дилин – Попаданка снова попала. Смирись, борись иль покорись (страница 10)
Но перед этим Арвендел готов был поклясться, что видел в пару мелькнувший бок знакомой снежной драконицы. Возможно ли такое совпадение?!
– Краса-а-авчик! – восхищённо присвистнул орк. – Он ведь их в лёд вморозил! Хитростью взял, змий, раз силой одолеть не получается!
Мгновение ничего не происходило, но Арвенделу это время показалось вечностью:
– Остановите бой! – вновь крикнул орку, уже не имея сил оторвать глаз от затянутого паром плаца: боясь пропустить момент, когда он рассеется, и что этот упрямый мальчик…
Хромая, он вышел сам. Арвендел поспешил к нему, тревожно скользя по нему взглядом и пытаясь определить тяжесть повреждений. Но парень отшатнулся, не позволяя дотронуться до себя: было видно, что безумная боль туманила его разум, и от этого взгляд его плыл.
– Я хочу тебе помочь, – попытался достучаться до него лорд.
Он в ответ посмотрел ему прямо в глаза, будто проникая болью прямо в душу альву:
– Помогите мне другим, – прохрипел, облизнув пересохшие губы. – Пожалуйста, откройте ворота… я просто хочу вернуться домой…
И побрёл, подволакивая ногу и продолжая держаться за бок. Арвендел двинулся следом, не понимая, куда мальчишка идёт:
«Да что с ним такое?! Ему нужно к лекарям! Срочно! Раз не хочет принимать помощь от меня…» – осознание того, что его прикосновения неприятны пареньку, отдавало во рту стойким вкусом горечи.
Ар остановился, когда понял, что смесок двигается к воротам Академии. Лорд набрал на техномагическом браслете сообщение и сбросил его кузине этого упрямца. Сам встал в стороне наблюдать, готовый в любой момент прийти на помощь.
Паренёк доскрёб до ворот и толкнул их, пытаясь открыть. За что в ответ получил ощутимый разряд по руке от охраняющего барьера. Немного постояв, он опять предпринял попытку отворить их…
Что-то щемящее было во всём этом, полное такого отчаянья… Такое тоскливое заскреблось на душе у Арвендела, будто собственными руками поймал он и запер в клетке птицу, не способную жить в неволе…
Мальчишка оставил тщетные попытки, но по-прежнему стоял у выхода и с тоской смотрел вверх, туда, где над кромкой ворот было виден кусочек неба. В этот момент Арвендел достиг такого состояния, что сам уже готов был уже пойти и выпустить этого птаха на волю…
«Каждый имеет право на своё Великое Древо, – кристально чисто прозвучала мысль в его голове. – То, что мы здесь затеяли – противоестественно. Каждый имеет право решать свою судьбу самостоятельно. Никто не может навязывать свою волю. Даже боги…»
И Ар сдался.
– Выпусти парня, – приказал он, обращаясь к духу-хранителю Академии.
Полупрозрачная женская фигура появилась рядом, тоже задумчиво глядя на смеска.
– Глупо упускать жемчужину набора, – откликнулась она.
– Попросив тебя включить в списки студентов странников, пришедших на церемонию поступления в числе родственников, я подразумевал девушек, а не парней. Какой бы ни был одарённый, он нам без надобности. Пусть идёт, сил никаких нет на него смотреть…
Дух загадочно смерила Арвендела насмешливым взглядом и хмыкнула:
– А ты не смотри, альв, всё равно ничего путного не видишь. Закрытая в комнате кошка тоже надрывно мяукает, требуя, чтобы её выпустили наружу. Но как только она оказывается по другую сторону двери, точно с таким же невыносимым криком тут же начинает проситься обратно…
– Ты берёшь на себя роль бога, раз судишь, для кого что будет лучше! – предостерегающе рыкнул он, но она от него отмахнулась:
– Мы все когда-то были богами, бессмертный, забыл? А эту историю не я начала. Но её пора закончить, – и, не дожидаясь ответа, растаяла в воздухе.
Увидев спешащих к воротам девушек, эльфийку и орчанку, Арвендел вышел им навстречу:
– Проводите его к лекарям: этот упрямец отказывается принимать мою помощь…
– П..простите его, господин, – пробормотала Айаннель, старательно отводя глаза в сторону. – Арсен не выносит любых мужских касаний… не только ваших…
Арвендел понял, что, в отличие от кузена, девушка чувствует в нём альва. Но сейчас она врала и внутренне сжималась от страха. Правда, страх этот был за родственника. Который таковым, скорее всего, и не являлся…
Лорд кивнул, показывая, что принимает извинения и дозволяет идти, а сам направился в сторону педагогического корпуса: пусть Дерек уймёт, наконец, гордость и поговорит с упрямой прабабкой, коей и являлся дух-хранитель Академии! Для парня следует сделать исключение – если он захочет уйти, пусть идёт…
И в то же самое время мысленно корил себя: он сам был предвзят к парню, которому и так на свете несладко жилось. Какой он, к Забытым, «де Аэлинфэль»?! Скорее всего, принятый в семью сын позорной связи, смесок смеска. Потому что эльфийской крови в нём лишь чуть… Но дух…
Огнар прав, в парне дух победителя.
