Рин Чупеко – Кузнец душ (страница 44)

Халад нахмурился.

– Молодой человек, – сказал он. – Он выглядит знакомо. Мне кажется, он знает учителя.

– Странно, – протянул Кален. – Молодой человек хочет перенести церемонию на более позднюю дату, а другой мужчина торопится безотлагательно выполнять приказы короля.

– Ты говоришь на даанорийском? – удивилась я.

– Я больше понимаю, чем говорю на нем. Пожилого мужчину зовут Тансун, молодого – Баи. С последним у нас могут возникнуть трудности. По его мнению, мы – мошенники, которые хотят обмануть короля, и он тут же, будь его воля, отправил бы нас на виселицу.

В голосе пожилого чиновника слышалось некое самодовольство, когда он объявлял, что следующие две недели будут проходить празднования в честь помолвки, куда мы приглашены почетными гостями.

Император Шифан одобрительно окинул нас взглядом и добавил нечто двусмысленное, понятное на любом языке мира.

– У даанорийцев издавна существует традиция наложничества, – сухо произнесла Зоя, – и среди знатных гостей не редкость в знак своей признательности дарить императору нескольких наложниц.

– Он хочет, чтобы принцесса Инесса подарила ему наложницу? – с недоверием спросил Лик. – Но они же только что объявили о своей помолвке!

– Таков обычай, – подтвердила Шади. – Количество жен и наложниц напрямую зависит от власти и влияния правителя, или так, во всяком случае, полагают. То, что император дарует принцессе Инессе статус первой жены, в Даанорисе считается высочайшей честью, учитывая то, что она рождена в другом королевстве. Обычно этим титулом наделяют исключительно представителей местной знати.

– Я польщена, – совершенно неискренне ответила Инесса. – Правда.

Император снова заговорил. Прокашлявшись, Зоя сказала:

– По всей видимости, он уже принял решение. Если переводить дословно, то он произнес следующее: «Я невероятно очарован прелестной наложницей в превосходном красном платье».

– Мною? – пискнул Лик. – Боюсь, я не соответствую его требованиям.

– Хочешь ему отказать? – Принцесса Инесса повернулась к императору. – Скажи ему, что мы согласны на его условия, только если он примет наши.

От этих слов Лик побледнел. Халад неловко похлопал его по плечу.

Император выглядел озадаченным, но все же согласно кивнул.

– Пропал один из моих подданных. В последний раз его видели в Сантяне, и я прошу у императора позволения осмотреть завтра город.

– Как его зовут?

Инесса глянула на Зою, та легонько кивнула.

– Его зовут Нарел.

Баи, чуть ли не разинув рот, изумленно уставился на нас. Тансун принялся бурно возражать, когда молодой парень снова вмешался. Несколько секунд они спорили, прежде чем старик с недовольным видом сдался.

– Удивительно, – произнесла Зоя. – Второй мужчина настаивает на том, чтобы нам оказали всестороннюю помощь в поисках кузнеца.

– Он друг учителя, – сказал Халад. – Теперь я в этом уверен.

Чиновник продолжил говорить. Пока Зоя внимательно слушала его, на ее лице постепенно отражалось осознание.

– Император согласен оказать нам помощь, но не завтра – только после того, как будет устранена непосредственная угроза.

– Что за угроза?

– Теперь я начинаю понимать, ваше высочество, почему даанорийцы и их император так настаивали на этой помолвке.

– Великолепно. И что на этот раз? Мне нужно предоставить ему еще наложниц? Надеюсь, уж Калена-то ему будет достаточно?

– Все намного серьезнее, принцесса. Дэвы почти никогда не появляются в Даанорисе, однако, по его утверждениям, в их королевстве несколько раз видели огромное лягушкоподобное существо с перепончатыми лапами и желтыми глазами.

– Саурва, – мрачно заключил Фокс, его пальцы сжались в кулаки.

– Они не способны справиться с ним, – пояснила Зоя. – Поэтому им не терпится увидеть Темную ашу в действии, как только они выяснят, где он прячется.

Следующая ночь для меня тоже выдалась беспокойной; вражеская армия больше не представляла для нас непосредственной угрозы, но я понимал, что так легко они не сдадутся. Тем более после той мощи, которую продемонстрировала Темная аша, и после доказательства того, как далеко она может зайти.

В то утро она поднялась раньше меня, хотя явно спала меньше. Девушка сидела на троне, свесив одну ногу через подлокотник, отчего обнажился длинный шрам на бедре, и снова что-то писала – об этом свидетельствовала лежащая перед ней высокая стопка бумаг. Лорда Калена и Кузнеца душ нигде не было видно, и я предположил, что Халад наконец-то получил долгожданный отдых.

К моему удивлению, она протянула мне несколько свитков.

– Как показал вчерашний вечер, впереди меня ждет множество насыщенных дней, – сказала она. – Остальная моя история изложена на этих страницах. Возможно, там ты найдешь стих.

