Рин Чупеко – Костяная ведьма (страница 8)
— Чары, — бросила через плечо леди Микаэла, не отрываясь от книги.
Чуть позже я узнала, что читать на ходу было у нее в привычке. Она и со мной поделилась книгой из своей коллекции, но очень скоро от езды на лошади я натерла бедра, и боль все время мешала чтению.
— Слабейшая из магий. И по большей части безвредная. Позволяет людям потешить свое самолюбие, однако мы, аши, видим их истинные лица.
Мы проехали мимо разноцветных флагов и ярких перьев. Рынок утопал в многочисленных запахах: от свежего мятного благоухания растений в горшках до дразнящих ароматов жареной еды и горячего хлеба. В эту минуту живот напомнил мне, что за последние несколько часов я не ела ничего, кроме полоски вяленой говядины. Каждую дверь украшали вывески с обещаниями процветания и удачи. Проезжали телеги. Дети пробегали мимо стариков с охапками вещей. Временами проплывал богато украшенный экипаж, пассажиры которого едва поворачивали головы в нашу сторону.
Я предполагала, что леди Микаэла поведет нас в гавань. По ее словам, самый быстрый путь до Киона — отчалить на корабле из одалийского порта в Ниве. В отличие от него дорога по суше займет целый месяц. Когда она миновала улицу, ведущую к причалу с рядами кораблей, и повернула к замку Одалии, я удивилась.
— Ночь по просьбе короля Телемайна мы проведем во дворце, — сказала аша. — Наступает весеннее равноденствие, и каждый год я рисую руну Сердца для детей Нива. Отплываем мы завтра рано утром на первом корабле до Киона. Говори, Фокс. Я же вижу по твоему лицу, что ты хочешь что-то спросить.
— Госпожа, не хочу вас обидеть, но многие одалийцы считают плохой приметой предлагать кров, даже на ночь, Костяной ведьме. А для правителя Одалии такое решение станет погибелью. Как вам удалось убедить короля?
— Он сам предложил. Убедил королевского канцлера и управляющего дворцом, пусть и не сразу, а больше о нашей договоренности никому не известно. — Она слабо улыбнулась. — И предвосхищая ваш вопрос: нет, я не принуждала его. Рисовать руну Сердца для большого числа людей — утомительное занятие, но я делаю это в знак благодарности его величеству.
Я не знала, как относиться к королю, которого считала ответственным за гибель Фокса, однако мой брат, пожав плечами, сказал: такова солдатская участь, и если обвинять короля в каждой ране, убийстве и смерти, то в королевстве не останется армии.
— Но разве так не будет лучше? — спросила я, когда мы спешились. К нам тут же подбежали королевские конюхи, чтобы принять поводья лошадей. — Нет армии — нет войны.
Внезапно Фокс рассмеялся, его грудь при этом даже не дрогнула.
— Глупышка. Ты еще не стала ашей, а уже разбираешься в королевских играх? Я уж точно нет.
В это время года замок был открыт для всех желающих — таков обычай, как и празднование весеннего равноденствия. С помощью магии жители города подводили себе брови. Заклинаниями подкрашивали губы алым и делали их полнее, щеки покрывали румянами. Я чувствовала чары, вплетенные в их одежду. О некоторых заклинаниях мне рассказала леди Микаэла, чтобы я могла запомнить свои ощущения от них. Некоторые дамы придавали изящества своим шляпкам, а мужчины — важности своим фракам. Так, одна женщина попыталась свою вычурную шляпу сделать более элегантной. Но на меня ее чары не действовали. Я видела перед собой кучу перьев, словно в прошлой жизни она напала на неуклюжую утку и теперь носила ее кожу. От этой мысли я засмеялась.
— Для чего они так делают? — спросила я у Микаэлы. — Зачем тратят на это магию?
— Таковы прихоти богачей, — ответила она, пожав затянутым в шелк плечом. — Они заказывают в мастерских наряды и называют это модой или просят аптекарей разукрасить им лица и зовут это красотой. Ты родилась в деревне, а потому не понимаешь городских порядков. Городские богачи не похожи на пчел, которые вместе работают в улье и делят мед на всех. Они как обезьяны в джунглях красуются своими красными задами и бьют себя в грудь, потому что боятся быть изгнанными из стаи, если проявят слабость. Для такого рода магии подходят даже самые плохие рунные ягоды, так что мы им не препятствуем.
— Поэтому вы не используете магию, как они?
Леди Микаэла усмехнулась:
— Использую, но совсем немного. С одной лишь разницей: она настолько тонко вплетена в мое
В этой части города ведьму тоже узнавали и тут же расступались перед нами. Я шла с опущенной головой, разглядывая землю под ногами с большим интересом, чем самих горожан. Леди Микаэла уже привыкла к молчанию, а потому держала голову высоко поднятой, на ее губах играла загадочная улыбка. Шествие замыкал Фокс и не обращал никакого внимания на шарахающихся от него людей.
