Рин Чупеко – Костяная ведьма (страница 15)

Девушка с косичками повиновалась.

Зоя поджала губы.

— Чего-то не хватает. — Она склонилась ко мне и выдернула из волос аметистовую заколку-полумесяц. — Света, дай мне свою заколку с опалами.

Светловолосая аша с ужасом вскинула руку к волосам.

— Почему мою? Возьми у Тами. У нее их больше всех.

— Света, дай сюда.

Света недовольно вынула из волос заколку с фиолетовыми камнями и бросила ее девушке.

Зоя собрала мои волосы сбоку и вставила шпильку. Когда острый кончик царапнул кожу головы, я поморщилась.

— Ну вот. Сейчас она больше похожа на обнищавшую ашу всего с двумя зиварами[18] за душой. — Она с презрением ткнула на мою заколку-полумесяц. — Только с этим можно сойти за одну из нас, и то с трудом! По сути, мы тебя повысили, маленькая Тия. Только подумай: из скромной служанки превратилась в полноценную ашу за какой-то час!

Эта шутка остальным показалась особенно забавной.

— Что вам нужно? — Теперь, когда я поняла, что они не собираются причинить мне вреда, меня обуял гнев. — Зачем вы так поступаете со мной?

— Расценивай это как небольшой жизненный урок. Твоя леди Шади забрала у меня роль в дараши оюн, а я просто захотела вернуть ей должок. — Она улыбнулась мне. — Я не звала тебя сюда, малышка. Ты сама сбежала, так что тебя в любом случае ждут неприятности. Поэтому лучше подыграй нам, если хочешь облегчить свою участь. На тебе хуа леди Шади, а в руках ее сетар. Уверена, ты и сама знаешь, что это значит.

Я застыла. Она права. Пусть я еще не аша, но мы с леди Шади обе принадлежим Дому Валерианы. И что бы я ни сделала в ее одежде, оно будет совершено от ее имени, от имени госпожи Пармины и леди Микаэлы, от имени Дома Валерианы. А то, что меня заставили, не имеет никакого значения.

— Мне пора, — выкрикнула я и попыталась вырваться, но в меня вцепилось еще больше рук. Головная боль никак не утихала, я даже начала сомневаться, что смогу удержаться на ногах.

— Ну как же я могу тебя отпустить, — проговорила прекрасная аша, — после того как ты украла хуа и любимый инструмент моей лучшей подруги Шади? Я должна сообщить об этом хозяйке «Падающего листа», чтобы тебя вышвырнули на глазах у всех присутствующих гостей.

Я понимала, к чему она клонит. Если я попытаюсь уйти, то она сделает все возможное, чтобы репутация Дома Валерианы пострадала. И пусть реакция госпожи Пармины меня не волновала, меньше всего мне хотелось разочаровать леди Микаэлу.

— Так-то лучше, — ухмыльнулась Зоя, когда я успокоилась. — Не волнуйся. Улыбайся и делай все, что я тебе скажу, тогда сможешь уйти, как только прием закончится.

Прием? Девушки уже поднимали меня на ноги, а из-за головной боли я не могла им сопротивляться.

Они провели меня через сад и подтащили к другой комнате. Гомон голосов извещал о том, что гости уже собрались. Не успела я опомниться, как аша с косами по имени Брижет улыбаясь дернула ширму.

И передо мной предстали глаза принца Канса.

— Ты когда-нибудь был влюблен? — спросила аша.

Она поднялась еще до рассвета. Я снова нашел ее у могилы. Девушка рассматривала челюсти очередного кошмарного скелета. Соленые воды и песок заливали открытую пасть, до белизны полируя нижние зубы. Остановившись возле чудовища и перебирая пальцами на ветру, она выводила какой-то узор. В другой руке держала маленький пузырек с тошнотворным зельем, которое сварила накануне.

Ее вопрос застал меня врасплох, поэтому я пролепетал:

— Ну, была одна девушка, я знал ее всю жизнь. Мы вместе выросли, и наши родители надеялись, что однажды мы с ней поженимся…

— А твое изгнание из Дрихта прекратило эти отношения?

— Да, по сути, не было никаких отношений. Она ценила мою дружбу, и все. Ей… ей нравился другой.

— Ее родители одобряли этот выбор?

— Нет. Она полюбила молодого каменщика, которого нанял ее отец. Но не будем обо мне. Я хочу узнать больше о тебе и принце.

— У нас с принцем всегда были сложные отношения. — Она отстраненно улыбнулась и посмотрела на кости. — Говорят, в Первые Дни, прежде чем Пять Великих Героев уничтожили дэва, такие твари встречались нередко. Но какими бы внушительными они ни казались, поднимать их из мертвых бесполезно — у них даже нет конечностей, чтобы выбраться из воды на берег. С дэвами же все совсем по-другому. — Она постучала пальцем по своему стеклянному сердцу. — Ты поглядываешь на него всякий раз, когда думаешь, что я этого не вижу. Выкладывай.

— Наши стеклянные кулоны, госпожа Тия. У Кузнецов душ серебристые сердца. Как у аш и Искателей смерти. У некоторых людей встречаются пурпурные, но в основном они красные. Однако черного сердца я никогда не видел.