– А что ты пишешь сейчас?

– Письмо – своему брату. – Она рассмеялась. – Ты потрясен.

– Я полагал, у вас не такие уж теплые отношения.

– Раньше это не имело значения. – Она опустила взгляд на бумаги. На ее правой ладони серебрился странный шрам. – Если бы не выжила я, – произнесла она уже без былого веселья, – то не выжил бы и он. Но в случае, если мое предприятие удастся, он будет жить независимо от того, как я умру. Я обязана все ему объяснить. И Микаэле.

– Но как?

– Некоторые тайны я пока намерена попридержать. Постарайся не попасть под перекрестный огонь, Бард. Мы только начинаем, а я не могу предвидеть будущее помимо своего, как бы его ни планировала.

– Сегодня они притихли, – заметил лорд Кален, входя в зал. – Но, как мне кажется, становятся все отчаяннее.

– Пусть приходят. Ручаюсь, ни один из них не пройдет мимо моих дэвов. – Костяная ведьма замолчала. Ее глаза округлились. – Хотя, похоже, кому-то все-таки удалось. – Она встала. – Стой.

Я огляделся по сторонам, но никого не увидел.

Аша вздохнула.

– А вот и еще одна проблема. Подойдите ко мне, принцесса.

Я по-прежнему ничего не понимал, пока в зал чопорно не вошла девушка в плаще. Резко звякнул меч, когда лорд Кален вынул его из ножен. Он уже почти встал между нами и незнакомкой.

– Как ты сюда пробралась, Инесса? – В голосе Костяной ведьмы слышалось сдержанное уважение. Удивленный Искатель смерти замер, как только леди Тия развеяла окружающую гостью магию.

– Разве ты не помнишь? Очень недолго я правила этим королевством. Ты-то должна знать – ты была там. – У принцессы оказался нежный мелодичный голосок. Она стянула капюшон, и взору открылось прелестное личико с ярко-голубыми глазами, обрамленное рыжевато-бурыми кудрями. Ее стеклянное сердце излучало вишнево-красное свечение.

– Не на такой радушный прием я надеялась, – произнесла Первая Дочь Киона.

– Наши темницы? – изумился Тансун. – Для чего?

– Мы охраняем принцессу, – пояснила Шади. – И обязаны быть в курсе всех опасных преступников в городе, включая и тех, что заключены в ваших темницах.

Халад остался во дворце осматривать спящую даанорийскую принцессу. Инесса и Лик присутствовали на каком-то приеме. Кален отправился изучать размеры защитного барьера, надеясь отыскать способ его разрушить. Остались только мы с Зоей, Шади и Фоксом.

Тансун, пожилой государственный деятель, был очень внимателен, при этом крайне любопытен и засыпал Зою вопросами. Особенно его интересовали Темные аши – я не раз ощущала на себе его пытливый взгляд, когда ему казалось, что я не вижу. Молодой чиновник по имени Баи оказался его полной противоположностью и даже не пытался скрыть свою неприязнь. Он явно находился здесь только из-за приказа императора и рядом с нами все время угрюмо молчал.

К сожалению, ни к одному из чиновников я не могла применить руну Предсказания, хотя мне было любопытно взглянуть, что собой представляет их разум. Лик поинтересовался у них о защите, которой обнесен дворец, и в ответ получил недоуменные взгляды. Когда то же самое Инесса спросила у императора, результат оказался тем же. То ли преграда была установлена без их ведома, то ли они – великолепные актеры.

– На сегодняшний день у нас всего два заключенных, – рассказывал Тансун, – и оба слуги были пойманы за воровство на кухне. Вскоре их переведут в городскую темницу побольше, так что у нашей невесты совершенно нет причин волноваться.

Пока Зоя рассматривала заключенных, я заглядывала в другие пустые камеры. В одной из них со вздохом обнаружила сложенную в углу пирамидку из нескольких камней, которую построил какой-нибудь скучающий узник или стражник. Пол устилала грязь, на многих темницах не было замков. Как пояснил Тансун, тюремные камеры редко охранялись, поскольку лишь некоторые отважатся совершить преступление в такой близости к императору. Напрасно было думать, что старый Кузнец душ здесь окажется.

Только после того, как мы вышли из темниц, Баи наконец заговорил.

– Для чего вам понадобилось осматривать нашу принцессу? – спросил он.

– С нами прибыл знаменитый целитель, – объяснила Шади. – И он предложил свои услуги.

– Мне ничего не известно о его квалификации. Какова гарантия того, что вы не решите отравить ее?

– Таков приказ императора, милорд.

Его помощник прочистил горло и тихо пробормотал что-то успокаивающее. Баи насупился, а после рявкнул, отдав приказ нескольким солдатам.

– Он хочет усилить охрану в покоях принцессы Яншео, – прошептала Шади. – Ради ее защиты.