Наверное, мальчишка даже жил вдали от эльфов, среди людей, и мог не знать обычаев эльфов. И оголение уха – просто дурная привычка, перенятая из людского окружения, для которых в этом жесте нет ничего предосудительного…
«Строг, был слишком строг… – жгло Ара неожиданное чувство вины перед пареньком. – И надо же, привязался к этим дурацким браслетам! Может быть, это важная для него вещь, память о чём-то дорогом… Надо было просто попросить его скрыть их под рукавом, а я… Ударил Силой, встал в позу и атаковал, как будто передо мной был равный… Но леди Даркхэлл права – в парне скрыт громадный потенциал: врождённый иммунитет на магию альвов, владеет огненной магией наравне со снежной… Если парня развить, он далеко пойдёт, станет сильнейшим из сильных…»
Воспоминание о снежной драконице, дыхнувшей ему морозом в лицо на цирковом выступлении, породило в городе лорда сомнение: возможно ли такое, что тогда обоими драконами из-за кулис управлял этот смесок? А мальчишка за шторой и инкуб на сцене были только для отвода глаз?
Фантомы каждого мага обладают неповторимой индивидуальностью, как слепок ауры или отпечаток пальца. Огненного дракона он тогда не особо запомнил, ввиду задумчивого состояния, но вот снежную драконицу успел рассмотреть очень хорошо. И мог с уверенностью сказать, что тот фантом и этот, мелькнувший в паровом облаке на полигоне, – творение одного мастера.
Глава 5
Ликандра де Меррелль
С первой секунды на полигоне стало понятно, что драки не миновать. Я ещё лелеяла надежду на честный бой, но когда несколько раз пропахала носом плац из-за пущенных исподтишка дружками заводилы магических ударов, все чаянья оставила.
В голове всё смешалось от боли, пыли, дыма и гари огненной магии. Парни легко валяли меня в грязи, будто отрабатывая на манекене атаки.
В какой-то момент я дошла до края: всё! Отступать некуда, паршивцы меня просто так не отпустят! И я решилась на крайнюю меру – использовать две стихии одновременно. План был прост – обездвижить нападающих, лишить их возможности атаковать. Мои фантомы, многократно отработанные на тренировках цирка, послушно исполнили назначенные им роли. Истошные крики перепуганных парней показали, что я достигла цели.
Боль от полученных травм к тому моменту опутала сознание пылающими тисками, невыносимо сжимая его и лишая связи с реальностью. Именно тогда почудился мой беловолосый лорд, с тревогой трепетно смотрящий на меня…
Разве возможно такое? Пф, скорее всего, у меня начался бред…
Который подтверждался тем, что я не помнила, как оказалась в комнате. Немного пришла в себя, когда девчонки, Эрайна и Айаннель, сгрузили меня на пол, и я застонала от усилившихся «неописуемых очучений».
– Зачем мы его сюда притащили?! Его нужно к лекарям! Ты не слышала, что декан сказал? – воскликнула орчанка. – Айаннель, мы сами тут не справимся…
Эльфийка всунула мне пузырёк, вынуждая приподнять голову и отхлебнуть из него.
– Придётся, – проворчала она Эрайне, а после бросила мне: – Прости, но я одна не справлюсь, – и сдёрнула с меня артефакт сокрытия личины.
Орчанка отшатнулась от меня с таким ужасом на лице, будто я в громадного таракана превратилась. Вскочив на ноги, она ткнула пальцем в меня и заявила:
– Не знаю, каких целей вы добиваетесь своими играми, но даже и знать о них не хочу!
– Мы всем скажем, что взяли тебя в заложники и принудили, – хмыкнула я, припадая к заветному пузырьку, – угрожая насильстве… ве-ве… ны-чы… – и захихикала, чувствуя, как боль отступает, но в голове возникает какой-то вязкий муаровый вертолёт: а ничего так зельице мне Айа подсунула, забористое.
– Верно, вот так всем и говорите, – моментально успокоилась Эрайна и обратилась к Айе. – Ты что ей дала?
Эльфийка пожала плечами, взяла с моей постели подушку и сунула мне под голову:
– Обычное обезболивающее. Правда, его по каплям пьют… Но на ней же живого места нет, вот я и…
– Бармен, повторите! – икнув, заплетающимся языком потребовала я, демонстрируя опустевший пузырёк. – Мензурок для всех! Ой, девчонки, вы такие классные… Я вас та-ак люблю!
Они переглянулись и хихикнули:
– Мы тебя тоже, – и принялись раздевать меня.
Когда на мне осталось только исподнее, в смысле, мужские трусы, девчонки окинули моё тельце задумчивыми взглядами.
– Декан прав, тут к лекарям нужно… – пробормотала Эрайна.
– Нет! Этот гад на мне жениться обещал! А сам… ик!.. забыл! – поделилась я тайной.
– О, какие интересные подробности про нашего беловолосого красавчика всплывают…