— Потому что мало кто совершал то, что сделала я. Ни со времен Лжеправителя. Ни со времен его последователей. Черные сердца — это наказание за определенные злодеяния, которые аши считают недопустимыми. Владельцы черных сердец больше не способны чувствовать руны и тем более владеть ими. Вот почему вместо смерти меня изгнали. — Она зловеще улыбнулась. — Но они, разумеется, ошиблись. Я отыскала в черном сердце пользу, о которой они даже не догадывались.

Она раскрыла ладонь и показала мне безоар, сверкающий золотом на свету.

— Этот безоар был извлечен из таурви. Тот бесчинствовал в старом мире на протяжении тринадцати дней и четырнадцати ночей, прежде чем его уничтожил великий герой Митра. С тех пор дэв поднимается из своей могилы каждые десять лет. Его безоар реагирует яркой вспышкой на все виды ядов — крайне необходимое свойство для королей и знати, которые опасаются тех, кто готовит им еду и напитки. Его я добыла три недели назад.

— Но, госпожа Тия, если леди Микаэла извлекла безоар, когда тебе было всего двенадцать лет, а дэв поднимается каждые десять лет…

— То да, он бы дремал еще долго. Но я не могла столько ждать.

Я надеялся, что она продолжит объяснения. Однако девушка предпочла сменить тему:

— Ты хотел знать о моих влюбленностях и романах? Сначала принц Канс был для меня не более чем простым увлечением. Тогда я и не предполагала, насколько сильно он изменит мою жизнь. Но когда ты молод и глуп, даже обычное увлечение может уничтожить весь мир. — Она поднесла к губам пузырек с зельем и без колебаний осушила его.

9

С нашей последней встречи он немного подрос, волосы стали длиннее и теперь завивались у основания шеи. Однако глаза по-прежнему сверкали яркими изумрудами, а лицо излучало величие, даже когда он встал и улыбкой поприветствовал нас. Его стеклянное сердце осталось таким, как я его запомнила: на поверхности выделялась королевская печать, а внутри — безупречно чистое свечение цвета красной розы.

В комнате он был не один. За столом на подушках восседал еще один молодой человек, в окружении трех девушек. Ладонь одной из них лежала на руке принца Канса, которую она с неохотой выпустила, когда тот встал. Она была высокой, грациозной и белокурой в отличие от своих темноволосых подруг. На ней было восхитительное шифоновое платье, которое оттеняло цвет ее стеклянного сердца, инкрустированного золотыми и розовыми александритами. Но взгляд ясных голубых глаз, устремленный на нас, был твердым, подобно алмазу.

— Надеюсь, ваше величество, мы не заставили вас долго ждать, — шутливо, с долей кокетства, извинилась Зоя и скользнула на пустое место рядом с принцем.

— Прости, но у меня странное чувство, будто мы встречались раньше. — Принц Канс с озадаченной улыбкой смотрел на меня. Голубоглазая девушка, не обращая внимания на Зою, снова взяла его под руку.

— Как же так, ваше величество! — хлопая ресницами, воскликнула одна из аш. — Что вы такое говорите! Мы пришли к вам, а вы едва удостоили нас взглядом и даже словом приветствия!

— Йонка, я не хотел показаться невежливым, просто не встречал этой девушки ни в одной чайхане. Вот почему ее знакомый вид еще больше не дает мне покоя.

— Подумаешь, такая же аша, как и все остальные, — фыркнула голубоглазая, мертвой хваткой вцепившись в его руку. Ее плечи видимым туманом окутывало безразличие. — Зачем вообще запоминать их имена, Канс? Все равно на следующей неделе появятся новые, с такими же лицами в таких же платьях!

Аши широко улыбнулись. А Зоя с сочувствием посмотрела на нее.

— Различать аш значит разбираться во внешней политике. — Сквозившие в ее голосе искренность и доброта чуть меня не одурачили. — Если пожелаете, принцесса Мейв, я с радостью помогу вам восполнить знания в этом вопросе.

Девушка ощетинилась. Тут принц Канс щелкнул пальцами.

— Вспомнил! Это не ты ли прошлой весной была с леди Микаэлой на ритуале стеклянных сердец? Тия, да? Я совершенно уверен.

Он запомнил мое имя!

— Не стоит благодарности, ваше величество, — с притворной застенчивостью проговорила Зоя. При виде его озадаченного лица она пояснила: — Я услышала, что новенькая жительница Дома Валерианы родом из Одалии. А поскольку вы с леди Микаэлой дружны, то решила, что во время пребывания в Кионе вам будет приятно увидеть знакомое лицо с родины.

— Так ты та самая Костяная ведьма! — вдруг возликовала принцесса Мейв. — Тия? Действительно, какое странное имя. Ты совсем не такая, как тебя описывают — простая девчонка в черных одеждах и грязных башмаках! Ничего страшного и необычного в тебе нет. — Все девочки захихикали, а красавица, почувствовав их поддержку, продолжила: — Наверное, это правда. Мама говорит, ты моложе, чем должна быть. Я так полагаю, ты отродье Микаэлы? Костяным ведьмам нельзя размножаться. В отличие от крыс.