У ворот замка гостей встречали король и его сын. Король Телемайн оказался крупным мужчиной необычайно высокого роста. Его легче было представить в пылу сражений или после кровавого поединка, чем в богатых атласных одеждах фиолетового цвета и с короной на два размера меньше головы. Большая черная борода закрывала тонкий, как нитка, рот, а ярко-зеленые глаза были скорее проницательными, чем мудрыми. Размер стеклянного сердца тоже был под стать: в два раза больше моего, но на его массивной груди смотрелось уместно. Рядом с ним стоял юноша на год или два старше меня, с небольшой короной на голове. Несмотря на все сходство, глаза сына отличались от отцовских, подобных твердому непрозрачному нефриту. Словно глубокие добрые изумруды, они улыбались вопреки серьезному лицу. Без сомнения, красивее мальчика я не встречала. Когда он перехватил мой взгляд, я тут же отвела глаза, отчаянно стараясь не краснеть.
— Леди Микаэла, — вышел вперед король Телемайн. Его большие руки накрыли ладонь аши, спрятав ее от взоров окружающих. — Большое спасибо, что вы, как и всегда, посетили нас.
— Для меня это честь, как и всегда. Сегодня собралось много людей. Сколько здесь детей со стеклянными сердцами?
— Всего четыреста восемьдесят.
Я вздрогнула. В Найтскроссе год считается удачным, если в день весеннего равноденствия собирается более двадцати детей тринадцати лет.
— Тогда нам точно не стоит откладывать начало. Уже темнеет. Кстати, это моя ученица, Тия Пехлеви, и ее брат Фокс.
— Я очарован.
Король Телемайн был опытным правителем. Его стеклянное сердце на долю секунды вспыхнуло оранжевым. Меня охватило беспричинное негодование, и я тут же позабыла о смущении:
— Вовсе нет.
Король Телемайн и Микаэла обернулись ко мне: мужчина смотрел с любопытством, аша — предостерегающе.
Еще можно понять его безразличие по поводу появления в королевстве очередной Костяной ведьмы, но Фокс — совсем другое дело.
— Мой брат погиб. Это вы отдали ему приказ, а он, как верный солдат, отправился в бой, получив в награду лишь гроб. Я считаю, что он заслужил больше, чем простое равнодушие, — взглядом я указала на стеклянное сердце короля, — пусть и хорошо скрываемое.
Кто-то из его свиты ахнул, изумившись такой грубости. Но леди Микаэла промолчала.
Король запрокинул голову, обнажив два ряда белых квадратных зубов, и громко рассмеялся:
— А девчушка с характером! Отличный выбор, Микаэла! Вскоре она еще покажет свои зубки.
— Да, у нее большой потенциал, — прошептала леди Микаэла. — Она научилась читать по стеклянным сердцам даже с небольшой подготовкой.
Король Телемайн обратился к Фоксу:
— Молодой человек, я благодарен вам за службу на благо нашего королевства и сожалею, что вы оказались здесь при столь печальных обстоятельствах. Я поговорю со своими управляющими и сделаю все возможное, чтобы ваша семья ни в чем не нуждалась. Это меньшее, что я могу сделать для вас.
— Вы очень добры, ваше величество, — поклонился Фокс.
— Я помню то скверное дело и свой приказ, но у меня не было выбора. Я не мог позволить, чтобы наши северные границы атаковало непонятное чудовище. Дэва мы так и не нашли, тем не менее мои солдаты ранили его, и нападения вскоре прекратились. Может ли статься так, что он вернулся в свое логово и умер там?
— При всем уважением к вам, ваше величество, — со своей обычной серьезностью произнес Фокс, — я надеюсь, что нет.
Король рассмеялся еще сильнее:
— Микаэла, да у вас тут целое семейство, как я погляжу. Огонь и штиль, вода и пламя. Прямо как мои сыновья. Кстати, это принц Канс.
Мальчик улыбнулся мне, и я почувствовала, как мои щеки снова запылали.
— Для меня честь познакомиться с тобой, аша. — Молодой человек низко склонился, и его стеклянное сердце качнулось вперед. Как и у отца, его обрамляли серебряные узоры, а позади сверкал вычурный герб королевской семьи — силуэт льва на фоне солнца.
— Я не аша, — запинаясь, пробормотала я. Как могла простая улыбка вытворять с моим сердцем такое? — Я… я…
— Ученица пока что, — сжалившись надо мной, закончила леди Микаэла, — поскольку еще должна пройти обучение в Анкио.
— Но уже Костяная ведьма, не так ли? — подмигнул мне король. — Какой на редкость богатый год. Новая Костяная ведьма впервые за десятилетия! Вдобавок вы обе из Одалии, а ведь другие королевства лишены такого дара. Может, только в Истере осталась одна старая карга, да, Микаэла? Конечно, у нас нет кионского Кузнеца душ, но и тот с каждым годом не молодеет.
— Кузнеца душ? — невольно переспросила я.
Король Телемайн полной рукой указал на мое сердце.